Шрифт:
– Вам нужна палатка, Оскар?
– спросил Руфо.
Я посмотрел на небо, на спускающееся к горизонту солнце. Воздух был как топленое молоко и даже мысль о дожде не приходила в голову. Я не люблю спать в палатках, особенно если есть хоть ничтожная вероятность нападения.
– А ты будешь в палатке?
– Я? О, нет! Но Ей палатка нужна. Хотя потом Она нередко располагается на траве.
– Мне палатка не нужна (а ну-ка вспомни, не должен ли рыцарь спать у порога своей повелительницы с оружием в руках? Я не очень-то разбираюсь в этикете такого рода, его ведь не проходят на школьных занятиях по обществоведению).
Стар к этому времени вернулась и сказала Руфо:
– Защищено. Охранители на месте.
– Перезарядили?
– забеспокоился он. Стар дернула его за ухо.
– Я пока еще не впала в детство.
– И добавила: - Мыло подай, Руфо. Оскар, пойдешь со мной, раскладываться - его работа.
Руфо раскопал кусок "Люкса", подал ей, оглядел меня оценивающе и выдал мне кусок "Лайф-бью".
Поющие Воды - лучшая баня на свете, к тому же бесконечно разнообразная. Тихие заводи образуют то мелкие ножные ванны, то бассейны для плавания, то сидячие ванны, в которых вода слегка пощипывает кожу, то душевые, в которых она или падает мелким дождем, или бьет острыми струями, могущими свести с ума, если стоять под ними слишком долго.
Нетрудно подобрать и нужную температуру. Выше каскада, которым мы пользовались, в главный поток впадал ручеек горячей воды, а чуть ниже - из берега бил подводный ледяной родник. Так что нужды возиться с кранами не было. Просто требовалось передвинуться чуть ниже или чуть выше по течению, чтобы получить воду нужной температуры, или спуститься туда, где вода была теплой и нежной, как поцелуй матери.
Сначала мы просто резвились, Стар вскрикивала и хихикала, когда я брызгал на нее холодной водой, и пыталась "утопить" меня. Резвились мы как дети, я и в самом деле чувствовал себя мальчишкой. Стар разыгрывала девчонку, но играла она сильно - под бархатной кожей чувствовалась сталь мышц.
Потом я взял мыло, и мы стали мыться. Когда она намылила волосы, я подошел сзади и помог их промыть. Стар разрешила помочь ей, так как явно не справлялась с могучей гривой, раз в шесть длиннее, чем носят современные девицы.
Это были незабываемые минуты (особенно учитывая занятость Руфо и его отсутствие). Казалось, создалась вполне подходящая обстановка, чтобы сначала схватить Стар, тиснуть, а потом быстро перейти к решительным действиям. Я далеко не уверен, что она оказала бы мне даже притворное сопротивление. Весьма вероятно, она пошла бы на сближение охотно, с открытой душой.
Черт, я же знаю, что притворного сопротивления не было бы. Она либо поставила бы меня на место высокомерным словом или хорошей оплеухой, либо сдалась бы с радостью.
И все же я не мог решиться. Не мог решиться даже начать. Не знаю почему. Мои намерения в отношении Стар колебались от самых бесчестных до самых-рассамых порядочных и обратно, с того самого момента, как я впервые ее увидел. Нет! Не так! Лучше изложу это иначе: мои намерения были постоянно абсолютно безнравственны, но с полной готовностью превратиться в высоконравственные попозже, как только удалось бы раскопать какого-нибудь занюханного мирового судью.
И все же, я даже пальцем не дотронулся до Стар, кроме тех мгновений, когда помогал смыть мыло с волос.
Пока я пытался разгадать эту загадку, погружая обе руки в ее тяжелые светлые волосы, мой мозг все еще не мог выдать ответа на вопрос - что же мешает мне обхватить эту сильную тонкую талию, находящуюся от меня на расстоянии нескольких дюймов. В эту минуту я вдруг услыхал пронзительный свист и мое имя - мое новое имя. Я оглянулся.
Руфо в своем малопривлекательном "в чем мать родила", с перекинутыми через плечо полотенцами, стоял на берегу, футах в десяти от нас, и пытался перекричать рев водопада, чтобы привлечь мое внимание.
Я подошел к нему на несколько футов ближе.
– Ну, чего тебе надо?
– Можно сказать, что я почти рычал.
– Я спрашиваю - вы будете бриться? Или станете отращивать бороду?
Подсознательно, видимо, я ощущал кактусообразное состояние своей физиономии, еще когда вел внутренний спор о том, совершать или нет преступные действия в отношении Стар, и это сыграло свою роль в принятии отрицательного решения. "Жил-лет", "Аква-Вельва", "Бирма Шейв"‹Марки бритвенных лезвий.› и прочие создали у несчастного американского мужчины (я имею в виду себя) чувство неполноценности, мешающее им соблазнить или изнасиловать даму не будучи свежевыбритым. А у меня щетина была уже двухдневной давности.
– У меня нет бритвы!
– заорал я.
Руфо продемонстрировал мне наличие опасной бритвы.
Стар возле меня зашевелилась. Она протянула руку и большим и указательным пальцем ощупала мой подбородок.
– А ты будешь великолепен с бородой, - сказала она.
– Что-то в духе Ван-Дейка, с торчащими усами.
Раз таково мнение Стар, то кто я такой, чтобы возражать. Кроме того, растительность на лице частично может скрыть шрам.
– Как скажешь, Принцесса.
– И все же я предпочту тебя таким, каким увидела в первый раз. Руфо отличный брадобрей.
– Она обернулась к Руфо.
– Подай руку и полотенце.