Шрифт:
– Хорошо, - сказала она. — Тогда до встречи.
– Как вас зовут?
– Лилли.
– Хорошо, Лилли. Увидимся в восемь.
Звонок раздался в семь пятьдесят пять. Рэй пригладил рукой волосы, расправил рубашку на спине и пошел открывать дверь.
– Здравствуйте, - сказал он, улыбаясь.
Улыбка так и застыла на его лице.
По телефону голос Лилли был тихим, чувственным. В жизни она оказалась исхудавшей женщиной с угловатой фигурой и чертами лица. Она напоминала привидение. Одета она была в обтягивающий белый костюм, который еще больше подчеркивал угловатость ее костистой фигуры. Ее светло-синие глаза и тонкий рот буквально излучали суровость.
В руках она держала маленькую некрасивую обезьянку, зверька с коричневой шерстью и неестественно большим количеством зубов.
– Мне следовало сказать по телефону, что ищу пристанище для себя и моего дитя, - сказала она.
Дитя? Рэй нахмурился. Это всего лишь ласковое прозвище обезьяны или…?
– Дитя? — спросил он вслух.
Лилли подняла обезьянку.
– Моя дочь.
Ее голос, который по телефону был довольно тихим, теперь звучал твердо и холодно, под стать ее внешности.
– Извините, - начал Рэй, собираясь закрыть дверь.
Но женщина проигнорировала его и вошла в столовую.
– Я думаю, мы сможем расположить здесь алтарь.
– Алтарь?
– Для моего дитя. Верующим нужно место, чтобы служить ей.
– Послушайте…
Она посмотрела на него.
– Вы не знаете кто это?
Мерзкая обезьяна строила Рэю рожи.
– Она дитя Христа, это второе пришествие. Она родилась у меня непорочным зачатием и…
– Простите, - сказал Рэй. — Вам придется уйти.
Он оттеснил женщину к двери. Обезьяна злобно забормотала.
– Ты отправишься в ад, - сказала женщина, теперь в ее голосе не осталось ничего мягкого. — Ты такой же, как все они, ты будешь вечно гореть в Геенне огненной, твоя кожа расплавится, а твои кости…
– Убирайтесь отсюда сейчас же!
– Мое дитя проклянет тебя навеки! — кричала Лилли, пятясь к двери.
– Твои зубы искрошатся, член сгниет, а…
Рэй захлопнул дверь.
Лилли продолжала выкрикивать проклятия, Рэй дрожащими руками запер дверь и отступил назад.
На следующий день сломался автоответчик, даже если кто-то оставлял сообщения, Рэй не мог их услышать. Записывающий механизм вышел из строя и выдавал только шум помех. На всякий случай, если кто-нибудь все же заинтересуется квартирой, Рэй помыл и убрал посуду и выбросил газету, что лежала развернутой на столе в столовой.
Рэй приводил в порядок журналы, которые лежали на кофейном столике в гостиной, когда раздался стук в дверь. Рэй быстро провел рукой по волосам, протер пальцем зубы, прочистил горло и открыл дверь.
За дверью стоял человек не более трех футов ростом. На нем был темно-зеленый плавательный костюм. Мужчина оказался абсолютно лысым, он сбрил даже брови, а его безволосая кожа была полностью белой.
– Мистер Фелдман? — спросил он скрипучим голосом.
Рэй кивнул. Незнакомец вошел и осмотрел квартиру.
– Телевизор! — завизжал он. Мужчина быстро побежал в гостиную и плюхнулся на пол перед телевизором.
Рэй немного подождал, но коротышка сидел неподвижно. Идущая по телевизору реклама заворожила его.
– У вас есть кабельное? — спросил он.
– Комната уже сдана, - сказал Рэй, стараясь, чтобы звучало как можно более уверенно. Он не любил лгать, но все это становилось чертовски странным.
Коротышка встал и посмотрел на Рэя. Его нижняя губа задрожала, глаза наполнились слезами. Его маленькие ручонки сжимались и разжимались.
– Извините, - сказал Рэй. — Но я нашел квартиранта еще вчера.
С громким визгом незнакомец пронесся мимо Рэя и выбежал через дверь. Когда Рэй обернулся, коротышка исчез, коридор был пуст.
– Извините, - крикнул Рэй, но никто не ответил. Никаких звуков снаружи не последовало, Рэй закрыл дверь.
Он вернулся в гостиную и сел на диван. Что, черт возьми, ему делать? Месяц походил к концу, и если все будет идти также, как идет, он не найдет квартиранта. Рэй не мог позволить себе еще один месяц.
Входная дверь распахнулась.
Рэй вскочил на ноги. Человек, который стоял в дверях, должно быть, весил фунтов четыреста. Это оказался бородатый мужчина в очках, одет он был в выцветшую футболку «Звездные войны», которая свернулась гармошкой у его живота. Рядом с незнакомцем на крыльце стояли два чемодана и огромный лист металла.