Шрифт:
Лифт, между тем, неторопливо пробирался наверх, и Вера чувствовала себя странно в этом пустом лифте, рассчитанным, по крайней мере, на двадцать человек. Странным было то, что к ним никто не входил, не подсаживался, как обычно бывало в заполненном людьми бизнес-центре «Орион». Такое могло быть только глубокой ночью — пустые этажи и офисы, пустые лестницы, пустой лифт. Все сотрудники к этому времени уже покинули здание, оставив его во власти охраны и вокруг ни души. Но это ночью, а тут днем, после обеда…
— Слушай, Лёх, — вдруг сказала Ира, — мы сегодня собираемся потусоваться в спортбаре. Присоединишься?
— Это, в каком?
— Бар «Десятка» на Петровке. Там шесть залов, просто супер! Кстати, мы не познакомились. Я Ира, а это моя подруга Вера, можешь нас звать Ирусик и Верусик.
Молодой человек хмыкнул и кивнул головой.
— Мне сейчас выходить. Окей, созвонимся, — сказал он, — какой у вас внутренний?
— У меня тридцать восемь-семьдесят пять, — торопливо сообщила Ира, — а у Верусика тридцать девять-четырнадцать.
Лифт остановился и парень вышел. Они поехали дальше.
— Видишь, как надо знакомиться! — удовлетворенно заметила Ирина. — Вот так их и надо цеплять за жабры, как толстых и неповоротливых сомов.
— Боже мой, ты что, специалист по отлову рыбешек? По тебе не скажешь!
— Папа в детстве часто водил на рыбалку. Так что нацепить червячка на крючок я смогу. Уж будь уверена! А если сейчас одна, так то не показатель, Я такая, недавно дала отставку трем парням. Сразу. Прикидываешь? Сейчас типа временно свободна, но это временно.
Самоуверенность подруги забавляла Веру, ей нравилось то, что Ира была девчонкой без комплексов, практически без тормозов, а если и имела их, то в облегченном варианте, без ручника. По сравнению с ней, Вера была обыкновенной офисной мышкой, на первый взгляд серой, не выдающейся ни умом, ни внешностью.
Сколько таких, сидит по фирмам, конторам и учреждениям, выполняет однообразную, чаще всего неинтересную работу? Сколько ждет, когда что-то или кто-то повлияет на их судьбу, изменит жизнь? Но годы летят, и ничто не меняется — они продолжают ходить на работу, жить, отдаваясь мелким радостям, воспринимая неудачи как нечто, само собой, разумеющееся. И только иногда, если присмотреться внимательней, в глазах этих офисных мышек можно разглядеть еще не потухший огонек надежды.
Глава 2
Достигнув нужного этажа, лифт остановился, и дверцы бесшумно отъехали, открывая стойку, за которой со скучающим видом сидел толстый охранник. Над ним красовалась вывеска «Россервис», выполненная золотистыми буквами строгим шрифтом Times и призванная вселить в посетителей, случайно или неслучайно забредших на этаж, чувство уважения к солидной фирме, занимавшей здесь жизненное пространство.
Охранник, хорошо знавший девушек, дежурно кивнул, и они пошли мимо, каждая в свою сторону. Их офисы располагались по разные стороны длинного стеклянного коридора, покрытого, как и холл внизу, блестящей плиткой только темно-серого цвета. Во всех таких офисах стояло по десять столов с компьютерами, за которыми трудился персонал фирмы, в основном женского пола. Вдоль стен размещались серые бухгалтерские шкафы и кулеры с водой. Как ни странно, руководство компании не жлобилось на такие вещи для своих сотрудников.
Едва Вера вошла в отдел, как заметила, что все уже сидели на рабочих местах и, борясь с послеобеденной дремой, изображали трудовую деятельность. Деятельность эта выражалась в ленивом постукивании по клавиатуре, неторопливом перекладывании отчетов и справок с места на место, шуршании другими никому не нужными бумажками. Взгляды невольно прикипали к окну, за которым в самом разгаре властвовал летний день с его прохладными фонтанами на площадях, вкусным мороженным — ванильным, шоколадным, фруктовым, тенистыми аллеями и скверами. Ужасно хотелось туда, на улицу.
За соседним столом сидела приятельница Веры Маша — большая любительница вкусно поесть. Это была полненькая, невысокая девушка с круглым лицом и большими наивными глазами. На её столе всегда лежало несколько тюбиков с кремами для лиц, рук или других частей тела — Маше казалось, что у неё слишком сухая кожа.
— Опять курила с Иркой? — поинтересовалась Маша, не глядя на свою соседку.
Краем глаза Вера заметила, что Маша раскладывает пасьянс «Косынку» на компьютере.
— Ага! — ответила Вера, не вдаваясь в подробности, и садясь за свой стол.
Она, сняв блокировку, посмотрела на экран компьютера и увидела, что пришла новая почта, обозначившая себя желтым конвертиком в нижнем углу рабочего стола.
«Опять после обеда!» — досадливо подумала Вера, решив, что начальник сбросил ей новое задание. У начальника отдела Ивана Андреевича имелась такая нехорошая привычка — загружать подчиненных работой после обеда.
Чуть дальше, чем Маша, сидела еще одна коллега Веры — Вероника Ивановна. Это была женщина в возрасте, разведенная, умудренная житейским опытом. Она одна, без мужа, воспитала двух детей, ставших уже взрослыми и самостоятельными, и успешно приспособившимися к жизни в недрах большого города.