Шрифт:
Обращает на себя внимание факт появления в составе центральных органов партии Сталина. В ЦК РСДРП его кооптировали по инициативе Ленина. К этому времени за плечами И. В. Джугашвили – Кобы – Сталина (среди меньшевиков его называли Иоська Корявый) были уже больше 10 лет революционной подпольной работы в Тифлисе, Батуми, Баку, Кутаиси. Он уже был достаточно известным большевиком, хотя и слыл грубоватым, склонным к интригам товарищем. После скандального тифлисского ограбления Закавказский областной комитет РСДРП, в котором преобладали меньшевики, исключил Кобу из партии, но ЦК партии, после Лондонского съезда находившийся под влиянием большевиков, не дал хода делу.
С 1907 по 1910 г., не считая 15 месяцев, проведенных в тюрьме и ссылке, Коба, скрываясь от полиции под разными фамилиями, работал в основном в Баку. Будучи членом Бакинского комитета РСДРП, в котором теперь преобладали большевики, Коба пытался возродить боевую дружину. По данным Бакинской охранки, к середине сентября 1907 г. большевиками было израсходовано на вооружение около 80 тыс. рублей. Кроме того, есть косвенные данные, что за это время Сталин дважды выезжал за границу, где встречался с Лениным. 25 марта 1908 г. полиция арестовала Сталина, действовавшего тогда под фамилией Нижерадзе. Решением Особого совещания при МВД И. В. Джугашвили был отправлен для отбывания двухлетней ссылки в Вологодскую губернию. Местом пребывания ссыльного Кобы стал уездный город Сольвычегодск. Добравшись до места 27 февраля 1909 г., Сталин сразу же стал готовиться к побегу. В конце июня он, переодевшись крестьянкой, с помощью ссыльных товарищей бежал. Проведя несколько дней в Петербурге, Сталин вновь уехал на Кавказ. И уже 12 июля секретный сотрудник Бакинского охранного отделения по кличке Фикус сообщил своему начальству, что в Тифлис приехал «социал-демократ, известный в организации под кличкой «Коба» или «Сосо»». Перебравшись в Баку и проживая здесь под именем Оганеза Тотомянца, Сталин принял активное участие в возобновлении издания газеты «Бакинский пролетарий». В двух номерах этой газеты была опубликована его статья «Партийный кризис и наши задачи». В ней он ставил вопрос о необходимости издания общерусской партийной газеты, которая способствовала бы возрождению партии, преодолению изолированности ее организаций друг от друга. Но газета, по мысли автора, должна была издаваться в России, а не за границей. В статье содержался намек на критику заграничного партийного руководства, стоявшего «вдали от русской действительности».
В связи с этим следует отметить, что в партии Сталина считали практиком и организатором, и как революционер-практик он с раздражением относился к теоретическим спорам, захлестнувшим эмиграцию. Не стала исключением и философская дискуссия Ленина с А. А. Богдановым, которую Коба назвал «бурей в стакане воды».
Коба (Сталин). Фото из следственного дела
Тем не менее, не являясь прирожденным оратором (его выступления отличались схематизмом, носили в основном пропагандистский характер), не обладая особыми теоретическими наклонностями и способностями, Сталин регулярно писал прокламации и статьи для местных социал-демократических, рабочих изданий.
23 марта 1910 г. Джугашвили вновь был арестован. И снова попал в тюрьму, а затем был выслан в уже знакомый ему Сольвычегодск. Отбыв ссылку в июне 1911 г., Сталин поселился в Вологде. Но на сей раз погулять на воле ему пришлось недолго – всего два месяца. В Департамент полиции поступили сведения о том, что «серьезный эсдек, носящий партийный псевдоним «Коба»», получил предложение от заграничного партийного центра взять на себя обязанности разъездного агента ЦК РСДРП. В связи с этим полиция усилила за Сталиным слежку. За ним всюду следовали филеры. И когда Сталин, нарушив предписание (ему было запрещено возвращаться на Кавказ и в обе столицы), в начале сентября 1911 г. приехал в Петербург, он опять попал под стражу. В декабре его выслали в Вологду на три года.
Именно там Сталин, известный в партийных кругах и как Иванович, узнал о Пражской конференции. 9 февраля 1912 г. Н. К. Крупская писала Г. К. Орджоникидзе: «Получила письмо от Ивановича, развивает свою точку зрения на положение дел, адрес обещает дать через месяц. Видно, что страшно оторван от всего, точно с неба свалился. Если бы не это, его письмо могло бы произвести гнетущее впечатление. Жаль. Очень жаль, что он не попал на конференцию» [286] . Через несколько дней Сталин бежал из Вологодской ссылки и уехал на Кавказ. Но уже в середине апреля 1912 г. он вновь появился в Петербурге. В столице депутат Государственной думы Н. Г. Полетаев, на квартире которого поселился Сталин, привлек его к участию в издании газеты «Звезда». В эти же дни Коба сыграл определенную роль в подготовке первого номера большевистской газеты «Правда». Для него им была написана передовая статья «Наши цели», в которой он высказался за примирение фракций. (Нетрудно заметить, что в этом вопросе позиция Сталина была более умеренной по сравнению с позицией Ленина.)
286
Цит. по: Островский А. В. Кто стоял за спиной Сталина? СПб., 2002. С. 356-357.
Первый номер «Правды» вышел в воскресенье 22 апреля (5 мая), и в тот же день, как только Сталин покинул квартиру Полетаева, он был арестован полицией. На сей раз его ожидала трехлетняя ссылка в небольшой городишко Нарым, расположенный на берегу Оки. Здесь, впрочем, Сталин пробыл всего 38 дней, а затем бежал и уже в середине сентября 1912 г. вновь оказался в Петербурге. В это время в решающую стадию вступила избирательная кампания в IV Государственную думу, и Коба успел в ней поучаствовать, составив, в частности, «Наказ петербургских рабочих своему рабочему депутату».
В Думу от рабочей курии было избрано 13 человек, шестеро большевиков (А. Е. Бадаев, М. К. Муранов, Р. В. Малиновский, Г. И. Петровский, Ф. Н. Самойлов, Н. Р. Шагов), шестеро меньшевиков (А. Ф. Бурьянов, И. Н. Маньков, М. И. Скобелев, В. И. Хаустов, Н. С. Чхеидзе, А. И. Чхенкели) и один беспартийный депутат – Е. И. Ягелло. Председателем фракции стал Н. С. Чхеидзе, его заместителем – Р. В. Малиновский.
После петербургских выборов Сталин на короткое время отправился в Москву, а затем в конце октября 1912 г. через Финляндию выехал по приглашению Ленина в Краков.
Сам Ленин переехал в Краков в июне 1912 г. Одной из причин перемены места жительства служило то обстоятельство, что Краков, находившийся тогда на территории Австро-Венгрии, вблизи границы с Россией, был намного удобнее в конспиративном отношении. Если французская полиция оказывала всяческое содействие русской полиции, то польская полиция относилась к русской враждебно. Рядом была граница, почта из Петербурга приходила на третий день, да и товарищи из России могли чаще приезжать к Ленину. Словом, все нравилось Ленину и, как писала Крупская, «Ильич радовался тому, что вырвался из парижского пленения; он весело шутил, подхваливал и «квасьне млеко», и польскую «моцну старку» (крепкую водку)» [287] .
287
Крупская Н. К. Воспоминания о Ленине. С. 194.