Шрифт:
— Так вот… После катаклизма, когда эльфы оказались в гористой местности, где нельзя было разбить садов, посадить леса и жить так, как мы привыкли, мой народ стал гибнуть. Не спасали даже цепные псы Владыки — Хранители стихий. Или не хотели спасать… Но как только ситуация стала критической, они предложили выход. Что и как было сделано, никто доподлинно не знает, все же прошло много тысяч лет, но с тех пор появилось четыре града в землях Аквамарина. Четыре оплота прежней жизни.
— Как понимаю, за всеобщее благоденствие пришлось расплачиваться кому-то одному? — с грустной иронией уточнила я.
— Ну почему одному… Четверым. Ведь есть Медный, Золотой, Серебряный и Многоцветный города.
— А кому в Многоцветном досталось от Хранителей?
— Это столица Аквамарина, — улыбнулся Элливир. — Владыка.
— О-о-о-о, — протянула я в ответ. — Но красотой они не ограничились? Ведь если дара два, то и кары две должны быть, верно?
— Верно, — грустно кивнул эльф. — Нас женщины боятся. На интуитивном уровне. Собственно, потому и очарование дали, чтобы род не угас… Поиздеваться еще больше Хранители просто не могли.
Если честно, сочувствия у меня не было. Да, они лишились той неземной прелести, свойственной эльфийскому народу, но ведь откровенно уродливыми их нельзя было назвать! Да и вообще, хорошим повелителям прощается многое, не говоря уже о таких незначительных вещах, как внешность! И женщина, что бы ни говорили, на одну только привлекательную физиономию не поведется. Нужен шарм, очарование, обаяние и прочее. И сила. Она должна ощущаться, поэтому, как бы ни был красив слабый и бесхарактерный, девушка все равно останется с умным, сильным и волевым.
— То есть вы утверждаете, что никто из остальных не мог такого сделать?
— Полагаю, я не смогу вас убедить, если просто отвечу положительно, — рассмеялся мой спутник. — Юля, мы можем воздействовать только на объект в непосредственной близости. Он должен нас отчетливо слышать или смотреть прямо в глаза, понимаете?
— Понимаю, — кивнула в ответ. — А это влияет на всех девушек в замке… В том числе и на тех, кто вас не слышит.
— Да, — согласился Эл.
— Как действует ваш дар? Голос — звуковая волна. Она как-то изменена, верно?
— И влияет на определенные участки мозга. Например, на центр удовольствия. Так как я мужчина, то у женщин вызываю желание, а у представителей своего пола просто симпатию и необоснованное доверие.
— Удобно, — ошеломленно пробормотала я, теперь понимая, чем обусловлена моя реакция на Элливира. — А почему сейчас ничего не чувствую? Вы ведь говорите.
— Потому что контролирую, — отозвался эльф. — Совсем убрать не могу, а заглушить — вполне. А на вас теперь не только миртар, но и полный комплект экранирующих амулетов. От лалов до тарагара.
— Тарагар — это браслет? — я коснулась недавно подаренного украшения.
— Очень редкий и очень сильный, — согласился Медный. — Притом о свойствах желтого камня в нем я только урывками читал. Судя по всему, Кик нашел сию занятную игрушку в одном из так любимых им кладов.
— Он и правда кладоискатель? — недоуменно хлопнула ресницами.
— И не только. — Впереди показалась блестевшая на солнце гладь небольшого ручья.
Элливир грациозно перескочил его и подал мне руку, от которой я не стала отказываться, так как эта преграда была пустяковой только для длинного эльфа, мне же пришлось преодолевать ее в два этапа, слава всему, на середине был камень.
— Но зачем ему это? — недоумевала я, деля свое внимание между спутником и камнем. — Он же состоятельный.
— Юля, некоторые вещи и некоторых людей стоит узнавать самой, — покачал головой остроухий сопровождающий.
Как выяснилось, между взглядами на эльфа или на камень выбирать стоило все же последний, так как он оказался коварным и очень скользким, потому в воду я не полетела только благодаря вовремя подхватившему меня мужчине.
— Осторожно, Юлия.
Он все еще придерживал меня за талию, не торопясь отпускать, я подозрительно на него взглянула и, поправив сползшие на кончик носа очки, окрашивавшие мир во все оттенки зеленого, отступила сама.
— Может, все же возьмете меня под руку? — все так же безукоризненно вежливо, с кристально-честным взглядом спросил Хозяин Медной горы. — Это сложный прогулочный маршрут, который не рассчитан на ваш наряд и обувь.
— Тогда почему же вы меня сюда перенесли? — иронично прищурилась я. — Ведь сразу видели, что я в неподходящем виде.
— Тому есть несколько причин, — рассмеялся посол, запрокидывая голову, подставляя лицо падающим сверху лучам солнца, которое вызолачивало волосы эльфа, смягчало резкие черты лица и делало его менее отталкивающим. Он вообще становился симпатичнее, когда не вел себя по-хамски.