Он дошел до Т-образного перехода, идущего от носа до кормы судна. Последовательность открытых шлюзовых камер в пурпурном свете открывала потрясающую перспективу. Никого. Крэг Фревен вздохнул. Что делает он здесь, вот так прогуливаясь, если, может быть, дело касается его жизни? Он гнался за призрачностью собственных тревог, вот что он делал!

Он уже возвращался обратно, когда начиная от дальней лестницы потолок прочертила серия световых вспышек. Люди с фонариками бежали на нижнюю палубу. Фревен поспешил к лестнице и присел под ней.

Проход заполнился белыми пятнами, которые хаотично метались по стенам. Фревен различил три, потом четыре мужские фигуры с оружием, быстро бегущие друг за другом. Когда они удалились от него на достаточное расстояние, Фревен побежал вслед за ними. Двадцать метров металла, лампочки в кровавом ореоле, быстрым шагом вдоль труб, подвешенных к потолку. Затем под прямым углом туда, откуда доносились голоса и лился белый свет.

Не пытаясь прятаться, Фревен углубился в перпендикулярный проход. Несколько офицеров из экипажа с расстроенными лицами стояли перед дверью. Едва Фревен заметил солдат, вооруженных автоматами, намеревающихся войти в помещение, как его самого заметил офицер.

— Вам нечего здесь делать! — закричал он.

Фревен предупредил его дальнейшие действия, указав на свою повязку ВП:

— Военная полиция, что происходит?

Предусмотрительный офицер понизил голос и спросил;

— Вас прислал капитан?

— Нет, начальник штаба Тоддворс.

При упоминании такого чина глаза офицера расширились, хотя Тоддворс возглавлял штаб сухопутной армии. Фревен увидел в них замешательство. В обычное время этот вопрос не был бы задан, но они находились на военном корабле. Присутствие спецподразделения могло бы изменить ход событий. Офицер еще раз посмотрел на повязку ВП и решил, что ситуация требует быстрых решений.

— Надо обезопасить зону, — объяснил он.

Фревен приблизился, два других офицера отступили, один из них держал какое-то устройство, соединенное кабелем со стеной.

— Что происходит? — осведомился следователь.

— Там, внутри, человек. Он… Он мертв. И, ох… — От волнения офицер стал запинаться. — Это невероятно, я хочу сказать, — то, что он с ним сделал.

Кровь бросилась в лицо Фревену, и теперь в этом красном освещении он выглядел призраком.

— Надо побыстрее схватить мразь, которая сделала это, — тем же дрожащим от волнения голосом добавил офицер. — Весьма вероятно, что убийца где-то здесь, за этой дверью.

Трое других хорошо вооруженных солдат появились в коридоре и вошли в помещение.

Фревен продолжал:

— Кто обнаружил тело? И когда?

— Это… пехотинец. Он сказал, что проходил мимо в поисках своего взвода, он возвращался из туалета. Он был в панике и вызвал тревогу. Это было двадцать минут назад.

Фревен смотрел на полуоткрытую дверь. Постоянно вспыхивали лучи фонариков.

— Что вы имели в виду, когда сказали, что убийца может еще находиться там?

Успокоенный присутствием профессионального следователя, которого, как он думал, специально прислали на место происшествия, офицер пояснил:

— Это помещение для отдыха, кают-компания, из которой есть всего один выход. Если бы он вышел, то мог бы пойти в двух направлениях: сюда, — он указал на коридор, по которому пришел Фревен, — и тогда бы наткнулся на людей из экипажа, но, как они сказали, мимо них никто не проходил. И в другую сторону, дальше по проходу, который ведет к ряду кают, служащих спальнями. И ему было бы трудно зайти или выйти незамеченным. В конце этого перехода находится усиленно охраняемая зона — оружейный склад. Невозможно было пройти мимо часовых.

Фревен молчал. Сможет ли он собрать за четверть часа надежные сведения?

— Фамилия жертвы известна?

Офицер отрицательно покачал головой. Фревен подошел к двери.

— Вам следовало бы подождать… — проговорил офицер.

— Я рискну.

Фревен проскользнул боком, но его немедленно остановил солдат, который направил на него фонарик.

— Лейтенант Фревен из Военной полиции, — представился он, щурясь от резкого света.

Ослепляющий луч тотчас же опустился, сопровождаемый громким шепотом:

— Здесь еще небезопасно, сэр.

— Я постою у двери, — сказал Фревен, убедившись, что помещение погружено в темноту. — Это вы погасили свет?

— Нет, так и было.

Солдат осветил пол, и заблестели осколки стекла. Разбитая лампочка.

Фревен почувствовал дрожь.

Спокойно, спокойно.

— А тело? — спросил он между двумя вдохами.

Луч поднялся, и во тьме стали видны бледные веки.

Между деревянными лакированными столами стояли скамейки с мягким сиденьем. К основному залу примыкали открытые небольшие помещения, в которые с осторожностью прошли несколько вооруженных людей с фонариками.