— Куда, интересно, подевался наш друг Статсмен? Что-то я давно его не вижу.

— Он дуется, — благодушно усмехнулся Чемберс. — Он, по-моему, решил, что нам не нравится его компания, и ошивается где-то в машинном отделении вместе со всей командой.

— Вы обо мне говорите? — раздался вкрадчивый голос.

Они вскочили, обернулись к двери. В проеме стоял Статсмен. Лицо его ощерилось волчьим оскалом, правая рука сжимала огнеметный пистолет.

— Что это значит? — Голос Чемберса был подобен резкому удару гонга.

— Это значит бунт на корабле. Я беру власть в свои руки! — Статсмен осклабился еще больше. — Звать на помощь бессмысленно, команда на моей стороне.

— Черт тебя подери! — заорал Чемберс и шагнул вперед. Статсмен поднял дуло пистолета. Чемберс остановился.

— Не рыпайся, Чемберс. Ты теперь просто пешка. Хуже чем пешка, — ты никто. Ну какой из тебя диктатор? Ты же натуральный слизняк! Теперь моя очередь отдавать приказы. И чтобы никаких вопросов и возражений! Будешь слушаться беспрекословно — может, я и сохраню тебе жизнь.

— Ты просто спятил, Статсмен! — крикнул финансист. — Ничего у тебя не выйдет!

— Кто же мне помешает, интересно? — отрывисто хохотнул Статсмен.

— Народ! Народ тебе не позволит! Когда ты вернешься в Солнечную систему…

Статсмен оборвал его, шагнув вперед с нацеленным пистолетом.

— Народ будет молчать в тряпочку. Я буду править Системой так, как мне захочется. Никто и пикнуть не посмеет. Ты мечтал об империи, да? О диктатуре над Солнечной системой? Так посмотри на меня! Я сколочу настоящую империю! Только во главе ее буду я, а не ты!

Крэйвен уселся обратно в кресло, положил ногу на ногу.

— И каковы ваши дальнейшие планы, диктатор Статсмен?

Невинный тон доктора привел Статсмена в такое бешенство, что на губах у него выступила пена.

— Сперва я покончу с Маннингом! Сотру его в порошок! Наш корабль в состоянии это сделать, вы сами говорили. У нас в десять раз больше энергии, чем у него. А потом…

Крэйвен взмахом руки прервал его:

— Значит, вы намереваетесь вернуться в Солнечную систему? Хотите встретиться с Маннингом и уничтожить его звездолет? Хороший план.

— Чем он вам не нравится? — с вызовом спросил Статсмен.

— Он всем хорош, — невозмутимо ответил Крэйвен. — Если не считать одной детали: видите ли, не исключено, что мы никогда не достигнем Солнечной системы!

Статсмен обмяк на глазах. Волчий оскал исчез, глаза недоуменно округлились. Он с трудом взял себя в руки.

— Что вы такое несете? Почему не достигнем? — он махнул рукой в сторону иллюминатора, где между двумя яркими звездами желтела тусклая маленькая звездочка.

Чемберс метнулся к Крэйвену, схватил его за грудки, вытащил из кресла:

— Бросьте свои шуточки, доктор! Это наше Солнце! Крэйвен, освободившись, спокойно продолжил:

— Я никогда не шучу. Просто я ошибся, вот и все. Мне пока не хотелось вам говорить. Я думал подойти к этой звезде поближе, зарядиться как следует, а потом еще раз попробовать определить местоположение Солнца. Но боюсь, это безнадежная задача.

— Безнадежная?! — взвизгнул Статсмен. — Ты просто хочешь надуть меня! Вы оба сговорились. Это наше Солнце, я знаю!

— Нет, не наше, — возразил Крэйвен. — Маннинг нас одурачил. Мы решили, что он направился к Солнечной системе, а он сделал крюк и умчался невесть куда.

Ученый бросил хладнокровный взгляд на побелевшие костяшки пальцев, сжимавших пистолет.

— Мы заблудились. — Он посмотрел Статсмену прямо в глаза. — Может быть, мы вообще никогда не найдем наше Солнце!

Революция завершилась. Чиновники «Межпланетной» и армейские генералы бежали на Землю. С «Межпланетной» было покончено… покончено навсегда, ибо на каждой планете, включая и Землю, гудели генераторы энергии материи. Энергии у людей теперь было вдоволь, причем настолько дешевой, что как товар она не стоила ничего, хотя была бесценна как средство достижения новой ступени развития жизни — жизни более полнокровной и достойной человечества.

Акции «Межпланетной» обесценились. Огромные энергостанции на Венере и Меркурии бездействовали. Единственным осязаемым имуществом, оставшимся у компании, были флотилии кораблей, которые еще неполный месяц назад оживленно курсировали между планетами, доставляя во внешние миры аккумуляторы и привозя их обратно к Солнцу для подзарядки.

Маннинг и Пейдж получили патенты, подтверждавшие их права на генераторы энергии материи, практически в каждом государстве Солнечной системы. На обломках поверженных правительств возникали новые. Джон Мур Меллори уже вступил в должность президента Юпитерианской конфедерации. В течение следующей недели должны были состояться выборы на Марсе и Венере.