Шрифт:
И СРАЗУ ПОСЛЕ ЭТОЙ СЦЕНЫ происходит Непорочное Зачатье [307], с. 239.
Итак, в обеих сравниваемых версиях — при Непорочном Зачатьи и при посещении Фаустом гарема турецкого императора — говорится О НЕСКОЛЬКИХ ЖЕНЩИНАХ.
• Теперь задержимся на термине «турецкий» император, упомянутом Народной Книгой Шписа (применительно к Иосифу, как мы теперь начинаем понимать). Почему турецкий? Ведь Евангелия здесь ничего не говорят о Турции или Османии. Ответ дает наша реконструкция. Согласно ей, Дева Мария была родом из Руси-Орды, то есть из Тартарии, см. нашу книгу «Христос родился в Крыму…». А потому родственники Марии были, скорее всего, в основном ордынцами, жителями Тартарии. Далее, Турция-Османия была основана выходцами из Руси-Орды. Поэтому термины ТУРКИ, ТОРКИ, ТАТАРЫ, ТАРТАРЫ стали путаться на страницах хроник, переходить друг в друга. Так и вышло, что германская версия стала рассуждать о «турецком императоре» применительно к евангельскому Иосифу. Бывшему, вероятно, родом из Тартарии=Руси-Орды XII века.
• Согласно Евангелиям, Иосиф, узнав о беременности Марии, «будучи праведен и не желая огласить Ее, хотел тайно отпустить Ее» (Матфей 1:19). Апокрифические Евангелия останавливаются на этом сюжете подробнее. Сказано: «Возвратившись в дом свой, он нашел Марию беременной, и он задрожал всеми членами своими, и, полный тревоги, он воскликнул и сказал: Господи, Господи, прими дух мой, ибо лучше для меня умереть, чем жить! И ДЕВИЦЫ, КОТОРЫЕ БЫЛИ С МАРИЕЙ, сказали ему: мы знаем, что никакой человек не прикасался к Ней… Ангел Господень каждый день беседовал с Ней…
Иосиф сказал: зачем хотите меня обмануть и заставить поверить, что Ангел Господень сделал Ее беременной?.. И он задумал скрыться и отпустить Марию» [307], с. 240.
Немецкая версия тоже отмечает аналогичное смятение чувств турецкого императора, когда ему рассказали о пребывании Фауста с его женами: «Подобные разговоры ВВЕРГЛИ ТУРЕЦКОГО ИМПЕРАТОРА В СИЛЬНОЕ РАЗДУМЬЕ И СОМНЕНИЕ», с. 70.
• По Евангелиям, как только Иосиф решил тайно отпустить Марию, к нему явился Ангел Господень: «Но когда он помыслил это, — се, Ангел Господень явился ему во сне и сказал: Иосиф, сын Давидов! не бойся принять Марию, жену твою, ибо родившееся в Ней есть от Духа Святого; родит же Сына, и наречешь Ему имя Иисус, ибо Он спасет людей Своих от грехов их… Встав ото сна, Иосиф поступил, как повелел ему Ангел Господень, и принял жену свою» (Матфей 1:20–21, 24).
Вполне аналогично, немецкая Народная Книга сообщает о явлении божества турецкому императору. Отличие лишь в том, что это явление происходит ДО рассказа о посещении Фаустом женщин императора, а не ПОСЛЕ него (как нужно было бы). То есть хронист Шпис поменял местами эти два события. Но суть дела он сохранил. Напомним: «Между тем в зале стало так светло, будто посреди него солнце стояло, и дух, сопровождавший Фауста, стал перед императором в обличье, убранстве и облачении папы и сказал ему: «Привет тебе, император, ты удостоился, что я, твой Магомет, явлюсь перед тобой». С этими краткими словами он исчез. ПОРАЖЕННЫЙ ЭТИМ ЧУДОМ, император пал на колени, призывая своего Магомета и восхваляя его за то, что он его столь почтил и явился ему», с. 70.
• Более того, «турок посчитал это за великий дар и благо, что тот (Фауст — Авт.) спал с его женами», с. 70. Это есть отражение евангельского утверждения, что после явления ему Ангела, Иосиф отнесся к беременности Марии как к чуду, принял свою жену и стал заботиться о ее Сыне.
Итак, мы видим хорошее соответствие между христианской концепцией Непорочного Зачатья и ее германским отражением, искаженным, впрочем, западноевропейскими реформаторскими насмешками.
4. Кесарево сечение
Оказывается, в истории Фауста мы также сталкиваемся с воспоминанием о кесаревом сечении, при помощи которого на свет появился Андроник-Христос, см. нашу книгу «Царь Славян». Рождение Христа кесаревым сечением оставило свой след не только в богослужебных текстах Православной церкви. Как мы показали, об этом событии много говорили в средние века и из таких обсуждений вырос целый куст различных мнений, предположений, мифов. Многочисленные отражения этого сюжета сохранились на страницах «античной истории». В частности, известный миф о рождении «древнейшей» богини Афины «через разрез из головы Зевса». Здесь разрез, сделанный при кесаревом сечении, сохранился в «греческом» мифе полностью, но «переместился» на голову бога, см. «Царь Славян», гл. 2.
Мы уже рассказывали, что, согласно, например, раввино-иудейским источникам, сам Христос вспорол себе БЕДРО ножом и вложил в рану, а потом извлек из нее, некие чудесные письмена, или «Слово». Напомним, что Словом иногда именовали самого Христа. У «античных классиков» — Ямвлиха, Диогена и Порфирия — эта история про Христа преломилась в виде рассказа о ЗОЛОТОМ БЕДРЕ ПИФАГОРА, см. нашу книгу «Потерянные Евангелия», гл. 2. Вот как история с кесаревым сечением отразилась в иудейской версии евангельских событий, в так называемом «Тольдот Иешу».
«Он (Иисус — Авт.) проник в святилище, где находился камень основания… И мамзер (Иисус — Авт.) захотел овладеть тайной… Два медных льва сидели у двух колонн перед входом в святилище, и каждый, кто входил туда и изучал буквы или записывал их на пергаменте, только он выходил назад, как львы рычали на него, и он забывал написанное. Что же тот мамзер? Он произнес буквы НАД СВОИМ БЕДРОМ, РАЗРЕЗАЛ ЕГО, НЕ ИСПЫТЫВАЯ БОЛИ, И ПОЛОЖИЛ В БЕДРО ПЕРГАМЕНТ, на котором написал тайные буквы, и, прежде чем выйти, заговорил это место. Когда он выходил, львы зарычали на него, и он тут же забыл написанное, но пергамент остался на месте, и, когда он удалился, РАЗРЕЗАЛ СЕБЕ БЕДРО, ВЫНУЛ ПЕРГАМЕНТ И ВНОВЬ ВЫУЧИЛ БУКВЫ в спокойной обстановке. ОН БЫЛ ЕДИНСТВЕННЫМ, КТО ТАК ПОСТУПИЛ, И ПОСЛЕ ЭТОГО ОН МОГ ТВОРИТЬ ВСЕ, ЧТО ПОЖЕЛАЕТ» [307], с. 360–361. Разрез на бедре, «сделанный Христом», настолько впечатлил иудейских писателей, что они снова и снова возвращались к нему. В раввинской литературе возник даже специальный термин «Вырезающий на собственном теле» [307], с. 315–316.