Шрифт:
Джейкоб проклял себя за то, что все внимание сосредоточил на брате и не рассмотрел как следует всех обитателей камеры. Вампир стушевался, смешался с остальными. Конечно, если бы он намеренно старался не попадаться на глаза, Джейкоб бы его тоже не заметил. Но это не делало сложившуюся ситуацию лучше. Гидеон тоже насторожился, отойдя от решетки и сощурив глаза.
— Кайл Миллер, — сказал он ровным голосом, давая Джейкобу понять, что они вляпались. Как будто бы Джейкобу не хватало мозгов понять это раньше! — Стремится полностью использовать свою квоту. Просто еще один из твоих добреньких, пушистых вампиров, пытающихся выжить, — добавил он резко.
— Это похоже на пресловутые хлеб и зрелища, — заметил вампир, продолжая сидеть в обманчиво расслабленной позе, обхватив колени руками, а пальцами играя с дорогой тканью брюк. — Здесь разыгрывают так много интересных драматических спектаклей. Я мог бы уже час назад уйти домой через канализацию, но наблюдать за вами двумя было чертовски интересно. О, не волнуйтесь, — он кивнул на молодого человека, в глазах которого Джейкоб заметил смятение, — последствие влияния вампира, а вовсе не алкоголь или наркотики, как он сперва подумал. — Я уже как следует поужинал. Кровь меня не интересует. Однако я думаю, что его я все-таки убью, — кивнул он на Гидеона. — Как ты понимаешь, он прекрасно известен мне и моему виду. И сегодня его удача кончилась.
Джейкоб вскочил, но наручники сдерживали его. Он мог бы закричать, позвать охранника, но в результате охранник бы погиб, он даже не успел бы открыть дверь, а вампир бы уже напал на Гидеона. Он бы даже не понял, что произошло. В данный момент на их разговор никто не обращал внимания, все были заняты своими собственными проблемами.
Однако Гидеон не двинулся с места. Его брат встретился взглядом с вампиром, как будто его ничуть не смущало отсутствие оружия и ограниченная подвижность.
Джейкоб потрясенно осознал, что, возможно, у Гидеона есть другие причины желать встречи с вампиром именно сегодня. Надеясь на помощь единственного человека, ради которого он жил — его брата — Гидеон, возможно, рассматривал предательство Джейкоба как последнюю каплю. И сейчас ему было все равно, что делало его весьма опасным, в первую очередь для него самого.
В первый раз за всю свою жизнь Гидеон нуждался в Джейкобе больше, чем Джейкоб когда-либо нуждался в нем. Он, возможно, выше того, чтобы просить о помощи, и это плохо. Джейкоб не собирался допустить, чтобы его чертов братец стал обедом для какого-то паршивого кровососа.
— Этого не будет, — заявил Джейкоб. Взгляд Кайла переместился на него.
— Вы же братья. А ты — самый милый из двух.
— Я же тебе говорил, — сказал Гидеон, продолжая смотреть в одну точку.
— Кретин, — ответил Джейкоб мягко. Глазами он не отпускал своего врага, создавая в камере напряжение, в конце концов привлекшее внимание охранника. Другие заключенные начали шептаться и переглядываться. Хотя они и не слышали разговора, они могли уловить, что назревает какое-то развлечение.
— А ну отвали.
Вампир взглядом прошелся по Джейкобу, останавливаясь ниже талии.
— Возможно, когда я закончу, я захочу десерта. Я могу возбудить тебя, пока пью, смертный, — прошептал он. — Могу поспорить, твой брат не видел твоего члена в рабочем состоянии с тех пор, как вы были маленькими и делили одну комнату.
— Не смей трогать моего брата, — сказал Джейкоб. — Или меня. — Он слышал, что охранник зашевелился, скрипнув стулом. Если зайдет в камеру, он покойник.
— Я не вижу, каким образом ты можешь меня остановить.
— Я, может, и нет, зато моя госпожа тебя на куски порвет.
В мгновение ока вампир оказался рядом с Джейкобом, словно собираясь поцеловать его. Он обнажил клыки, положив руку Джейкобу на затылок и играя с его волосами. Джейкоб заставил себя не двигаться. Гидеон рванулся вперед, звякнув наручниками. Охранник окрикнул Миллера, приказав ему убираться. Он держал руку на рации и был готов в любую секунду вызвать подмогу.
Для Джейкоба все это было уже не важно. Он сосредоточил свое внимание на мужчине, стоявшем напротив него, прилагая все усилия, чтобы оставаться спокойным. Он не показывал, что боится или сомневается, даже находясь под постоянным давлением вампира. Словно тошнотворно-сладкий сироп от кашля просачивался в его нос и легкие, но на смертного, ставшего слугой, это не действовало.
Ноздри Кайла дрогнули, дав Джейкобу попять, что тот обнаружил знаки его госпожи, и не только те, которые она нанесла ему своими клыками. Выбросы сексуальной энергии вампиры могут ощущать после самого акта, даже после принятия ванны. В ту первую ночь, когда привела его домой, Лисса натерла своими выделениями его грудь, член и конечности… Этот чувственный эксперимент он прекрасно помнил. Она сказала, что это один из опознавательных знаков, и другие вампиры будут всегда знать, что он принадлежит ей. С тех пор она делала это еще несколько раз.