Шрифт:
– Экстрасенсиха, здрасте! Вы велели мне не грубить и не разрешать Барбосову материться. Я помню. Вы сказали, что любовь и грубость не подходят друг дружке. А я уважаю грубых, это мужественно!
– Значит, ты сама грубая и неженственная. Настоящие барышни и дамы не выносят хамства, стремись к высокому уровню. Не тетки же из вас должны вырасти, а воспитанные, тактичные, тонкие барышни.
– Тонкие, – вздохнула Надя-Сфинкс, – а если толстенькая, той как жить?
– Я про тонкую душу, – гудела Экстрасенсиха, – ее диетой не исправишь. Тонкая душа – постоянная работа над собой.
– У меня душа тонкая, а семечек не дождался! – вдруг завопил Попка.
– Откуда кричит? – встрепенулся Артем, он лучше всех разбирается в животных – рыбах, птицах, даже змеях. – А! Вот он, за пазухой у вас, Экстрасенсиха!
– Да, ношу гулять, а боюсь простудить. Сиди, пожалуйста, смирно.
Он высунул голову, а Оля поднесла ему на ладони семечек.
– Для синиц ношу, но ты заслужил.
– Заслужил, – засмеялась Экстрасенсиха, – он их перед прогулкой слопал целый стакан, весь ковер забросал шелухой.
– Еще повойте немного, – попросила ласково Агата, – ваши непонятные слова делают все понятнее. Почему-то.
– Ураган разгоняет надежду, водопады смывают нежность, – она выла все громче, громче, а они смотрели и запоминали. И многие знали, что эти слова относятся к другим. А к себе Леха, например, не примерял такие вещи – нежность, надежда. На фиг, на фиг. – Измена не укрепляет любовь, это выдумка пошлая. Измена ведет только к потерям, к недоверию, и все ржавеет – чувства, мысли. – Она запрятала попугая поглубже – подул ветер. Может, тот самый обещанный ураган. Попка из глубин крикнул:
– Нечестно! Вынесла на свежий воздух, а сама в пальто запихиваешь!
– Терпи, – рявкнула она и продолжала басом, – измена все отнимет, и ему так и надо, – это она добавила ни к селу ни к городу, но Агата догадалась, о ком идет речь. – Мне от этого не легче. Все волшебники и гномы будут против изменщика! Все сказала, – она перешла на нормальный голос и стала есть мороженое, которое нашлось в ее модной сумке из коричневой кожи, у сумки посредине была огромная пуговица, обтянутая коричневой кожей.
– Элегантно, – сказала Василиса прекрасная, – мне тоже купят такую сумочку с пуговкой.
– Битье не всегда означает любовь, – добавила Экстрасенсиха, – иногда у детей оно означает обычную вредность и агрессию. Надо различать. – И она опять куснула от своего огромного мороженого.
– А как различать? – Лидка пристала, она всегда боится недоспросить что-то – вдруг это и есть самое важное? – Как узнать, любовь или просто так?
– Имей тонкость и чувство правды.
Экстрасенсиха ушла, попугай кричал приглушенным голосом из-под пальто:
– Домой! Домой!
– А дома ты орал: «Гулять! Гулять!» Хулиган ты, Попка.
– И такого надо любить, – нагло заявил Попка, – любовь умеет прощать!
– Наглая птица! – тихо говорила Экстрасенсиха. – Но тонкая птица, с интуицией.
Шестой «Б» не расходился, стали смеяться, толкаться, дразниться – колбасились, как это называли все, подростки во всем мире. Агата танцевала, в наушниках – умный голос, бывают такие, Агата недавно заметила – умные голоса.
На моей лунеЯ всегда один.Разведу костер,Посижу в тени.На моей лунеПропадаю я,Сам себе король,Сам себе судья…Она танцевала и все равно слышала разговоры:
– Ты, Лидка, сама во всем виновата, – говорила Оля, – скажи, Артем, она же сама во всем виновата.
– В чем? – накинулась на Олю Лидка. – Чем я заслужила отсутствие любви? Я же не урод? Не зануда! Скажи, Артем! – Они обращаются к нему, потому что из всех мальчишек Артем самый неагрессивный. Он мирно ухаживает за своими домашними животными и даже за удавчиком. Но прямые ответы Артем дает редко: он ответственно относится ко всему и не ляпнет, что попало:
– Не знаю, – честно смотрит он на Лидку, с жалостью и презрением. Мальчишки всегда презирают ту, у которой нет любви. До шестого класса доучилась, а любовь так и не нашлась.
– Скажи ты, Оля! Ты больше понимаешь в этих вещах! – Лидка хватает Олю за рукав.
Оля отпрыгивает:
– Ищи ответ в журналах, Лидка! У тебя их вон сколько! – Оля отпрыгнула, потому что Лидка вцепилась в рукав. А впрочем, может быть, все наоборот – вцепляются в того, кто отпрыгивает, убегает, отказывает тебе в своем внимании. Лидка уверена: если не удержать, человек непременно сбежит. Так уже не раз было в Лидкиной жизни. Удрали от нее Богдан, и Леха, и Макарон. Теперь вот Андрей, высокий и спортивный. Но с ним еще не все ясно – так решила Лидка.