Admin
Шрифт:
Маниакальная страсть к готовке проявилась у моих девочек ещё с детсадовского возраста. Уже с первого класса они жарили картошку и крутили котлеты, в третьем - освоили выпечку, в пятом по вдохновению могли зафаршировать птичку или кролика. Одно плохо: убирать после себя не любили до отвращения. Всё внимание уделялось продуктам, рецептам, технике и красивой финальной подаче, чтобы было эффектно, как на пошаговых фото в кулинарных журналах. К сожалению, я так и не нашла для них мастер-класса по зачистке кухонных столов после работы, поэтому с побочными эффектами приходилось бороться самой.
Нора, покрутившись в кладовке, нарисовалась с тряпкой в зубах.
– Спасибо, дружок.
В благодарность я от души почесала широкую мягкую спину, спровоцировав новую отмашку хвостом. Шестиметровая кухонька для нас двоих была тесновата, поэтому хвост отчаянно колотил по всем вертикальным поверхностям. Чтобы отвлечь собакина, я метнула тряпку в коридорчик и Нора пулей вылетела следом. Я же, взглянув ещё раз на скатерть-самобранку, задумалась.
Супницу-то жалко, а ну, как кокнут? Эстеты мои малолетние... Но предложить им посуду попроще - не на шутку обидятся. И в кого они такие?
И вот уже полы отмыты, Нора тоже, в печке разогревается рис к рыбе, уютно мерцает лампа под вязаным абажуром.
– Эй, заи!
– окликаю. Приглушённые расстоянием выкрики в детской стихают.
– Ужинать! Я без вас не начну!
Мы рассаживаемся за круглым столом. Нас трое, табуреток четыре. С холодильника бесшумно пикирует мне на плечо чёрно-белая кошачья тень, суёт, прогнувшись, нос в тарелку и оценивающе принюхивается. Спрыгивает на личный табурет. Чередую: кусочек скумбрии мне, кусочек Малявке - едва успевай отдёргивать пальцы, кусочек Норе. Та моментально смахивает языком угощение и застывает, капая слюной, хотя неподалёку - миска с Педди Гри, полнёхонька. Тарахтят без умолку девицы, обсуждая достоинства новой игрушки.
Вот и вся наша семья. Все в сборе.
Я порядком устала за день. Хочется и вместе со своими посидеть, и тишины хочется... Молча поднимаю указательный палец, - девочки "приглушают звук". Давно уже мы понимаем друг друга с полужеста.
– Спасибо за ужин, - говорю после чая.
– Выше всех похвал, молодцы. Кстати, как насчёт посуды?
– Ну, ма-ам, - тянут они разочарованно. Видать, надеялись, что забуду.
– Вы обещали, девочки. К тому же, за вами должок. Кто накидал собачке на прожор головы? Зайчики, имейте совесть, я и так после работы никакая. И...
– ...и у тебя болит спина, - хором подхватывают они.
– Ладно, это мы так, отдыхай, мам.
И вот уже Машка орудует у раковины, Сонька вытирает и расставляет на сушилку тарелки. Обожравшийся кот вперевалку тащится к собачьей миске. Чтобы напиться из ёмкости на высокой подставке, ему приходится раскорячиться на задних лапах и перегнуться через хромированный бортик. Тем не менее, пьёт он изящно и намеренно долго и пока не отвалится, Нора к миске не подходит, лишь почтительно взирает издалека.
...Нора тычет в руки поводок - и совершенно правильно, самая пора собакину лапы размять, а мне - голову проветрить. Вообще-то, мои с ней выходы обычно по утрам, а вечером дочкина очередь, но если я сейчас залягу отдохнуть, то моментально вырублюсь, а потом проснусь в два часа ночи - и бессонница до утра обеспечена. Пройдусь, хоть ноги разомну.
Девочки, к моему удивлению, не сразу несутся к ноутбукам, а идут провожать нас с Норой, как будто мы на край света собрались. Обняв каждую, желаю им забить актового босса - как там его - Телхина? Мефисто? один пень, главное - победить, получить бонусы и шмот и похвастаться на сайте перед фанатами. Кстати, насчёт шмота для себя, любимой: никак не могу разыскать ветровку, вечер хоть и не прохладный, а вот комары - это проблема, загрызут, с голыми-то руками. Потом приходит очередь ключей, которые, должно быть, утащил Малявка, играясь с гремящей связкой, есть у него такая слабость. Ключи находятся Норой под отмытым ковриком. И вот уже собакин привычно перехватывает поводок и тянет меня на лестничную площадку. Наконец за спиной со щелчком срабатывает механизм домофона.
Я отчётливо помню все эти детали.
Наверное, потому, что до сих пор не вернулась.
***
Конец июня, вечер. Самые долгие дни в году, самые короткие ночи, сумерками и не пахнет. Ходи, гуляй, наслаждайся прохладой после дневной-то жары. От густо политых машиной клумб свежо тянет мокрой землёй, на ручейки-капилляры, натёкшие сквозь газон к тротуару, слетаются голуби. Нора рвётся поиграться, и я еле сдерживаю её на коротком поводке. Тихо, лапа, мы ж не в поле, здесь нельзя давать волю инстинктам.
Ей хорошо. Обожаемая хозяйка рядом, час собачников наступил и есть с кем поздороваться и поиграть. В собственной "шубе" не жарко: только что мы удачно присели рядом с клумбой и заработали порцию холодного душа из поливальной машины, мы ж водолазы, мы тащимся от воды в любых видах. Вот оно, собачье счастье.
А меня не отпускает работа. Вольф Мессинг, заглянув в мои мысли, сбежал бы в ужасе. В башке у меня ералаш из платёжных графиков, таблиц по ценообразованию, бюджетов, планов на завтра... Впору было вместе с Норой под поливалку подставиться, голову остудить. В общем, спасение одно: ходить, ходить, ходить. И болтать, за неимением собеседников, с тем же собакиным о всяких пустяках. Проверено, помогает.