Шрифт:
Удобное место Андрей вскоре нашел, отойдя от лагеря метров на двести. Он со старческим кряхтением донага разделся и без промедления залез в неожиданно теплую, немного пузырящуюся воду неширокого ручья.
Геотермальный источник был где-то совсем рядышком, и минеральная вода просто не успевала остыть. Воды было едва по щиколотку, но Андрей все же ухитрился кое-как лечь — вода приятно согрела его тело, боль в промежности потихоньку ослабела.
Накопившаяся усталость стала ослаблять свои тиски и по чуть-чуть покидать измотанные трудной дорогой мышцы. Но мысли никуда не делись, и носили они крайне скверный характер.
«Удивительные вещи, однако, происходят! Вначале Велемир, затем этот кастелян, трактирщик. И Арни… Раз совпадение, два совпадение — но сколько можно?! Ведь тут закономерность уже. Видно, мой двойник в этом мире изрядно наследил, как и я в том. А раз миры похожи, хоть и отличные, то и люди могут быть схожи. Но почему именно я?»
Андрей повозился в теплой воде, устраиваясь поудобнее, и продолжил свои размышления, отдыхая телом, но отнюдь не разумом. А были они далекие как от оптимизма, так и от веселости.
«Зато сейчас я попал так попал. И чую задницей, прибежит вскоре полярная лисица, и буду я стучать манжетами о плиты кафельного пола. Это ж надо — не только самозванцем стал, но и многим мозоли любимые оттоптал, планы порушил.
Что орден нажил себе могущественных врагов, тут к бабке не ходи. Вначале его на Каталаунское поле завели, затем двух последних командоров уконтрапупили. И начался дележ наследства, самое приятное дело для местных олигархов.
А тут я вырисовался, красивый и борзый! А потому те ребята меня пожелают скоренько ухайдокать, а я даже не знаю, с какой стороны плюху ожидать. Хреново, конечно, но что делать? Обгадиться и не жить?!»
Мысли все замедляли и замедляли свой ход, голова становилась пустой, а глаза слипались. Полностью расслабившись в воде за горячие и богатые на события дни, Андрей неожиданно для себя задремал, согретый теплотой источника…
ГЛАВА 4
Очнулся Никитин внезапно, от ощущения нахлынувшей если не смертельной, то явственной опасности. Такое в жизни у него случалось не раз или два, а потому он моментально стряхнул с себя остатки сна.
И первое, что он увидел, раскрыв глаза, было весьма неприятным зрелищем для «лопухнувшегося», другого слова и не подберешь, похлеще любого желторотого новобранца, боевого офицера.
В метрах десяти от него, чуть ниже по течению ручья, стояли три мужика, одетые в какие-то грязные тряпки, которые и одеждой называть язык не поворачивался.
Как они подкрались, он не заметил, но рослый оборванец уже ухватил в свою лапищу его меч. Второй злобно зыркал глазами, водя топором, а третий выглядел испуганным зайцем, как-то боязливо поглядывая на своих подельников.
В их компании этот молодой парень чувствовал себя неуверенно. У Никитина возникло стойкое ощущение, что тот попал в нее помимо своего желания и очень этим тяготился.
«Никак еще одни „джентльмены удачи“ на мою голову?! Все уняться не могут, ищут приключений на свою задницу!»
— Смотри, Югер, нагишом, как баба потасканная, отдыхает. В водице теплой подмывается. Лядвы свои в стороны развалил, как деревенская потаскушка. А вот тельце у него беленькое, мякенькое. Может, на супчик его вечерком пустим?
Развязный говорок вызвал у Никитина определенное дежавю, в точности как в его времени «братки» в малиновых пиджаках, с золотыми цепями, «базары перетирали».
Не выказывая никакого страха, да и ему ли бояться трех вонючих подонков и бандитов, еще толком не просохших от грязных луж, Андрей медленно поднялся на ноги и скрестил руки на груди.
И тут за деревом он заметил красный орденский плащ — Арни стоял за спиной бандитов и медленно поднимал лук.
Ему стало смешно — эти два ублюдка даже не поняли, что огребут сейчас по полной программе. И меч с топором не поможет.
«Дурни, их же сейчас убивать будут, а они все куражатся, удачливых охотничков из себя изображая. Хотя только двое из них веселятся, а вот третий сжался в испуганный комочек, видно, первый раз в жизни на дурное дело вышел».
— Деточка, а вам не кажется, что ваше место возле параши? — сама собой слетела с губ знаменитая фраза из известного кинофильма.
И тут же щелкнула тетива, и в горло одного «романтика с большой дороги», говоруна, воткнулась стрела. Через секунду еще один разбойник схватился руками за брюхо.
Он выпучил в изумлении глаза, ухватившись руками за вышедший из живота наконечник стрелы. Захрипел и рухнул рядом с убитым главарем.
Стрелял Арни с убойной позиции, практически в упор — промахнуться в такую большую цель, как человек, с полста шагов, для такого хорошего стрелка, как орденец, очень и очень тяжело.