Вопросов не было…

Эта сценка живо припомнилась Вадиму Токмакову, когда длинный международный звонок возвестил, что заказанный им номер телефона в Казахстане откликнулся. На проводе был капитан, а может быть, уже и майор Сарлыбаев: Ильяс работал в следственном аппарате Министерства внутренних дел.

– Привет свободной Акмоле! – сказал Вадим. – Господин майор, напомните капитану Токмакову, как выстраивается версия в ходе предварительного следствия? Берется глина, охапка соломы, а потом?..

– А потом к ним прикладывается старание личного состава, – после небольшой паузы хохотнула трубка голосом Сарлыбаева. Уроки прокурора Сумчатого крепко засели и в его голове.

– Вот и приложи его к фирме с интригующим названием «Пролетыртык ден дыр бригиндер» – попросил Вадим. – По моим данным, зарегистрирована в Акмоле. Мне нужен полный расклад по этой конторе.

– А запрос? – поскучнел голос в трубке. – Без запроса я не могу озадачить подчиненных, это будет для них плохим примером – отвечать на устные просьбы представителей иностранного государства.

Вадим чертыхнулся. Это была засада. Впрочем, Ильяс всегда исповедовал правило, что работа – не кумыс и не женщина – может подождать и от длительного хранения не портится. Получив очередное задание прокурора Сумчатого, младший лейтенант Сарлыбаев никогда не спешил. Если только не требовалось бежать за «Москваным» – водкой «Московской» отвратительного вкуса и запаха – в офицерское кафе «Звездочка».

Но те, тогдашние дела гарнизонной прокуратуры, были просто курам на смех – мелкими делишками в сравнении с тем, чем занимался сейчас Вадим. Почти невинными шалостями. И сейчас он не позволит Ильясу сдернуть просто так. Тем более, что в одной из этих шалостей младший лейтенант Сарлыбаев засветился по полной схеме.

– Нет, блин горелый! – ласково сказал Токмаков в трубку. – Помочь оперативнику из дружественного государства в раскрытии преступления – это не плохой пример для подчиненных. Это хороший пример взаимодействия правоохранительных органов. А назидательным примером для твоих гавриков может стать другой. Ведь ты не забыл, надеюсь, дело с газированной водой?

Судя по нечленораздельному бульканью и шипению в телефонной трубке, звукам напомнившим неисправный автомат с газированной водой, Ильяс Сарлыбаев не страдал забывчивостью.

Как и Вадим Токмаков, который то неприятное дело расследовал:

– Ну же, Ильяс, я не слышу ответа!

– Хорошо, – наконец справился тот с перехватившим горло спазмом, – давай координаты твоего «Пролетыртыка».

– Не моего, а твоего, – напомнил Токмаков, – вашего, точнее говоря. Записывай… И очень у меня к тебе большая просьба: сразу отзвонись мне сюда, в Саратов. Я или в банке буду, или в гостинице, или на «трубе».

Продиктовав все три телефона, Токмаков повесил трубку. При этом звонок коротко звякнул как упавшая в щель автомата с газированной водой монетка.

В Отаре, на территории штаба дивизии, стояло три или четыре таких автомата. При сорокаградусной жаре, когда чем больше пьешь, тем больше хочется, они были скорее данью цивилизации в том диком краю, где еще вовсю шаманили шаманы. Тоже своего рода маленьким чудом: бросил копейку – получи стакан воды.

С копейкой этой командир дивизии решил вопрос радикально. Заряжали автоматы углекислым газом свои дивизионные тыловики. Они же выгребали из них копейки, которые без счета передавали дежурному по штабу дивизии. А уже тот по потребности снабжал копейками всех водохлебов при входе в штаб: ростки коммунизма в отдельно взятой мотострелковой дивизии.

Мелочь крутилась в замкнутом кругу, выполняя функцию жетонов для автоматов с газированной водой. Но в один прекрасный – жаркий и солнечный – день холщовый мешок с копейками опустел уже к обеду. Еще через неделю монеток хватило всего на два часа…

Кляузное дело поручили курсанту-стажеру Вадиму Токмакову. Сразу и без особых трудов выяснилось, что весь монетно-жетонно-газированный оборот абсолютно незаконен. Дело было закрыто за отсутствием состава преступления. Но перед этим Вадим откровенно поговорил с Ильясом. По странному стечению обстоятельств денежный мешок худел после того, как помощником дежурного по штабу дивизии заступал младший лейтенант Сарлыбаев.

Через неделю стажировка юристов в Отаре подошла к концу. Но еще раньше все автоматы газированной воды исчезли из военного городка под предлогом борьбы с привилегиями зловредных коммунистов (в штабе дивизии, естественно, размещался и политотдел). Ночью их (автоматы) краном сдернули с фундаментов, погрузили на КамАЗы и вывезли далеко в степь на радость любопытным тушканчикам.

Перестройка набирала обороты, по песчинке, по камушку размывая устои империи. Колосс действительно оказался на глиняных ногах. Слаб в поджилках. Булькнул пузырем августовского «путча» в 91-м и канул в небытие, на заросший бурьяном пустырь истории, как те автоматы газированной воды.