– Нет, - возразил сам себе Амон.
– Я обещал быструю смерть.

Приказав псу на незнакомом Бобу языке, он заставил чудовище скрыться из виду.

– Отпусти меня, - еле ворочая языком, попросил его Боб, в душе даже и не надеясь на милосердие.

– Сейчас, - согласился с ним Амон.
– Действительно, действие затянулось. Пора заканчивать.
– И, по-видимому, обращаясь к псу за головой Боба, сказал: - ничего, сейчас и тебе что-нибудь перепадет.

Амон присел на корточки, рядом с распятым Бобом и заглянул в глаза.

– Мне нужно идти, - сказал он.
– Ты останешься здесь. Твоя смелость мне понравилась. Я не держу на тебя зла. Ты будешь, обеспечен моим покровительством, если, конечно, мы встретимся.

Боб набрал воздуху в грудь, собираясь что-то ответить, но не успел.

Рука дьявола мелькнула в воздухе, проникая внутрь грудной клетки, ломая ребра. И тут же выныривая оттуда прихватив с собой еще сокращающееся сердце. Обрывки артерий торчали из него в разные стороны, брызги крови летели вниз, заливая разорванное тело и пол. Боб, живущий последние секунды с ужасом увидел бьющееся сердце в руке демона и кровь, летевшую в лицо.

Содрогнувшись в судороге, замер, уже навсегда. Он не видел, как демон швырнул сердце псу, и тот мгновенно сжевал его, не забыв напоследок пройтись языком по всей морде.

– Все хорошее когда-нибудь да кончается, - сообщил Бобу Амон, выдергивая кинжалы из тела.

Вой собак просачивающийся из-за закрытой двери внезапно смолк.

Мертвая тишина окутала особняк.

– Все, срываемся, - вскакивая с дивана, на котором до этого довольно удобно лежал, сказал Юм.

Девушка, сидевшая рядом, глубоко вздохнув, спросила:

– Они все… Убиты?

– Обязательно, - потянулся Юм.
– Они неуважительно отнеслись к хозяину. Иди за мной.

Светлана направилась за ним, выходя через низкие двери во двор. Комната, в которой она провела с Юмом некоторое время, достаточное чтобы Дорн расправился с толпой линчевателей, осталась позади.

Они вышли с противоположной стороны фасада, где уже стояли в ожидании своих пассажиров два черных лимузина. Дверь крайнего к ней распахнулась, и из салона выглянул Барон, приглашающим жестом зазывая в машину.

Сев в лимузин, девушка огляделась. Кроме Барона и Юма в нем никого не было (если не считать водителя).

Автомобили не трогались, кого- то ожидая.

Из-за угла дома показался Амон, рядом с ним трусил Пес, смачно облизываясь. Распахнув дверь салона первого лимузина, Амон пропустил пса вперед, а затем влез и сам. Захлопнулась дверь. Зашумели моторы и автомобили, плавно покачиваясь, выбрались на шоссе, объезжая по пути, оставленные без хозяев машины.

Фары “ джипов “ продолжали освещать фасад опустевшего дома, внутри которого остались только трупы.

Взяв путь на Восток, лимузины набирали скорость, с каждой секундой увеличивая расстояние между ними и городом, где по улицам гуляла смерть, оставляя за собой трупы.

В городе, машины, мчавшиеся по дороге и внезапно оставшиеся без управления, врезались в дома, в деревья, в людей. Тьма пришла с заходом солнца, укутывая черным покрывалом город. И только половина жителей города увидят завтрашнее солнце.

А два черных лимузина тихо мчались в ночи. Первые звезды, высыпавшие на небо, освещали им дорогу. Теперь их путь лежал на Восток, где в тихой лагуне покачивался “ Летучий голландец “ в ожидании своих необычных пассажиров.

Светлана не знала, что особняк, в котором она прожила почти два месяца, внезапно вспыхнул ярким пламенем, одновременно во всех помещениях. Полиция, прибывшая на место происшествия, обнаружит только сгоревшие руины и множество обуглившихся останков людей. Кости сплошным ковром покрыли зал первого этажа.

Освободив воющих собак из машин, полицейские будут поражены той поспешности, с которой псы покинут это проклятое место. А возвращаясь назад, в город, обнаружат истинный Ад. Трупы людей. Сбитые в единую кучу машины, словно спрессованные огромным прессом. И пожары. Они освещали темные переулки и стелили клубы дыма над домами, над городом.

Триумфальное шествие смерти только начиналось и лишь с восходом солнца она покинет город, унеся с собой половину его населения.