Iacs (Палитко Станислав)
Шрифт:
А ритуалы прошли на редкость неудачно. Джеймс Поттер на зов крови и имени просто не ответил, как будто не являлся родственником, или носил другое имя. А при попытке вызвать Лили Поттер у Гарри резко заболел шрам, который ему оставила автокатастрофа. Подробно расспросив мальчика о его ощущениях, Аид предположил, что Гарри защищен Кровной Вязью, привязывающей жизнь и здоровье ребенка к его семье и позволяющей распределять эффекты проклятий по всем родичам, спасая детей. Для ритуала, как объяснил Аид, требуется добровольная жертва крови для направления связи. Напитывается же ритуал добровольной отдачей жизни. Среди сидхе Смерти и Зимы, способных возродиться после смерти, матери часто защищали так своих детей. Ведь такое чудо, как маленький сидхе было величайшей ценностью для любого Дома. Слишком мало у бессмертных рождалось детей и слишком часто они рождались мертвыми в результате конфликта магии матери и не рожденного ребенка. Летним, не способным к магии крови, к этой странной жертве своей жизни окружающему миру, хотя и умеющим воскресать, приходилось отряжать множество воительниц и заклинательниц для охраны детей. Вот только откуда его могла узнать волшебница без многочисленных поколений предков-волшебников, которые смогли бы сохранить унаследованные от сидхе знания? Ведь никто из родителей Лили, о которых он как-то мельком услышал от тетки, не оказался волшебником и не пришел на зов.
– Не грусти, малыш, чтобы задержаться здесь, надо обладать магией. Серые Пустоши быстро переваривают на защищенную собственной пробужденной магией личность, отправляя обычных людей на перерождение, - сказал ему Аид.
– Остатки этих теней есть прах под нами. Не изменяли реальность те, кому твой зов был предназнаен. Чтобы с ними поговорить, тебе придется научиться полноценно воскрешать.
– А ты не мог бы мне помочь? Ты умеешь воскрешать.
– Умею. Но тебе стоит самому научиться, ведь это твоя семья. Несложно будет это. Будь предки твоей матери совсем лишены магии, если бы в них не дремала кровь сидхе, суть хаоса, дарующая власть изменять мир по своей воле, то у них никогда бы не родилась дочь-волшебница.
И вот, когда Гарри предавался грусти в объятьях древнего василиска, над деревьями разошелся с тихим хлопком, сразу привлекшим внимание Гарри. Сверху медленно спустился старик с длинной белой бородой и куском ветки в руке. Оглядев Гарри, Суссахесса, Ашшимисс и Риссашша, одного из внуков прародителей гнезда, старик сказал:
– Гарри, мальчик мой, я спасу тебя от чудовищ...
Затем мальчик взлетел на два метра в воздух и оказался заключен в золотистую сферу. Закрыв глаза, старик махнул прутиком в направлении разворачивающегося к нему Риссашша. Земля рядом с отпрянувшим василиском словно взорвалась, сдирая с несчастного чешую.
К счастью, старик, посчитавший себя в безопасности и пошедший в направлении мальчика, крупно ошибся. Природная магия такого количества василисков просто не нуждалась в зрительном контакте. Вскоре старик превратился в каменную статую, а сфера исчезла. Не окаменел только странный прутик. Тщательно осмотрев его, Гарри обнаружил, что прутик буквально пропитан знакомой ему силой. Точно так же ощущалась сила Лираэл. Но откуда у старика взялся созданный Древнейшей предмет? В утренний свой визит на Серые Пустоши, Гарри сумел захватить палочку с собой. Отыскав Лираэл, мальчик отдал Древнейшей её творение. Та очень удивилась, увидев предмет в его руках, и поблагодарила мальчика. А потом рассказала историю создание этого прутика и двух других артефактов...
Так из мира ушла Бузинная Палочка, первый из Даров Смерти.
* * *
На следующий день появились новые гости: высокий одноногий старик с бешено крутящимся голубым глазом, глаз был единственным на его лице, что было видно под капюшоном; пухленькая жизнерадостная женщина и настоящий великан, чье лицо скрывалось за длинными спутанными прядями волос и огромной клочковатой бородой, оставляя на виду только его глаза, маленькие и блестящие, как черные жуки. Они подошли к статуе вчерашнего нежеланного гостя и внимательно осмотрели её.
– Профессор Дамблдор, какой достойный человек и такая ужасная смерть! Как же мы будем без него!
Великан в буквальном смысле сотрясался от рыданий, а по его лицу катились огромные слезы, скрываясь в густой бороде.
– Похоже, что он встретил василиска и окаменел. Но ведь считается, что эти кошмарные существа вымерли.
– Кто вы и зачем пришли сюда?
– прошипел вышедший на поляну с Гарри, положив руки на спины двух названных сестер. Остальные взрослые Старшие, кроме больного Риссашша, окружили поляну и внимательно следили за гостями.
– Похоже, мы окружены, но на нас пока не нападают. Придется быть очень аккуратными, - прорычал одноногий, бешено вращая искусственным глазом.
– Надо попытаться поговорить с этим шипящим, как змея, мальчиком. Я только не понимаю, почему мы еще не окаменели. Может это от желания василиска зависит, а не только от того, смотришь ли ты ему в глаза?
Гости настороженно глядели на худощавого мальчика с черными растрепанными волосами и шрамом на лбу, облаченного в тунику и штаны из сброшенной кожи членов его гнезда.
– Я уже почти ... забыл, вроде, этот язык. Может быть, перейдем на Ситхен?
– за время, проведенное на Серых Пустошах, этот язык чистой магии стал для него почти родным.
– Не понимаю, последнюю фразу, - взяла на себя переговоры женщина, оттеснив бешеного старика.
– Значит, придется разговаривать так. Кто вы и зачем пришли сюда?
– медленно проговорил мальчик.
– Я Поппи Помфри, медсестра в школе магии Хогвартс. Со мной Аластор Грюм, начальник Аврората, а также Хранитель Ключей Хогвартса, Рубеус Хагрид. Мы пришли следом за профессором Альбусом Дамблдором. Он искал Гарри Поттера, чтобы пригласить его в Хогвартс.