Шрифт:
Возмущенье Зеньковского и других по поводу моих «Комментариев» меня удивило. Я ждал недовольства, но не столь бурного. По-моему, кощунства у меня нет, а если есть — то вопреки моему желанию: значит, плохо выражено и написано. Зеньковекий — человек умный и тупой, как часто случается. Но, конечно, я не возражаю (в ответ на Ваш вопрос) ни на что, что мог бы он написал, в опровержение моих домыслов, в какой бы то ни было форме. Смущает меня только то, что это опять будет обо мне, хота бы и с бранью: слишком обо мне много в последнем №. Кстати, мне об этом писал Р.Гуль [295] , и я в ответ с ним согласился. Но Варшавский пишет, что он торжествует, и считает меня своим союзником в анти-«опытности» и что с ним вообще надо быть осторожным. Я его мало знаю.
295
Роман Борисович Гуль (1896–1986) — прозаик, мемуарист, с 1966 — главный редактор «Нового журнала».
О Штейгере я напишу непременно, но едва ли только о нем, а вернее — вообще о поэзии в связи с ним и с моими разговорами с ним.
Вы правы, что «Опыты» должны вызвать отпор и что это хорошо. Но не всегда хорошо и не во всем. У «Опытов» есть опасность высокомерия и безразличья, которую надо бы избежать. Об этом трудно писать в двух словах, но Вы поймете. Насколько я Вас чувствую, Вы — не «боевой» редактор и лучше бы под Вашим руководством не брать боевого тона, который у Вас не будет тоном верным. Вишняк — кипит, пусть глупо, но кипит. Вы (как Розанов по Гиппиус) — «задумчивы» [296] , и надо бы, чтобы журнал Ваш был таким. Иначе будет фальшь (в этом смысле последний отрывок Попл<авского> — именно фальшь).
296
Отсылка к названию очерка З.Гиппиус о Розанове — «Задумчивый странник» (очерк вошел в ее мемуарную книгу «Живые лица» (Прага, 1925)).
Об Одарченко давно ничего не знаю. Стихи у него — дрянь, но человек он крайне способный. По-моему, крайне способен и М.Иванников (в «Нов<ом> Журнале»). Кто это, где он? Я читал его рассказ со скукой («литература») и с восхищением. Яновский рядом — сладкая водичка. Pour une fois [297] , Алданов тоже в восторге от Иванникова, а Зайцев, наоборот, вздымает очи к небу.
До свидания, дорогой Юрий Павлович. Я летом — в обычном летнем маразме, но пришлю все, что полагается, и разберу письма Гиппиус, которые все взял с собой.
297
На этот раз (франц.).
Ваш Г. Адамович
50
22/IX-<19>56 <Париж>
Дорогой Юрий Павлович
Простите за долгое и упорное молчание. Вы знаете, летом я всегда в «маразме»: ничего не пишу, ничего не делаю.
Не написал для Вас ни строчки.
Но вчера я видел Марию Самойловну, которая говорит, что если я пришлю статью (Штейгер) в течение октября, это ничуть не поздно.
Согласен ли редактор с издательницей?
Если да, пришлю статью во второй половине октября. О Штейгере и о поэзии вообще.
Я в Париже до 1-го или 2-го октября.
Потом Манчестер, обычный адрес: <…>
Шлю сердечный привет.
Ваш Г.Адамович.
P.S. М<ожет> б<ыть>, лучше, чтобы № вышел совсем без меня, ввиду того, что слишком было много меня в прошлом №? Честное слово — лучше, и не думайте, что это с моей стороны «кокетство».
51
27/Х-<19>56 <Манчестер>
Дорогой Юрий Павлович
Сейчас получил Ваше письмо. Отвечаю не на мысли, а только по делу, ибо спешу (да и мысли Ваши в части, касающейся «Опытов», излишне пессимистичны!)
Я как раз на днях стал писать о Штейгере. Но меня смутило то, что Вы просите «не больше 8 страниц». Я пишу не о Штейгере, в сущности, а взгляд и нечто о стихах вообще, отрывочно, кусочками, и то, как я это задумал, едва ли уложится в 8 страниц (по 25–28 строк машинки в страницу). Пожалуй, будет больше (м<ожет> б<ыть>, 12). Впрочем, ни в чем еще не уверен. Но если нет места — отложите на следующий номер. Я ни в малейшей претензии не буду, и это лучше, чем сокращение. Название предположительно — «О Штейгере, о стихах, о поэзии и о прочем». Штейгер — только предлог, а речь обо всем и ни о чем. Пришлю вскоре, дней через 5 самое позднее. А о Червинской писать не хочу: не знаю точно почему, но не могу [298] . В том, что я по поводу Штейгера уже набросал, есть упоминание о ней, довольно лестное, хоть и с оговорками [299] .
298
Рецензии на сборник Л.Д. Червинской «Двенадцать месяцев» (Париж, 1956) Адамович в «Опытах» не поместил. Книгу рецензировал сам Иваск: Оп. 1957. № 8. С. 136–139 (подп.: Ю.И.).
299
В статье «О Штейгере, о стихах, о поэзии и о прочем» Адамович пишет: «У Червинской, кое в чем на него <Штейгера> похожей, от природы, пожалуй, больше данных, богаче и сложнее общий замысел. Но она стихи свои не вполне “дописывает”, хотя — как знать? — может быть, и не ищет штейгеровского игольчато-ранящего стиля» (Там же. С.28).
В Вашем оглавлении меня смущает Цветаева, опять со своей чепухой (простите!) к Штейгеру [300] , а отчасти Померанцев о Ив<анове>— Одоевцевой: воображаю, чего он нагородил и каких философов процитировал! [301]
Если бы Флоровский написал что-нибудь о моих богохульных «Комментариях», я был бы очень рад [302] . Поверьте, литературное заступничество мне совершенно безразлично, как и брань. Но тут — Другое. Я убежден, что в моей статье богохульства и кощунства нет, и пусть 10 митрополитов будут другого мнения, я остаюсь при своем. Церковь губит саму себя, а митрополиты и священники ее в пропасть подталкивают.
300
Продолжение переписки М.Цветаевой и А.Штейгера было опубликовано в № 7 «Опытов» (с.8-18), что снова вызвало недовольство разных лиц. Так, 8 сентября 1956 М.Л.Кантор писал Иваску: «Вижу, что Вы и в № 7 печатаете письма Цветаевой? Неужели опять к Штейгеру?» (Amherst. Box 3. F.66).
301
Такой статьи К.Д.Померанцева в «Опытах» не было. Ю.Терапиано сообщал в письме от 7 августа 1960: «При жизни Г.Иванова Померанцев считался другом Ив<анова> и Одоевцевой, восторгался ими, писал о них даже слишком уж восторженно — послал, например, в “Опыты” такую хвалебную статью об И.О<доевцевой>, что Иваск не мог ее напечатать» (Письма Терапиано. С.341).
302
Георгий Васильевич Флоровский (1893–1979) — священник, богослов, публицист. Предполагаемой статьи, насколько мы знаем, не написал.
Ваша г-жа <нрзб> — ужас! Неужели у Вас могла быть 1/1000 сомнения, не поместить ли ее [303] .
До свидания, дорогой Юрий Павлович. Крепко жму руку. Я в Манчестере до 12–15 декабря, потом на месяц — Париж.
Ваш Г.Адамович.
52
Простите, вышло длиннее, чем я думал.
Если все-таки будете печатать, нельзя ли надеяться на корректуру? Верну как обычно, в тот же день.
Ваш Г.А. [304]
303
О ком идет речь — неизвестно.
304
Записка явно представляет собою сопроводительное письмо при посылке статьи «О Штейгере, о стихах, о поэзии и о прочем».