– Одну минуту, - ответил охранник и скрылся за калиткой.

– Да-а-а...
– снова окинул взглядом внушительное строение Полозов.

– Проходите пожалуйста, - широко распахнул калитку снова появившийся охранник.

Полозов и Савчук зашли во двор, с любопытством оглядывая живописные изыски строений. А вскорости к ним навстречу направилась молодая женщина, идущая по тропинке, ведущей к морю. На ней был наброшен халат, очевидно прямо на купальный костюм, волосы ее были мокрые - все говорило о том, что она только что из моря.

– Слушаю вас, - деловито сказала она, приблизившись к Полозову с Савчуком.

Среднего роста рыжеволосая женщина лет тридцати явно не страдала комплексом высокомерия, столь часто встречающимся у новоиспеченных миллионеров, не смотря на довольно деловой тон. Ее несколько продолговатое с правильными чертами лицо с большими глазами было очень привлекательно, не смотря на полное отсутствие косметики.

– Майор Полозов, уголовный розыск, - представился Юрий Михайлович.

– Чем обязана?
– голос у Ларисы тоже был приятный.
– Хотя я, конечно, догадываюсь о причине вашего визита.

– Да, конечно же, это смерть вашего мужа. Преждевременная смерть.

– Кто их знает, времена и сроки, - со спокойной грустью в голосе заметила Лариса, и Полозов не заметил в ее голосе и тени притворства.

– Да. Но вас, как я вижу, это потрясло не катастрофически, извиняюсь, если это прозвучало не очень тактично.

– Да дело не в тактичности. Просто этого следовало ожидать уже давно. Такого я, к стати, и ожидала. Не раз уже была даже уверена, что Лёню уже убили, когда он закатывал куда-нибудь со своими бабами на несколько дней, конечно же, совершенно инкогнито. Так что, я уже , можно сказать, свыклась с мыслью о его смерти, но все равно, конечно, жаль. Такой любитель жизни , и холодный и бездыханный.

– Да, конечно, - Полозов почему-то поверил в то, что Ларисе действительно жаль своего мужа.
– А что вы, Лариса, можете сказать о Федоре Кабанове.

– А что можно сказать о Федюне?
– немного удивленно посмотрела Басова.
– Он и так весь, как на ладони.

– Да, с этим нельзя не согласиться. И все же, как вы думаете, не могла чья либо злая воля использовать Кабанова с помощью какой-либо психологической уловки, например, заставить Федора убить своего шефа.

– Федю? Убить Лёню?
– вскинула брови Лариса.
– Это вы просто либо совершенно не знаете об отношениях Феди и Лёни, либо просто так это спросили, на всякий случай. Во-первых, Федя вам не Яго, чтобы поддаваться роковым страстям , а во-вторых, Федя и Леня - это ведь...
– она развела руками.

– Будем считать, что я это спросил так, на всякий случай, - Полозов, не уловив в ответе и голосе Ларисы и тени притворства, переглянулся с Савчуком и в его взгляде прочел ту же уверенность в правдивости Ларисы, - и все же...

– А что бы вы могли сказать о деловых отношениях своего мужа, Лариса, извиняюсь, как вас по-батюшке?
– ворвался внезапно в разговор Савчук.
– Вы, я уверен, не в пример некоторым женам бизнесменов, были не только супругой , но и равноправным деловым партнером Басова?

– Лариса Ивановна, - она перевела взгляд с недоумением с Савчука на Полозова.

– Младший лейтенант Савчук, - отрекомендовал его Полозов, указывая на своего коллегу в спортивном костюме, который, очевидно, и вызвал недоумение, - мы с ним вместе ведем расследование.

– Конечно, я по мере сил участвовала в бизнесе Лёни, но были и такие стороны, или, как бы это сказать, области, в которые Лёня не позволил бы вторгаться не то, что мне, но и самому себе пьяному.

– Понятно, - продолжал Савчук.
– А вот, например, знаете ли вы что-нибудь о приобретении некоего заводика Басовым у государства, по поводу которого Леонид Антонович хлопотал в последнее время в фонде госимущества?
– Савчук переглянулся с Полозовым, который, одобрительно кивнув, выразил полную поддержку Савчуку, как бьющему в самую точку.

– А-а-а, Припортовый завод? Вы это, наверное, имеете в виду, - простодушно посмотрела на Савчука Лариса.

– Да-да, именно это я и имею в виду, - поспешил согласиться Савчук, вспомнив, какие нешуточные страсти разгорелись из-за этого самого Припортового завода, когда

бурю подняла сама постановка вопроса о том, чтобы забрать из государственного владения и передать в частные руки завод, приносящий многомиллионную прибыль. Савчук понял, что попал в самую точку.

– Вот Припортовый завод как раз и есть одна из тех областей, в которые Лёня меня не пускал, - сказала Лариса.
– Хотя я, конечно, интересовалась этим вопросом. Сами понимаете, такая громадина, как Южноморский Припортовый завод, совсем недавно реконструированный, приносящий многомиллионные прибыли, и вдруг выставляется на приватизацию! Помню, как тогда зашевелились все наши денежные мешки, мешочки, кубышки и кубышечки, да что там наши, международные корпорации с миллиардными годовыми оборотами подали заявки на участие в конкурсе на приватизацию.

– Но , очевидно, что решение о приватизации этого завода было принято не просто так, - вклинился в разговор Полозов, - тут были задействованы влиятельные люди, которые, наверное, и рассчитывали воспользоваться плодами этой само приватизации?

– Вот именно, - согласилась с ним Лариса, - так точно подумала тогда и я, и мое крайнее удивление вызвало то, что в этой приватизации решил принять участие мой Басов. Я даже высказала тогда ему мое изумление его самонадеянным решением и мои большие сомнения относительно результата его усилий, на что он ответил только многозначительной загадочной улыбкой и несколькими словами, значение которых сводилось к тому, чтобы я не совала свой нос не в свои дела. Но мое еще большее удивление и еще большее изумление было связано с тем, что вскоре поползли слухи, что Южноморский Припортовый завод таки будет собственностью моего муженька! Представляете себе!