Шрифт:
— Хватит! — сказал папа.
— Ты мне грозишь, что ли? — спросил мистер Нейшн.
— Я говорю, хватит этих разговоров, — ответил папа. — Убийца может быть и белым, и черным.
— А окажется ниггером, — сказал мистер Нейшн. — Помянешь мое слово.
— Я слышал, у тебя есть подозреваемый, — сказал Сесил.
— На самом деле нет, — ответил папа.
— Какой-то цветной, — продолжал Сесил.
— Я ж так и знал, — сказал Нейшн. — Какой-нибудь проклятый ниггер.
— Я задержал человека для допроса, вот и все.
— И где он? — спросил Нейшн.
— А знаете что? — сказал папа. — Я бы от куска пирога не отказался.
Заскрипело крыльцо, открылась марлевая дверь, и мы услышали уходящие в дом шаги.
— Обожатель ниггерский, — сказал Нейшн.
— Хватит этого! — обрезал его Сесил.
— Это ты мне, парнишка?
— Тебе. И я сказал, хватит.
На веранде началась возня, движение, потом вдруг что-то шмякнуло, и мистер Нейшн полетел на землю прямо перед нами. Мы его видели в щели между ступенями. Он смотрел в нашу сторону, но вряд ли нас видел. Под домом было темно, и он был занят другим. Вскочил он быстро, бросился к ступеням, но тут на веранде снова послышалось движение и папин голос:
— Этан, не поднимайся на веранду. Иди домой.
— Да кто ты такой, чтобы мне указывать?
— Сейчас я констебль, и если ты сюда поднимешься или будешь мне хоть сколько-нибудь надоедать, я тебя арестую.
— Ты — и кто еще?
— Я и только я.
— А его? Он меня ударил. Ты на его стороне, потому что он за тебя!
— Я на его стороне потому что у тебя не пасть, а помойка и ты всем портишь удовольствие. Слишком много ты выпил. Иди домой и проспись, Этан. Давай по-хорошему.
Рука мистера Нейшна спустилась вниз и подобрала шляпу.
— Ты такой высокопотсав… поставленный, да?
— Просто нет смысла драться из-за ерунды, — ответил папа.
— Ладно, ты у меня посмотришь, любитель ниггерский!
— Не приходи больше в парикмахерскую, — сказал папа.
— Ноги моей не будет в твоей помойке, любитель ниггерский!
Мистер Нейшн повернулся и зашагал прочь.
— Сесил, ты слишком много говоришь, — сказал папа.
— Это я знаю, — ответил Сесил.
— Ладно, я хотел пирога, — сменил тему папа. — Войду в дом и попробую еще раз. А когда я вернусь, нельзя ли, чтобы разговор шел о чем-нибудь совсем другом?
— Меня устраивает, — сказал чей-то голос, и снова послышался звук открываемой двери. Сначала я подумал, что все ушли внутрь, но потом я понял, что папа и Сесил остались на веранде, и папа что-то говорит Сесилу.
— Извини, я не должен был так тебя осаживать.
— Ничего, — ответил Сесил. — Ты был прав. Я слишком много говорю.
— Ладно, забудем.
— Конечно! Кстати, Джейкоб, подозреваемый… ты думаешь, это он?
— Нет, не думаю.
— А ему ничего не грозит?
— Пока нет. Я могу просто его отпустить, и никто и знать не будет, кто это был. Пока что мне с ним помогает Билл Смут.
— Ну ладно, еще раз прости, Джейкоб.
— Все путем. Пошли наконец пирога попробуем.
Мы ехали на машине домой с набитыми животами — яблоки, пирог, лимонад. Окна были опущены, октябрьский ветер свеж и насыщен запахами леса. Мы ехали по извилистой лесной дороге, ведущей к нашему дому, и меня начало клонить в сон.
Том уже спала, уронив голову на грудь. Я привалился к стенке машины и тоже стал дремать. Потом я услышал, что мама разговаривает с папой.
— У него был ее кошелек? — спрашивала мама.
— Да, и он оттуда деньги вынул.
— Так это, может быть, он?
— Он говорит, что рыбачил, увидел кошелек и плавающее платье и вытащил кошелек удочкой. Увидел там деньги и взял. Он говорит, будто понимал, что кошельки из реки не вылавливают, а на нем не было имени, и всего пять долларов, которые бы все равно пропали. Он говорит, будто даже не думал, что кого-то убили. Так вполне могло быть. Лично я ему верю. Старого Моуза я знаю всю жизнь. Он меня учил рыбу ловить. Сам он вообще чуть ли не живет на реке в лодке. Мухи не обидит. К тому же ему семьдесят лет, и здоровье у него не очень. Жизнь он прожил тяжелую. Жена у него сбежала сорок лет назад, и он так этого и не пережил. Сын у него пропал, когда был подростком. Тот, кто изнасиловал эту женщину, должен быть очень силен. Она была молода, и, судя по виду тела, схватка была нешуточная. У человека, который это сделал, должно было хватить сил, чтобы… в общем, она здорово изрезана. Как и та, другая. Распороты груди. Рука отрезана у запястья. Мы ее так и не нашли.