Шрифт:
От такой наглости меня чуть вконец не переклинило. И так-то настроение не в дугу было, а тут… Где-то на заднем фоне мелькнула мысль, что я могу прославиться, как персонаж, умудрившийся зарезать сразу двух признанных мастеров клинка за один вечер. Именно она и остановила уже отведенную для удара руку. Скрипя зубами, я вынужден был констатировать, что это, пожалуй, будет явный перебор.
Кто его знает, какие отношения связывают лейтенанта с орками, и насколько важна его низкорослая фигура в мутных раскладах Марана? Перевесят ли новые договоренности Ролло отработанные годами связи или Ортен-Хаш предпочтет выдать меня на расправу пограничникам? Ответов у меня не было, а проверять на себе не было никакого желания. Пришлось сдерживать свои кровожадные позывы, ограничившись злобным шипением:
— Че ж ты сам у него не попросил «посимпатичней», если такой умный? Вы ж с ним давно друзья, это я — без году неделя.
Лейтенант в ответ только сокрушенно вздыхает.
— Молчишь? А ты чего скажешь, рыжая?
— Я?!
Кажется то, что ее мнение вообще кого-то интересует, потрясло Бонни больше, чем возможность быть подаренной орочьему вождю или оказаться зарезанной, как нежелательная свидетельница.
— Яа-а… я… я не хочу к оркам… М-можно м-мне ос-статься?
Тьфу ты! Вот же тварь неблагодарная! Я, понимаешь, спас эту заразу от долгового рабства, показал мир и научил делать минет, а она… сссууу… шалава рыжая! Променяла героя-спасителя на мелкого жлоба из мухосранского гарнизона! Ну не сволочь?!
По-хорошему, это я ее должен был кинуть, когда стану на ноги и придет пора обзаводиться более благопристойной подружкой. Не судьба. Рыжая меня слегка опередила. Ведьма!
С другой стороны, все равно ведь надо было от нее избавляться. Ну, может, не сейчас, но рано или поздно… И вариант «скинуть на другого ухажера» смотрелся в этом плане наиболее предпочтительно. Так что может оно и к лучшему, а Стиг просто оказывает мне услугу… Но обидно, блин!
В этом месте лейтенант, настороженно посматривавший всё это время из своего угла, рискнул прервать цепь моих размышлений.
— Ну так что, мы договорились?
Решение пришло само собой. Я широко улыбнулся.
— Договорились.
Левая рука, всё ещё сжимающая рукоять кинжала, слегка качнулась, приковывая к себе внимание Стига и заставляя напрочь забыть про безоружную правую… Кулак с глухим хряском впечатался в челюсть лейтенанта, отозвавшись привычным зудом в содранных костяшках.
От полученного удара голова ле Серка резко откидывается назад и громко стукается о дощатую стену, которую лейтенант подпирал спиной всё это время. Обмякшее тело безвольно сползает на пол — чистый нокаут. Как говаривал мой тренер по рукопашке «Людей маленького роста бить в башку легко и просто». Знал, о чём говорил, чёрт здоровый.
Я еще пару секунд рассматриваю сложившегося вдвое соперника, после чего злорадно заканчиваю начатую до удара фразу:
— Как очнешься, можешь забирать.
Затем добавляю, обращаясь к сжавшейся на лавке Боните:
— Сиди, где сидишь, пока не очухается. И не шуми. Иначе башку откручу.
И лишь открыв ведущую на улицу дверь, для чего пришлось слегка подвинуть ногу лейтенанта, с усмешкой добавляю:
— И шерифам больше не попадайся.
Степь встретила противным моросящим дождиком. Следы толком не скроет, но намочить — намочит. Я придержал коня и в очередной раз оглянулся назад, прислушиваясь, не слышно ли топота копыт или звяканья сбруи. Вроде всё спокойно, погони нет. Дождь слабеет, кое-где в разрывах туч уже проглядывает чистое звездное небо.
Поворачиваюсь к начинающему светлеть востоку, оставляя где-то за спиной всё еще тонущий во мгле Гелинард, и пришпориваю обиженно всхрапнувшую лошадь. Пора заканчивать с образом бездомного бродяги, настало время становиться кем-то более солидным. Меня ждут капитанский патент и контракт с культом всеведущего.
– ------------------------------------------------
* Богиня любви и красоты в имперском пантеоне, одна из Великой Пятерки. Считается невестой Сатара-всеведущего.
Часть третья. Пограничье
Глава XXXVI
Лето, жара, в небе ни облачка. Над раскаленной землей волнами поднимается горячий воздух, превращая окружающий пейзаж в зыбкое марево. Легкий ветерок лениво колышет сочные метелки степных трав. Над полянами луговых цветов деловито жужжат дикие пчелки, из чахлых кустиков раздаются веселые трели местных цикад. Вскоре безжалостное солнце сожжет все это зеленое великолепие на корню, но пока в земле еще достаточно влаги после недавно отгремевших весенних гроз и буйное разнотравье радует глаз насыщенными красками.
Минуло уже два года с момента моего появления в Илаале и почти полтора месяца, как я гощу у орков. Мой работодатель и, можно сказать, товарищ Ролло третьего дня отбыл вместе с местной верхушкой на большой орочий слет. Ортен-Хаш — вождь приютившего нас племени Ходящих-по-Воде, после интенсивных переговоров со своими камрадами из других племен возвестил, что младший жрец Сатара может посетить ежегодный партийный съезд, то есть совет вождей, и донести слово капитула до лучших представителей племенного союза Ухорезов. И вот брат Роливер отправился осуществлять дипломатический прорыв в отношениях церкви всеведущего и одной из крупнейших орочьих группировок, кочующей по просторам Великой Степи у северо-восточных рубежей империи Рейнар, а я остался бездельничать в похожем на табор летнем лагере степняков.