Шрифт:
Все привычно, вот Антипа выскочил ко мне с каким-то котлом в руках:
– Глянь-кось, я чего для казана твоего нашел...
Он захлебнулся воздухом, глядя на двух девушек, появившихся из перехода, настроенного Коськой. Две хорошенькие девушки - одна беленькая, а другая темненькая, тоже замерли, у Антипы с грохотом упал из рук казан, а через мгновение они летели к Антипе с возгласом: "Братичек!!" Повиснув на нем, они тормошили, целовали его, плача и смеясь.
Антипа, схвативший их в объятия, плакал навзрыд, смотря то на одну, то на другую:
– Девчоночки мои, славнушкие вы мои, дожил ить я до светлого дня!
Я тоже прослезившись от радости за всех Веремеевичей, поздоровавшись, пошла к озеру, забрав с собой Степку:
– Успеешь, покрасуешься перед девочками, дай им в себя прийти!
– А я и не возражаю, - утирая глаза лапой сказал котище, - меня вон как проняло, а что говорить про Антипу.
Спустя какое-то время девочки с братцем появились на берегу. Увидев кота, обе, несерьезно взвизгнув, начали его тормошить и наглаживать, восхищаясь им, на что этот прохиндей, важно развалившись, позволял им любоваться и восторгаться им.
– Ить выпытали сестрицы у Коськи, чего он сияет так, а он и не смог им отказать!
На что Луша фыркнула:
– Зря что ли у нас в семье дознаватель имеется, мы за несколько минут собрались, не каждый день у нас старший брат находится!
Антипа опять прослезился:
– Ить у меня столько радостев случилося!
Луша, подпрыгивая от восторга, сказала:
– Это ж моя мечта услышать и увидеть настоящего ведового и его речь, почти все было потеряно.
– Ха, Антипа, ты у нас раритет!
– хмыкнул кот.
– Опять меня конфузишь?
– Не, хвалю, антиквариат ты наш!
Было много веселья и разговоров, сестрицы такие славные, окружили братика и кота заботой и восхищением, мужики мои 'купалися' в любви. Только на следующий день убежали сестрицы во столицу, - 'ить дела-то не ждут!' Антипа враз помолодел лет на двадцать, сияющая улыбка не сходила с его лица, а уж нетерпение и желание поскорее все сделать и стать нужным сжигало его. А через три дня "во столицу собралися" и друганы, колготы было много и я с облегчением вздохнула, когда два шебутных ушли. Пошла на свой любимый камушек, долго любовалась на воду, которая в лучах светила имела вид расплавленного золота, только в самой средине озера вода не окрашивалась, и было небольшое круглое пятнышко, выглядевшее как черный зрачок в золотистом глазу
– Вот ты где? Я так и думал, что ты на озеро любуешься, - Пол нес в руках какие-то необыкновенно красивые цветочки с корешками, - еле нашел, они такая редкость у меня во владениях, если приживутся у тебя, значит, все что я загадал, сбудется!
– хитро взглянул он на меня.
– Я уже перестала удивляться твоим хитрым речам. А цветочек прижиться должен, тут же в озере живая вода, действительно, чудеса творит. Ты на меня посмотри, я такая стройняшка стала, как в юности, да и болячки не достают, совсем не устаю, бодрая и энергичная. Одно плохо, шорты сваливаются, приходится веревкой их подвязывать, тут никто не видит, а во столице мне как бы и делать нечего. Я не знаю ни обычаев, ни как себя вести, что отвечать, так что 'надеюся', что мои два мужика, что-то да подберут из одежки мне, да зеркало принесут, хоть глянуть на себя.
Пол, хитро поблескивая глазами, сказал:
– А понравится тебе, как ты сейчас выглядишь, зуб даю!
– и захохотал, - ваши словечки прилипучие!
– Ты мне скажи, когда я уже домой попаду?
– Ай тебе тут плохо?
– Пока нет, но я тебе уже озвучила, что я в вашем мире чужая во всем, даже вот по внешности я другая, у вас же у всех разрез глаз кошачий, тебя не берем во внимание, судя по первому виду, когда ты был типа лешака, у тебя обличий может быть много.
– Полгода ещё не прошли, всего-то два месяца, я ищу, но в столице какая-то 'мышиная возня' идет, и маги носом землю роют, чтобы чего не случилось, подожди ещё, все уладится. Я вот, сколько веков жду свою преемницу, обещано мне было, что появится рыжая с черными глазами, моя смена, а я на покой уйду. Потому как будет она сильнее и могущественнее меня, двухпрядная, а все нет и нет, уже почти десять веков. Устал я, веришь? А ты полгода не дождешься никак.
– Я так скучаю по морю, мне больше всего не хватает его, это как наркотик - любоваться им в любую погоду, дышать его запахом, видеть рассветы и обалденные закаты, словами не предать, какая это красота, привыкнуть к этому невозможно. У меня с собой фотоаппарат там много снимков, я только не знаю, может батарейки разрядились и не смогу тебе показать такую красоту. Я только несколько кадров сделала, Антипу грязнючего, Степку на Муське и полянку с цветочками, боюсь, скоро зарядка кончится. Пойду, принесу.
Когда шла назад, увидела, что Пол сидит на корточках у края берега, у него на коленях вода в виде большой кошки типа пантеры, а он гладит её и приговаривает что-то. Увидев меня, водяная пантера превратилась в воду и с шумом шлепнулась в озеро.
– Надо же, какая тут волшебная вода, кого-то привечает, кого-то, как Антипиных тройняшек, как бы гладит, а тебе вот пантера Багира на колени запрыгнула.
– Какая Багира?
– заинтересовался Пол.