Шрифт:
– Неприятности у нас с вами...
– Мои ребята не могли подвести, – категорично заявил Леви, сразу понимая, о чем речь.
– Тем не менее.
– Что случилось?
– Карты у меня под рукой нет... – полковник оглядел стол рассеянным взглядом, словно рассчитывал найти там завалявшуюся карту района приближения Зарской дороги к границе с Россией. – Но ты и так должен ее помнить... Короче говоря, мы с тобой как группу инструктировали?
– Пройти, окопаться, замаскироваться, не показываться никому на глаза, в боестолкновения не вступать, ждать команды. Операция начинается строго по команде. Ни на какие посторонние дела не отвлекаться...
– Вот-вот, – вздохнул Арчил Нугзарович. – Похоже, отвлеклись...
– На что отвлеклись?
– Контингент мы выбрали не тот...
– Хорошие парни. Им терять нечего. Никого и ничего не боятся. Отчаянные. Драться будут до конца.
– Я никогда не доверялся уголовникам, – сказал полковник. – И сожалею, что в этот раз доверился...
С этим Ицхак Леви согласиться не мог. Он тонко просчитал психологию каждого из состава «командос» и не привлекал к серьезным делам тех, кто бандит по состоянию души. Он использовал только тот материал, который мог в дальнейшем стать цветом будущего грузинского спецназа. А материал для этого был подходящий по всем статьям.
– Для них это была единственная возможность зачеркнуть свое прошлое. И каждый стремился к этому. Я бы даже сказал, что это государственная задача – вернуть обществу таких людей. Парни отчаянные, парни храбрые, наученные военному делу. В них честности, может, еще больше, чем...
– Значит, просчитались мы с тобой... – Арчил Нугзарович был готов разделить неудачу на двоих. Это было, конечно, благородно, но утешало мало.
– Так что все-таки случилось?
Полковник с минуту молча думал, теребя в руках старую, но красивую чернильную авторучку с золотым пером. Как говорил еще раньше Ицхаку, подарок на какой-то юбилей от сослуживцев по ГРУ. Арчил Нугзарович этим подарком дорожил, как памятью о своих лучших годах, и берег его, никогда не расставаясь.
– Мы прокололись со связью – это раз...
– На группу было выделено два спутниковых телефона.
– Ни один из них уже не принадлежит группе. По одному отвечают что-то по-осетински, по второму – по-русски из милиции в Джаве.
– Скверно. Уже из-за одного этого можно считать операцию проваленной... – но Ицхак Леви не торопился взять на себя вину. Средства связи продумывал не он. Его задача была связана только с личным составом.
– И не только из-за этого. Вот, полюбуйся... – Арчил Нугзарович взял со стола папку с бумагами, но тут же положил назад на стол. – А-а, забыл... Отнес донесение начальнику управления. Короче, так... Поступило агентурное разведдонесение от нашего человека там, в Цхинвали, что группой грузинских «командос» на Зарской дороге была атакована и уничтожена автомобильная колонна, вывозившая из Цхинвали канцелярию Кокойты, ихнего, так сказать, президента... Там три машины было под прикрытием БТР. В живых осталась одна женщина, говорит, что бандиты искали президентскую казну, но ничего не нашли... Отойти «командос» вовремя не успели, и сами были атакованы колонной южноосетинского ОМОНа. Погибло шесть человек, остальные отошли в горы. Преследование организовано не было, поскольку ОМОН опасался попасть в засаду, да и ехал на выполнение какого-то собственного задания...
– А какие у нас есть основания утверждать, что речь идет о нашей команде?
– К тому времени другие группы, которым поставлена задача блокировать дорогу, только еще готовились выйти в район действий. Больше наших в округе не было... И... телефоны.
– Косвенные факты могут быть по совокупности доказательством, но могут и не быть... – не согласился Леви. – У вас, Арчил Нугзарович, есть какие-то предложения?
Полковник оторвал взгляд от ламинированной поверхности дубового стола.
– Есть только просьба...
– Никак не могу, господин полковник, – сразу понял Ицхак, о чем речь. – Я полностью завязан в другой операции, как вы знаете. Она не менее важна, если не более, хотя с важностью вашей операции я полностью согласен тоже.
– Нам некого послать туда. Просто некого. Эти парни из «командос» не подчинятся никому.
– Вы предполагаете, что они «залегли» на базе?
– Думаю, что там... Иначе уже пришли бы назад. Ждут чего-то. Но возможности получить команду к выступлению у них нет...
Отставной подполковник израильского спецназа думал не долго.
– Нам остается только ждать, что удача повернется к нам лицом и я успею завершить первое дело до того, как начнется второе. Но тогда мне понадобится, скорее всего, вертолет, чтобы добраться до базы. Она определена на карте?
– Определена.
– А вы точно знаете, что русские выступят?
– В отличие от наших американских коллег, я лучшего мнения о российских вооруженных силах. Они успеют выступать до того, как все завершится. В этом случае успех нашей операции становится для Грузии основным вопросом. Удачным исходом мы сможем остановить русские колонны, идущие в Тбилиси... Колонны, может быть, и остановим, но, если они бросят десант с самолетов я советовал бы вам спешно собирать чемодан и торопиться в сторону моря. Хотя, наши порты они блокируют в первую очередь...
– У вас, господин полковник, неважное настроение... – констатировал Леви.
– Не вижу причин для радости.
– А телевидение, мне сказали, говорит о полном успехе грузинской армии. Передают, что передовые подразделения скоро захватят Рокский тоннель...
– Если только по секрету... – вздохнул полковник. – Они еще не прорвались в Цхинвали. Завязли на подступах. Большие потери и в живой силе, и в танках... И это при соотношении сил «один к десяти»... Как наших парней готовили эти американцы? К чему они их готовили? Жилые дома разваливать? Для этого много ума не надо...