Шрифт:
– Почему?
– Потому что я на стороне закона и порядка, а также не настолько безответствен, чтобы поступать как заблагорассудится.
– Не вини в недостатке свободы профессию, Смоллетт; вини себя за выбор такой профессии. – Джек кивнул в сторону дома: – Ей нужна помощь, но того, кто способен ей помочь, другими словами – Сару, она видеть не хочет. А что хорошего может ей предложить полицейский?
– Предотвратить еще одно убийство.
В задумчивости Джек потер небритый подбородок.
– По-твоему, если Джоанна достаточно испорчена, чтобы принимать наркотики, то, значит, она могла убить свою мать? Полная чушь.
– Тем не менее это мотив более серьезный, чем тот, который приписывают Саре. Наркомания – удовольствие не из дешевых, не говоря уже о том, что в такой ситуации происходит с личностью. Если она и не убивала старушку из-за денег, то вполне могла совершить преступление во время внезапного приступа ярости.
– Полагаю, ты не замедлишь проинформировать прокурора? – пробормотал Джек.
– Именно так. Особенно если учесть, что на кону судьба Сары. – Кейт повертел кассету в руках, затем положил ее возле магнитофона. – Ты понимаешь, что она смертельно боится растерять всех пациентов да еще быть осужденной за убийство, пока ты тут носишься с наркоманкой-нимфоманкой? Где же твое хваленое благородство?
Не говорит ли Кейт со слов Сары? Нет, вряд ли. И потом, Сара вроде бы не употребляет слово «носишься». У нее для этого слишком много самоуважения.
Джек широко зевнул.
– Сара хочет, чтобы я вернулся? Не скрою, мне порядком надоело морозить свои яйца в здешней дыре.
Кейт громко вдохнул.
– Я не знаю, чего она хочет, – сказал он, сжав кулаки. – А вот я, идиот, надеялся, что мы обсудим создавшееся положение как взрослые люди, без попыток уколоть друг друга. Я должен был догадаться, что это невозможно.
Джек искоса взглянул на кулаки, в глубине души сильно сомневаясь, что Кейт решится пустить их в ход.
– Она объяснила тебе, почему хочет развестись со мной?
– Не совсем.
Джек скрестил руки на затылке и уставился в потолок.
– Она разозлилась, когда ей пришлось организовывать аборт моей любовнице. С тех пор наши отношения становились все хуже.
Кейт был в шоке. Так вот откуда горечь Сары... Покачав головой, он встал и подошел к раскрытой двери, устремив взгляд в сад.
– Если бы я не был уверен в своем поражении, то вызвал бы тебя на улицу и задал хорошую трепку. Ты ведь полное дерьмо, Джек, знаешь? Господи, – пробормотал адвокат, когда смысл услышанного дошел до него в полной мере, – у тебя хватило наглости заставить Сару убить твоего ребенка? Это настолько мерзко, что даже не верится. Она твоя жена, а не какая-нибудь повитуха, которая за деньги прикончит кого угодно. Неудивительно, что она хочет развода. У тебя есть хоть какие-нибудь чувства?
– Конечно, нет, – ответил Джек бесстрастно.
– Я просил ее не выходить за тебя замуж. – Кейт отвернулся, нервно рубанув рукой воздух и сознавая, что у него не хватало духа ударить Джека. – Я знал, что это долго не продлится, предупреждал, что ее ожидает, рассказывая, каков ты есть на самом деле, скольких женщин ты использовал и бросил. Но такого даже я не предполагал... – Адвокат почти плакал. – Господи, я бы даже от ребенка не отказался. А уж заставлять собственную жену убивать его... Ты больной! Ты больной человек...
– Послушать тебя, так оно и есть.
– Я приложу все усилия и добьюсь, чтобы при разводе ты не получил ни пенни, – сказал Кейт свирепо. – Ты ведь понимаешь, что я расскажу ей о нашем разговоре и постараюсь убедить, чтобы она использовала это в суде?
– Я надеюсь на тебя.
Глаза Кейта подозрительно сузились.
– Что сие значит?
– Значит, что я рассчитываю, что ты повторишь Саре наш разговор слово в слово. – Лицо Джека оставалось непроницаемым. – А теперь сделай мне одолжение и убирайся отсюда, пока я не совершил того, о чем впоследствии могу пожалеть. Друзья Сары – ее личное дело, и все-таки, признаюсь, я никогда не понимал, чем она привлекает ничтожных властных типов, считающих ее ранимой. – Он подбросил кассету, вставил ее обратно в магнитофон и нажал на кнопку. Теперь это была песня Ричарда Родни Беннета [21] «Я никогда не уходил», и с первых аккордов в воздухе разлилась меланхоличная грусть.
21
Ричард Родни Беннет – английский композитор
Где бы я ни был,
Я никогда не оставлял тебя,
Никогда не оставлял...
Джек закрыл глаза.
– Убирайся, – пробормотал он сквозь зубы, – пока я тебе руки не оторвал. И не забудь рассказать про спальный мешок, это тоже интересная деталь.
Дункан и Вайолет Орлофф – вот уж нелепая парочка. Сегодня они провели целый день на лужайке: Дункан крепко спал, а Вайолет щебетала без остановки всякую белиберду. Она словно маленькая птичка, которая постоянно в страхе вращает головой из стороны в сторону, ожидая увидеть хищников. В результате она так ни разу и не взглянула на Дункана, не поняв, что он не слышал ни слова из ее болтовни. И не могу сказать, что я обвиняю его в этом. Она была пустоголовой в юности, и возраст ее не исправил. До сих пор сомневаюсь, хорошая ли это была идея – предложить им боковой коттедж, когда Вайолет написала, что они хотели бы провести остаток жизни в Фонтвилле. «Мы такхотим вернуться домой», – сентиментальничала она. Деньги, конечно, пришлись кстати – квартира Джоанны оказалась очень дорогой, как и образование Рут. Но теперь по здравом размышлении я понимаю – соседей нужно держать на расстоянии. Иначе отношения могут очень быстро скатиться до принужденной близости. Вайолет как-то забылась и назвала меня «дорогая» на прошлой неделе, а потом зашлась в истерике, когда я указала ей на это: начала бить себя в грудь и причитать, словно какая-нибудь крестьянка. Отвратительное зрелище, если честно. Я склоняюсь к мысли, что она постепенно сходит с ума.