Шрифт:
– - Привет, амиго!
– - Привет, изобретатель!
– - Как там наш проект?
– - Нормально, уже танцует! Анюта в восторге! Я ей и домашнего прошил!
– - Приглашала?
– - Ага.
– Расплылся Хуанито.
– - Поздравляю. Ну и как тебе розовая комната?
– - Круть! У нее даже кокон розовый. Стильно.
– - Хм, кокон, значит. А у Ленки кокон случайно не видел?
– - Да у нее вообще убер, ей батя списанный пилотский притащил, с мед-режимом!
– - М-да. Ну ладно. Когда там у нас следующие лабы? Встретимся.
– - Ты что, какие лабы?! Днюха у меня сперва! Забыл? Мама сказала -- приглашай всех!
– - О! Точно! Тогда до субботы!
– - Пока!
Значит вот оно как! Хель и Ангел, они же Хелен и Анхен. Мать! Понятно почему она держалась - с ней же на скорости всё и отрабатывали. Первый взвод в наймы не ходит, значит её второй. Это что ж, через сезон придется с Ленкой воевать? Ай как нехорошо! И Анюта, блондинка - розовый кокон! Она ж с истории ушла два года назад и больше там не светилась, томная такая, рубиться не положено. А у нее, значит, розовый кокон. Вот как кокон появился, так и ушла. В Ассассины. Сентиментальная убийца! И Ленку за собой втащила. Но Ленка-то уже лейтенант, ценят значит киллеры. Надо будет с ними обеими поговорить. Тоже ведь его раскусили, Анюта в первую очередь. Ленка может и на автомате работала, удивлялась потом сама, наверное, пока не дошло или Анюта не подсказала. А вот удар милосердия от Анюты был весьма показателен. И не его ведь пожалела, просто не захотела с Ленкой ругаться за шибко зверское убийство кое-кого. Нам-то друг от друга получать не привыкать, а как другие рубят -- неприятно, сколько раз уже замечал. Что ж, надо будет расставить все точки над "Ё", не по фону, конечно. Пусть поварятся пока в непонятках, раскусили их или нет. Вот у Хуана как раз и свидимся...
12. Многоточие над "Ё".
Машина вошла на автопилоте в зону обнаружения Хомяка Герингов и зависла на гостевом рубеже. Нырять в управление Дамир не стал - готовился к разговору. Пусть автоматика сама справляется. Ленкина маман была дома, а значит нравоучений и напутствий ему было не избежать. И "вези аккуратнее", и "не хулиганьте", и все прочие намёки на достойное поведение. Ленке еще шестнадцати нет, вот и зверствует мамаша. Обреченно подумал: "Достанется же кому-то тёща". Хотя, Аньке вон всё позволяет, и шляться везде и кавалеров домой таскать, то-то она пару лет как с цепи сорвалась. А Ленку только под конвоем отпускает, в людные места. Можно подумать, не нашли бы там возможности -- да навалом. Только не принято раньше шестнадцати, и по закону, да и вообще. Куда торопиться-то, когда больше сотни лет впереди? Нет, конечно, всё бывало, и рожали, и женились, но как-то это неправильно. Да и Ленка считай только-только в рост пошла в нужных местах, а до того была дитя дитём, даром, что шустрая не в меру. Поэтому дальше поцелуев по углам у них дело не заходило. В вирте-то понятно всё возможно, особенно когда припрёт, и виртуальные девчонки знакомые были, но подбивать на это Ленку рука не поднималась. Да и некоторые вещи в сети лучше не светить, с анонимностью там никак, всё на Идент завязано. Шифроваться можно только друг от друга, а кому положено -- всё знают и в карточку пишут.
О, вот и разрешение на посадку. Интересно, в гараж приведут или к крыльцу? Эрнандесы праздники справляют на воле, там такая толпа, что ни в какой дом не влезет. Так что девчонки однозначно в комбезах будут, могут и на улице запрыгнуть. Ага, тем не менее в гараж - будут нотации читать.
Едва закончилась продувка и открылась дверь, как девчонки (в платьях!!!) дружно запрыгнули в салон и завозились в креслах.
– - Давай, Гольдштейн, двигай скорее!
– Прошипела Анюта.
– Повезло тебе - отец звонит, а это надолго. Мы-то уже отболтались, теперь они с мамой шушукаются и ей не до тебя.
– - Не любит она меня!
– Скорчил кислую рожу Дамир.
– - Любит, любит, лю-ю-юбит!
– Прошептала сзади на ухо Ленка.
– И я!
– - Чего глаза зажмурил? Стартуй давай, хватит тащиться, а то мама сейчас будет здесь!
– Постучала по подголовнику Анюта.
– Вон, идет уже!
Дамир скомандовал старт в автоматическом режиме и дверь захлопнулась как раз в тот момент, когда в гараж заскочила рыжая фрау Майя, на ходу тараторя по фону. С досады хлопнула себя по крутому бедру и сперва направила указательный палец на Дамира, потом погрозила ему кулаком и напоследок отмахала флотскими жестами нецензурный боевой приказ. Анюта сзади заржала. Яблочко от яблоньки...
– - А чего это она у вас в форме?
– - На Орбиту собралась. Говорит, дёргают всех пилотов резерва Гвардии, истребители новые принимать.
– Пояснила Анюта.
– - А она при чем? Вроде ведь крупнотоннажница?
– - Так они не просто истребители пригнали, а вместе с маткой.
– - Мать на матери кроет по матери.
– Пробурчал про себя Дамир.
– Матка хоть нормальная или опять старье?
– - А как ты думаешь? Говорят, французы у себя на периферии списали, а наши покрасили и в Пограничье, чтобы быстрее нашу Орбиту под стандарт подогнать. Все из-за этих хохлов заторопились. Ладно хоть ястребки прямо с конвейера - "Ладьи", Муромской сборки.
– - Хм, если только с конвейера, значит как раз под праздники собирали и гаек где-нибудь не докрутили, как обычно. Ну да ладно, на Орбите докрутят, не впервой. Зато у "Ладей" двойное бронирование и движок неубиваемый, как раз для наших "партизан". Раздолбают они матку как пить дать.
– - Мама увернется!
– Вставила свои пять сантимов Ленка.
– - А где же товарищ Ху?
– Поинтересовалась Анюта.
– - Хуан гостей встречает, как ему и положено. А за это "Ху" мы еще в саду всем зубы вышибали, так что ты поаккуратнее, он и так только мне доверил везти самое дорогое. Как бы не растрясти по дороге. Может Вам, сержант, стазис отключить и пакетик предложить? К порталу подходим, однако.
– - Гольдштейн, давай не будем, а? Ты мне и так своё здоровье должен.
– - А за что?
– Спросила Ленка, обняв его сзади через подголовник и слегка при этом придушив.
– - Да было за что!
– Увернулась Анюта, при этом скосив глаза сперва на Дамира, потом на Ленку и отрицательно покачав головой.
– Сам расскажет.
Дамир выводы сделал правильные -- Ленка не врубилась, а сеструха ей ничего не рассказала, предоставив ему возможность расколоться самому.