Маттоньо Карло
Шрифт:
Как вы помните, мы приняли за средний вес жертвы гипотетического массового уничтожения в Собиборе 60 килограммов. Нам могут возразить, что этот вес, мол, слишком завышен, ведь если не западные, то, несомненно, польские евреи из-за тяжелых условий, в которых они жили до депортации, были истощенными и очень худыми. Но потребность в дровах при этом бы не уменьшилась, а как раз возросла, что было доказано в ходе так называемого «Миннесотского эксперимента с голоданием» (Minnesota Starving Experiment).
Во время эксперимента, проводившегося с участием добровольцев в конце 1945 года в американском штате Миннесота, средний вес 36 участников на протяжении 24 недель, когда они придерживались очень суровой диеты, уменьшился с 69,4 до 52,6 килограммов. При этом из потерянного веса 37 % приходились на воду, 9 % на протеины и 54 % на жиры.226 Именно из-за уменьшения количества жира в теле истощенного человека, кремация его трупа потребует увеличения, а отнюдь не уменьшения объема необходимых дров.
Все знают, что сухие дрова горят лучше свежих, так как в свежих содержится намного больше влаги. Поэтому для определения объема дров, необходимого для сожжения ста шестидесяти девяти тысяч трупов нужно узнать, доставлялся ли лес для кремаций в Собибор поездами или грузовиками, или на дрова просто рубили деревья в соседнем лесу. Рассказы бывших заключенных и исследования историков Собибора не оставляют сомнений в этом вопросе — правилен второй вариант. Юлиус Схелфис пишет:
«Сожжение к тому времени уже почти ста тысяч трупов требовало большого количества дров. В близлежащем лесу их можно было нарубить в достаточном количестве. Была создана бригада лесорубов, примерно из тридцати заключенных-рабочих. Ей пришлось под надзором нескольких эсесовцев и украинцев срубить много деревьев и распилить их на меньшие куски. Вначале бригада состояла из молодых сильных мужчин, к которым потом для подкрепления добавились молодые женщины. Несгоревшие кости размалывались в пепел, смешивались с песком и рассыпались над землей. Потом на этом месте сажали молодые деревья».227
Это невероятное утверждение о том, что бригаду лесорубов, мол, усилили «молодыми женщинами», Схелфис взял у некоей Урсулы Штерн, дававшей показания 8 ноября 1965 года на Собиборском процессе в городе Хагене.228
Собибор окружен лесом, состоящим преимущественно из европейских елей. Свежесрубленные еловые дрова содержат почти 60 % воды;229 их теплотворная способность составляет примерно 2 000 Ккал за килограмм.230 Тот же показатель для сухих дров составляет уже 3 800 Ккал за килограмм, то есть в 1,9 раза больше.
Как мы видели, потребность в сухих дровах (со степенью влажности 20 %) при массовой кремации составила бы 210 килограммов для одного тела. Но так как в Собиборе использовались «зеленые», свежесрубленные дрова, потребность в них возрастает до (210 x 1,9 =) примерно 399 килограммов для кремации одного тела. Чтобы нас не обвинили в преувеличениях, мы из осторожности уменьшаем эту цифру до 300 килограммов.
При таких обстоятельствах для кремации 169 000 трупов в Собиборе потребовалось бы как минимум (169 000 x 0, 3 =) 50 700 тонн дров. Если гектар елового леса за год дает примерно 346 кубометров дров,231 то тридцати лесорубам из числа заключенных пришлось бы вырубить приблизительно 199 гектаров леса, то есть почти два квадратных километра!
Если предположить, что сожжение трупов продолжалось с октября 1942 по октябрь 1943 года, то есть один год, то лесорубам пришлось бы ежедневно рубить и распиливать (50 700: 365 =) около 139 тонн деревьев. И на каждого из тридцати лесорубов приходилось бы в таком случае более 4,6 тонн! Не стоит даже останавливаться на том, что такие «трудовые достижения» совершенно невероятны.
По нашим оценкам в Собиборе умерло около 10 000 человек. Как мы вычислили эту цифру, об этом будет сказано позже. И чтобы кремировать такое количество умерших, тридцати лесорубам нужно было бы ежедневно срубить и распилить немногим более восьми тонн деревьев, что в свою очередь как раз вполне возможно.
Для полноты картины укажем, что сравнение двух аэрофотоснимков местности вокруг Собибора, первый из которых был снят 11 июля 1940 года, а второй 30 мая 1944 года,232 не свидетельствует о существенном уменьшении окружающего лагерь леса. На южной окраине лагеря лес даже вырос. Если бы леса вокруг лагеря были вырублены, то поляки, проводившие расследование в 1947 году, не могли бы не заметить эту важную улику.