Шрифт:
— Я понимаю, Лео, Вайли — ваш друг, и вы всеми силами стараетесь помочь ему, — сказал управляющий компанией. — Но… Вы сами понимаете, что Вайли уже далеко не тот, кем был пару лет назад. Два года назад я подумывал о назначении его руководителем вашего отдела. Не вас, а его, уж простите за откровенность. Но трагедия, случившаяся с его женой, совершенно вывела его из равновесия.
Если говорить образно, то Ричард Бейл всю свою жизнь положил на благо рекламной фирмы. Он стоял у ее истоков, и сейчас, на рубеже своего пятидесятилетия, занял высокий пост управляющего. Для него успешная работа компании была не пустым звуком, а делом всей жизни. Поэтому и к подбору кадров он подходил с большой ответственностью. Как хороший специалист и опытный руководитель, мистер Бейл прекрасно знал о квалификации Теда Вайли, о его умении находить решение в почти безвыходных ситуациях. Но его сильно настораживал образ жизни, который в последнее время вел Вайли. Лео просто необходимо было убедить управляющего, что Тед Вайли не потерян для общества.
— Ну что вы, мистер Бейл, — Лео старался говорить спокойно и убедительно, — Тед Вайли великолепный рекламщик, знающий, опытный и, главное, тонко чувствующий, что хотят увидеть наши потенциальные покупатели.
Мистер Бейл недовольно поморщился.
— Он был таким. Был. — В голосе Бейла прозвучали недовольные нотки. — А сейчас? До меня дошли слухи, что в последнее время Вайли сильно подружился с виски.
— Пустые разговоры! — быстро сказал Лео. — Это совсем не так.
— Ну-ну, — не поверил ему управляющий. — Но люди не зря говорят. Ну ладно. Во всяком случае, я не один решаю этот вопрос. Посмотрим, что скажет совет.
У Лео Приста от этого разговора остался неприятный осадок. Ведь по большому счету он обманул мистера Бейла. До Лео не просто доходили слухи о пьянстве Теда — он был свидетелем постепенного скатывания друга на дно. И очень переживал по этому поводу.
Лео не мог этого допустить. Он искренне верил, что назначение на должность руководителя отдела поможет Теду вынырнуть на поверхность.
2
Будильник звонил резко и настойчиво, вырывая Теда Вайли из липкого кошмара сна. Тед зло хлопнул по будильнику, лег на спину и уставился в потолок, изученный до последней трещинки и пятнышка. Он каждое утро начинал с изучения потолка. Как будто на нем, белом и пустом, мог появиться какой-нибудь знак, какое-нибудь указание, подсказка, как жить дальше. Но он ничего не находил. Потолок сиял почти девственной белизной и будто насмехался над его попытками открыть смысл жизни. Никакого смысла не было.
Пора вставать. Поморщившись, он поднялся с постели. Ужасно болела голова, и першило в горле. Шаркая ногами и потирая виски руками, Тед прошел в комнату. Огромный черный кот Бимми, развалившийся в кресле, даже не поднял на него глаза.
Подумаешь! — привычно пронеслось в голове.
Тед привык, что Бимми его игнорирует, не обращает внимания. Сосуществование двух одиноких сердец протекало в параллельных плоскостях. Тед кормил кота, убирал за ним туалет, а тот, проходя мимо, иногда задевал его хвостом. Ни разу Бимми не выразил своей радости ни от полученной пищи, ни от того, что хозяин вернулся домой. Да он и не считал Теда хозяином. Так, сосед по жилплощади, с которым в силу сложившихся обстоятельств приходится мириться. Тед иногда подумывал о том, чтобы отдать Бимми в хорошие руки. Коту, как и любому живому существу, требуются ласка и внимание, которые Тед дать не мог, да кот и не хотел от него их принимать. Но Тед неизменно отказывался от своего намерения избавиться от молчаливого соседа. Бимми имел такое же право жить в этой квартире, как и он.
Его худющим заморышем четыре года назад привела Белла. Они встретились у мусорного бака. Белла рассказывала, что черненький с белыми ушками котенок забился между двумя баками и расширенными от ужаса глазами взирал на мир, жалобно мяукая. Откуда он там появился, для всех осталось загадкой. Белла узнавала у соседей, не потерялся ли у кого котенок. Никто не признал в нем своего. На ласковое кис-кис отреагировал, выбрался из щели и подошел к Белле. А потом смело направился вслед за ней, осторожно вошел в дом, осторожно прошествовал мимо консьержа, смело вошел за Беллой в лифт и поднялся на третий этаж. «Ну что ж, заходи», — пригласила котенка Белла. Он вошел в квартиру и так в ней и остался. За всю свою жизнь Бимми больше ни разу не выходил на улицу, и за эти годы превратился в громадного, пушистого котищу с длинными усами и мощными лапами.
Теда он невзлюбил сразу. Все попытки Теда погладить его, почесать за ушком пресекал сразу. Шерсть вставала дыбом, обнажались клыки. «Попробуй только тронь!» — говорил весь вид котенка. Зато за Беллой следовал по пятам, ждал всегда ее возвращения, сидя у входной двери, забирался на колени, когда она усаживалась в кресло. Даже когда Беллы не стало, он продолжал ее ждать, не обращая никакого внимания на Теда. Его для кота не существовало.
С кота взгляд Теда переместился на маленький столик, на котором стояла полупустая бутылка виски и одинокий стакан. Тед вновь поморщился. Это никуда не годится. Вчера отправился спать, даже не удосужившись убрать следы своего малодушия. Пить в одиночестве — последнее дело. А не убирать за собой — это уже признак деградации.
Тед долго стоял под душем, смывая следы похмелья и кошмарного сна. Да, ему опять снилось что-то неприятное и ужасное. Но он не помнил. Может, это и к лучшему — не помнить снов. Рассудок просто не выдержит таких нагрузок.
Тед ходил, ел, спал, общался, выполнял свои обязанности на работе, но это был не он. Кто-то другой и незнакомый. Он — истинный, настоящий Тед Вайли — остался где-то далеко в прошлом, в том мгновении, в том дождливом вечере, когда резко заскрежетали тормоза, не способные остановить скользящий по мокрой дороге автомобиль. Глухой удар он не услышал — почувствовал.