Шрифт:
Глава 11
Три недели спустя. Алиса.
Наш роман развивался просто с космической быстротой. До постели дело ещё не дошло, но двигалось к этому направлению. Богдан оказался начитанным парнем с чувством юмора и приятным в общении. Со мной он не капризничал и не выставлялся, а был нормальным и адекватным. Характер у него был жестким и несколько деспотичным, но мы быстро научились обходить острые углы и приходить к компромиссу.
Он мирился с тем, что мне приходилось учиться в университете до самого позднего вечера, и ни разу не посетовал на это. Когда выдавалось свободное время, мы ходили в кино и недорогие кафе. Рестораны я отмела сразу, посчитала, что нам ещё рано демонстрировать наши отношения. Все было хорошо, только мне постоянно казалось, что скоро всему этому придет конец. Мы целовались до звездочек в глазах, но сделать главный шаг я не решалась. Как не странно Богдан не настаивал, он даже не показывал вида, что расстроен моим очередным отказом, и я уважала его за выдержку. Он держал слово, сказал, что не будет форсировать события, и теперь ждал шага с моей стороны.
За день до окончания моего отпуска Богдан сказал мне, что уезжает на две недели за границу. Отец настаивает на этой поездке и в этот раз он не может отказать ему. В Италии жила его родная тетя, сестра отца, женщина пожилая и очень больная. В последнее время тетя сильно сдала и очень хотела увидеть своего единственного племянника. Какие тут могут быть разговоры, конечно, нужно было ехать, я так и сказала Богдану. Вечером мы простились у моего подъезда, он долго целовал меня, а когда я собиралась уходить, прижал меня к себе и прошептал, что у него плохое предчувствие. Я тогда отмахнулась от его слов и поцеловав в нос, пошла домой. Следующим вечером, я вспомнила его слова.
Возвращаясь с работы, я столкнулась с солидным мужчиной и двумя его охранниками. В подъезде было мало света, и я не сразу разглядела лицо мужчины. Когда же один из охранников, взяв меня за куртку, отбросил к стене, а мужчина наклонился к моему лицу, я узнала в нем отца Богдана.
– Как ты думаешь, что сделают с тобой мои охранники?
– Холодно спросил он.
– Твой отец за тебя не вступиться, он сильно прижат каблуком своей жены, а больше у тебя родственников нет.
Переведя взгляд на охранников, я увидела их пустые, равнодушные взгляды, и перед глазами замелькали лица тех подонков. Они тоже были мутными и равнодушными. Они даже не испытывали похоти, когда измывались надо мной. Только равнодушие и безразличие. Я сползла по стене на пол, и меня вырвало прямо на ботинки охранника. Он что-то проговорил себе под нос, наверное, это было ругательство, но я уже ни на кого не реагировала. В ушах шумело, в глазах стояли слезы, а в голове мелькали картины прошлого страшного события. Мне было так страшно, я опять совершила ошибку, я начала встречаться не с тем человеком. Сам Богдан оказался хорошим парнем, но он был из другой недоступной мне жизни. Мы никогда не должны пересечься, но пересеклись.
В это время передо мной появился ещё один охранник, в тяжелых армейских сапогах и камуфляжной форме, видимо он был на улице и только сейчас зашел в подъезд.
– Владимир Петрович, она сейчас ничего не соображает, может, я завтра с ней поговорю.
– Сказал он.
– Сейчас вывезем её в лес, и она сразу очнется.
– Раздался холодный голос отца Богдана.
Подняв голову, я взяла себя в руки и твердо сказала:
– Я все поняла, я больше не подойду к вашему сыну.
– Умная девочка.
– Сказал Владимир Петрович.
Они вышли, а я немного посидев в подъезде, практически ползком добралась до двери своего дома. Долго не могла открыть дверь, у меня дрожали руки. Попав в квартиру, я закрыла дверь ногой, и упав на пол в коридоре, разревелась. У меня началась истерика. Как же удержаться и не совершать ошибки, хорошо, что сегодня все закончилось без физических увечий, но с Богданом, я объясняться не желала. Если я поссорю его с отцом, мне просто не жить или жить в инвалидном кресле.
Моя истерика закончилась после полуночи, раздевшись, я пошла в ванную. Мне хотелось вымыться и подумать. Зачем я согласилась, хотя сейчас, узнав Богдана ближе, я знаю, что он не отстал бы от меня, пока не добился бы своего. Но ведь у нас не дошло до серьезного, почему его отец решил убрать меня с дороги. Почувствовал, что запахло жаренным.
Мне не было стыдно за свое поведение, я слабая девушка и как оказалась сирота при живом отце. Он правильно сказал, отец ни за что не вступиться за меня, а самой мне с ним не справиться. И убежать я тоже не смогла. Но у меня есть шанс исправить ситуацию.