Шрифт:
— Седрик! Опять нажрался, нелюдь проклятый! Смотри! Завтра мужики в лес за дровами идут, тебе их вести, а ты шагу ровно ступить не можешь!
Пока она причитала, охотник ловко обогнул её и уже спокойно, но быстро пошёл в сторону своей хижины.
— Вернулась?
Анешка приоткрыла дверь, из дома доносился умопомрачительный аромат пирогов с капустой. Желудок девушки сразу предательски заурчал.
— Иди, поешь, только сначала руки вымой, — сказала травница с напускной строгостью.
Когда солнце совсем скрылось за горизонтом, Мелиса зажгла дополнительные лучины в хижине и одну свечу, щедро выделенную Анешкой. Правда, прежде чем её достать, женщина долго ворчала о лишних расходах и не способности девушки видеть при неярком свете. В голове ученицы травницы была каша от информации, что за сегодняшнее утро и вечер вылила на неё хозяйка старой хижины. Она сидела перед большой горой зелёных, остро пахнущих трав и пыталась найти и связать в пучки ласточкину траву, это было её первое задание, которое оставила знахарка, прежде чем уйти за водой.
— Вот беда, — расстроилась она. — Надо было внимательнее слушать. И как теперь найти эту ласточку?
— Кар! — Оглушительно каркнул ворон со своего насеста.
Девушка уже пыталась узнать как его зовут у травницы, но имени не было, Анешка называла его по-разному: негодник, пернатый и просто птица. Она сказала, что ворон прибился к ней в лесу. Раненый и грязный он тащился за ней до самой деревни. Женщина призналась, что её сердце не выдержало, и она выходила облезлую птицу. Судя по всему, и откормила, потому что этот представитель пернатых вымахал гораздо больше, чем такие же вороны в мире Мелисы. Но хоть травница не дала имени своему питомцу, девушка решила дать ему хотя бы прозвище.
— Локи, ты голодный или опять пить хочешь?
Обладатель имени бога обмана не ответил, но спрыгнул со своего места на лавку рядом с ученицей травницы.
— Может, и травы перебрать мне поможешь? — В шутку спросила Мелиса.
Локи царапнул когтями лавку и как будто понял, о чем у него спросили. Краем клюва он подхватил за бархатистый листок веточку с маленькими желтыми цветами. Девушка удивленно взглянула на ворона.
— Но это же чистотел! Невероятно, я говорю с птицей. Ай!
Ворон клюнул Мелису в палец.
— Так ты меня понимаешь?
— Кар!
— Стой! — Воскликнула девушка. — Давай так: два раза это да, а один раз нет. Понял?
— Кар. Кар.
Мелиса отсела от ворона подальше и, сама не веря в происходящее, начала расспрашивать.
— Ты птица?
— Кар!
— Да, согласна, глупый вопрос. Ты заколдован?
— Кар! Кар!
— Почему не сказал Анешке? Или ей нельзя говорить?
— Кар! Кар!
— А как тебя можно расколдовать?
Локи не ответил, но, соскочив с лавки на земляной пол, начал что-то чертить на нем лапой. Когда ворон закончил, Мелиса с лёгкостью прочитала руны на древнем языке своего народа.
Меня изгнали из Волшебной Страны, это сделала королева, и только она может меня расколдовать — гласила надпись.
— Ты сидх? — Изумленно спросила ученица травницы у заколдованной птицы.
— Кар! Кар! — ответил ворон, гордо подняв клюв.
Но вдруг за дверью послышались шаги, и Мелиса быстро стерла ногой надписи на полу.
— Не волнуйся, я найду способ помочь тебе, — прошептала девушка, перед тем как дверь отворилась, пропуская травницу с тяжелыми ведрами.
— Фух! Иди, помоги мне, девочка, очень уж тяжело таскать воду на двоих.
Девушка подорвалась со своего места и помогла Анешке дотащить одно ведро, оно оказалось невероятно тяжелым.
— Знаешь что? Теперь за водой будем ходить вместе, нечего одной такие тяжести таскать.
— Добро, — согласилась травница. — Ты нашла ласточкину траву, как я наказывала?
— Да, — ответила Мелиса и, быстро сбегав к лавке, принесла женщине пучок чистотела.
— Прекрасно, а теперь налей воды в горшок и поставь в печь, только разжечь ее не забудь. Когда сделаешь, отнеси эту сумку Седрику, он либо на вышке, либо дома, не ошибешься.
— Хорошо, Анешка.
Девушка сделала все, как просила Анешка, и, накинув плащ с глубоким капюшоном, подхватила сумку, отправившись искать эльфа. На улице уже смеркалось, где-то в кустах были слышны трели соловья, шелестели кронами высокие деревья, окружавшие деревню, весело стрекотали сверчки. Мелиса решила сначала зайти в дом охотника, была большая вероятность того, что после выпитой бутыли он не пошел на вышку. Но Седрик обнаружился недалеко от своей хижины на бревне около костра. Здесь было людно, казалось, почти все жители деревни собрались. Бабы следили за весело скачущими детьми с лавок близлежащих домов, а мужики, подтянувшись ближе к огню, что отпугивал стайку жужжащих комаров, распивали что-то из кожаного бурдюка и занюхивали краюхой хлеба, которую тоже передавали по кругу.