Шрифт:
– А кого ты видишь нашими потенциальными клиентами? – с любопытством спросил Бритов.
– А ты не знаешь? Мне тебя учить? – возмутился Сергей Арнольдович и продолжил: – Слава, я тебя привлек в этот бизнес и дал тебе возможность кучеряво жить, потому что другого такого толкового у меня нет. Ты любишь деньги, девочек, красиво жить и сладко есть. Для того чтобы это не исчезло, надо работать. Понимаешь?
– Умеешь ты уговаривать, Сергей Арнольдович, – согласился с ним Бритов. – Но имей в виду, при погонах ходить мне осталось совсем недолго. Два года и все. Возраст.
– Снимешь погоны, будет другой разговор, – успокоил его Ванин. – А пока надо двигаться вперед. На данный момент важно собирать материал, а я займусь другими делами.
На следующий день Сергей Арнольдович приехал на работу пораньше, дел предстояло великое множество. Наконец выкроил время поработать с Шубиным Борисом Михайловичем. Это к вечеру, а в первой половине дня предстояла встреча с Огурцовым. Непростая встреча.
– И о чем ты будешь с ним говорить? – услышал он голос Иуды.
Ванин обернулся. Перед ним стоял его вечный спутник «элегантный, как рояль».
– Вижу, заработался, брат мой, – обратился он к Сергею Арнольдовичу.
Ванин стоял у окна и осторожно пил маленькими глотками горячий кофе.
– Смотри, не обожгись, а то за штору сейчас зацепишься…
Ванин отступил на шаг и тут же услышал неприятный жужжащий треск и звук разбитого стекла. Иуда мгновенно исчез. В кабинете Ванин остался один. Он стоял у окна, в котором зияла аккуратная дырка, украшенная трещинами, словно морозными узорами. Внутреннее стекло рамы наполовину оставалось в окне, и в нем были следы такого же аккуратного отверстия.
В кабинет влетела испуганная Евгения Петровна:
– Что случилось, Сергей Арнольдович? Что-то упало?
Ванин показал на окно. – Вот!
– Позовите Валерия Андреевича, – попросил он секретаршу спокойно.
Попов быстро нашел дырку в стене и аккуратно извлек пулю. Ванин только сейчас понял, что в него стреляли. Вызванные специалисты с помощью лазерного определителя без особого труда нашли место, откуда был произведен выстрел. Но это ничего не объяснило. Ванина спасло чудо. Пуля прошла в двух сантиметрах от его головы. Как он ни старался держать все произошедшее с ним в тайне, информация стала доступна многим.
На следующий день по всем телевизионным каналам и в новостях сообщили о неудавшемся покушении на бизнесмена. «Такого еще не было, – думал Сергей Арнольдович. – Значит, где-то я сильно промахнулся».
Весь следующий день Ванин провел дома с женой. У Анны была истерика. Ее приехали успокаивать Ефим Петрович и Цуца Парменовна. Но сам Ванин был на удивление спокоен. Он был внутренне готов к такому повороту событий. Однако простота происходящего, близость и неизбежность смерти, которая могла быть, не окажись рядом Иуды, пугали и смущали его. Особенно то обстоятельство, что он вдруг четко осознал, что если бы он лежал на полу с пробитой головой, то в этом мире ничего бы не изменилось. Солнце бы светило, люди бы ходили, любили друг друга. Мир без него мог жить спокойно. И это огорчало. Сейчас его беспокоила только Анна. «Отойдет от шока, отправлю снова в Лондон на месяц, другой», – думал Ванин.
Кто мог это сделать, его пока почему-то особенно не интересовало. Ему казалось, что он знает, но никак не может понять – зачем.
Утром следующего дня все было отремонтировано в его кабинете. Перед входом в банк дежурили репортеры. Ванин подъехал к зданию с черного хода. Его встретил на крыльце Костик, взволнованный и заботливый, – само обаяние.
Ванин похлопал его по плечу:
– Ничего, Костя. Переживем и это. Не дрейфь! Ребята работают, найдут заказчика.
Они поднялись наверх. Евгения Петровна встретила шефа как заботливая мать. Ванин попросил ее пригласить Попова.
– Какие новости? – спросил он Валерия Андреевича, когда тот вошел в кабинет.
– Пока ничего особенно заслуживающего вашего внимания нет. Я думаю, что в данном случае от милиции ничего положительного ждать не приходится. Вы понимаете, Сергей Арнольдович, это было не запугивание. Вас конкретно хотели ликвидировать. Вас спас просто какой-то счастливый случай.
– Да, я понимаю, – согласился с ним Ванин и продолжил свое рассуждение. – Таких, кому нужна моя смерть конкретно, я не знаю. Но озлобленные люди есть, обиженные на меня, конечно, есть. Завистники, конечно, имеются. Конкуренты тоже на такое не пойдут. Наше дело построено так, что мы никому не мешаем. У нас своя собственная ниша, в которой вряд ли кто-либо другой сумеет работать. И мне совершенно непонятно, для чего меня нужно было ликвидировать.
– У меня только один вывод – кто-то положил глаз на ваш бизнес. И этот кто-то абсолютно точно знает, что без Вас вся эта махина станет неуправляемой. Извините, Сергей Арнольдович, но созданная Вами система живет только благодаря Вам. Она лишена самовыживаемости или преемственности, и Вы в этой системе – самое уязвимое звено. Если уничтожение крупных компаний требует солидного времени, то в нашем случае, чтобы уничтожить созданные Вами структуры, достаточно ликвидировать Вас. И вся ваша машина немедленно перестанет существовать.