— Быстрее! — сказала она.

Теперь она не различала деревьев. Мимо нее проносились темные тени. Листва ливнем опадала за их спинами. И лишь тогда, на этой невозможной, чрезвычайно опасной скорости, она почувствовала себя спокойно.

Он остановился так внезапно, что Касси чуть не упала на каменистый склон. Однако мунаксари удержал ее, и она увидела впереди возвышающиеся горы.

— У тебя получилось! — прошептала она.

Она была в горах, так высоко, что тут уже не росли деревья. Ей хотелось танцевать. Свобода, свобода от леса!

— Двадцать пять тысяч, — напомнил ей мунаксари.

— Я ничего не гарантирую насчет их мунаксари. Он еще может вернуться.

Надо было прояснить этот момент. Касси не хотелось, чтобы человек, спасший ей жизнь, оказался в дураках, когда вернется Медведь. Она была перед ним в огромном долгу.

Он поспешно кивнул:

— Рассказывай.

— Полярные медведи, — сказала она.

— Арктика входит в мою область! — Он повернулся к северу, словно гончая, готовая к погоне. — Ты уверена?

Касси лукаво улыбнулась:

— Жизнью могу поклясться.

— Я благодарю тебя. И новорожденные благодарят тебя. Удачи тебе с ветром. Но что тебе от него нужно? Я слышал, он… несговорчив.

— Это личное. — Касси пожала плечами, словно они говорили о сущих пустяках.

— Ну ладно. Постарайся не убиться во второй раз. Спасать тебя я больше не буду.

— Поняла, — сказала она и подняла взгляд на склон. Там блестел снег, а вершина пропадала в облаках. О Боже.

Он похлопал ее по животу:

— Скоро увидимся.

Подмигнув, мунаксари отвернулся и зашагал по склону. Она смотрела, как удлиняются его шаги, постепенно превращаясь в прыжки, как у балерины. Касси крикнула ему вслед:

— Эй, а зовут тебя как?

Он резко остановился:

— Я мунаксари.

— А до этого как звали? Ладно тебе, я знаю, что ты новичок.

— Не думал, что это так заметно. — Щеки его загорелись румянцем. — Меня звали Джейми. Джейми Иеук.

— Подходящее имя.

«Иеук» по-инупиакски значило «человек». Совсем как Медведь, которого зовут Медведем.

— А я Касси, — представилась девушка.

Он снял невидимую шляпу:

— Рад познакомиться.

— Рада быть спасенной тобой, — ответила она.

Касси смотрела, как стремительно удалялся мунаксари. Он не оставил за собой никаких следов, словно просто исчез вдали. Касси осмотрела широкие лесные просторы: зеленые, коричневые, золотые. Сердце у нее взмыло в небеса. Он привел ее на сотни километров ближе к Медведю. Да уж, мунаксари — это, безусловно, самый удобный способ путешествовать.

Солнце светило ей в спину, и она скоро начала потеть. Она зарывалась босыми пальцами в камешки, чтобы не заскользить вниз. Выше по склону дикие овцы жевали белый вереск и камнеломку, прыгая с камня на камень.

— Хватит выпендриваться, — сказала Касси и замахала на них руками. — Расступись!

Внутри нее толкнулся ребенок, словно поддерживая ее. Она улыбнулась и похлопала себя по животу. Странно. Она чувствовала, что у нее появился союзник. Она теперь не одна. Ребенок тоже будет спасать своего отца.

— А ну разойдитесь, овцы! Ребенок на борту!

Те бросились врассыпную.

Склон становился все круче, и Касси пришлось работать руками. Она чувствовала себя нерасторопной, как гигантская черепаха. Она осторожно переставляла одну ногу, за ней другую, а потом цеплялась руками за камни для уверенности. Ее живот волочился по камням. Касси почувствовала, как ребенок заерзал.

— Обещаю, что если будешь умницей сейчас, то я больше никогда не заставлю тебя карабкаться по горам. Просто посиди там внутри еще немного. Договорились, малыш?

Тяжело дыша и кряхтя от усилий, она вскарабкалась на каменистую плиту. Усевшись на край, она зачерпнула снега (тот уже подернулся корочкой) и охладила им лицо. Теперь, когда она очутилась выше уровня деревьев, ей открывался вид на долины. Лиственницы с их ярко-золотой листвой горели на фоне темных елей. Интересно, сколько ей еще карабкаться, чтобы Северный Ветер смог ее услышать? Она вытянула руку, чтобы почувствовать дуновение ветра на ладони.

— Мунаксари ветров? Дедушка! Эй, ты тут?