– В том, что ты на вкус ты настолько восхитительна, что я с трудом оторвался от тебя, любовь моя, - приподнял он мою руку и медленно провел языком у меня по запястью.
– Сейчас я как никто другой в этом мире способен понять вампиров.

Присмотревшись я увидела, как пара капель крови выделились с того места которого только что касались его губы. Забавно, я даже не почувствовала когда он сделал надрез.

– А как же клыки?
– усмехнулась я.

– Фу, как не эстетично, - скривился он и слизал языком красные пятнышки.
– Или ты предпочитаешь ходить со следами укуса на своей шелковистой коже? Аккуратный порез от ножа заживет быстрее, чем рваная рана от зубов. К тому же он у меня специальный, острый, как скальпель хирурга.

– Ой, ради бога! Избавь меня от подробностей, - рассмеялась я.

Он вновь, провел языком у меня по внутренней стороне руки, от локтевого сгиба до кончиков пальцев и я почувствовала, что это простое действие заставило напрячься низ моего живота.

– И что теперь?
– попыталась я сосредоточиться на главном вопросе, утихомиривая попутно свои разыгравшиеся гормоны.
– Ты уже выяснил что хотел?

– Нет, - переместился он рядом со мной, - но сейчас я приступлю к самой приятной части исследования.

– А моя слабость в твой план входила?
– поинтересовалась я, понимая, что по-прежнему не могу в полной мере владеть собственным телом, ставшим подобно желе безхребетным и на удивление расслабленным.

– Прости, Солнышко. Я должен был предупредить тебя, что такое возможно, - нежно улыбнулся он.
– Понимаешь, я как представитель особого отряда "homo sapiens" попутно выкачал у тебя немного твоей энергии, потому как кровь - это наш хлеб и вино одновременно. Все придет в норму, спустя какое-то время, не волнуйся. Я бы вернул тебе украденное хоть сейчас, но боюсь, ты не пока не примешь этот способ восполнения своего энергетического потенциала.

Я почему-то тут же представила себя в облике огромного комара пьющего кровь своего демона и меня передернуло от отвращения.

– Я же говорил, что ты пока еще не готова к этому, - рассмеялся он, явно по достоинству оценив мою буйную фантазию.

– И что теперь?
– вновь поинтересовалась я.

– А теперь, Солнышко, расслабься, - я закатила глаза, потому как дальше продвигаться в отношении этого процесса, казалось просто физически невозможным. Я и так чувствовала себя медузой, вытащенной на морской берег.
– И закрой глаза.

На этот раз я одарила его скептическим взглядом.

– Мне так проще будет сосредоточиться, - пояснил он.
– Иначе, я опять забуду, ради чего все это затевается.

Блеск его глаз в купе с широкой улыбкой довольно красноречиво поведали мне о настоящих его желаниях и я покорно опустила веки. Он тут же воспользовался ситуацией и вновь лизнул мое запястье.

"Не хулигань", - ухмыльнулась я.

– Ты себе даже не представляешь всей глубины желания и одновременно отчаяния от соблазна, владеющего сейчас мною. Все равно, что голодному ребенку из хорошей семьи попасть ночью в кондитерскую лавку, - прошептал он мне в шею, попутно покрывая ее невесомыми поцелуями. Мне нравилась эта его манера начинать заводить мое тело и кажется, он был об этом прекрасно осведомлен.
– Хочется попробовать все и сразу, но совесть не позволяет. Надеюсь, ты еще не передумала?

– Не дождешься, - хрипло выдохнула я, потому как он сместился с моей шеи на грудь и судя по направлению его воздействий на мое уже и без того натянутое как струна тело, ждать долгой развязки в отношении моего скрученного в тугой узелок живота не придется.

Дышать становилось все сложнее, сердце, кажется, переселилось поближе к голове, окончательно вытеснив все мысли и заметив их равномерным ритмом струящейся по венам, подобно горной реке, крови. От одной из его самых смелых ласк, я судорожно вздохнула и тут же уперлась взглядом в темные балки деревянного потолка нависающего над нами. Видимо теперь все балочные конструкции темно-коричневого цвета на фоне теплого желтого древесного потолка будут вызывать во мне только грешные мысли. Как бы нам не хотелось, самые первые яркие впечатления нашей жизни, к тому же обернутые в броскую оболочку эмоций складываются нашей памятью в особые папки и до конца наших дней служат нам незабываемыми, глубокими метками на древе нашего жизненного опыта.

– Непослушная девчонка, - проворчал он, затмевая собой весь остальной мир.

– Ладно, ладно, - и вновь избавила его от созерцания моего зеркала души, в то время как он вернулся к прерванному занятию. Внезапно, я почувствовала, как окружающий мир вновь обрел резкость и глубину, а легким стало не хватать воздуха и одновременно с этим меня как пылинку начало затягивать в какой-то водоворот, похожий на черную дыру. Я в страхе распахнула глаза и вновь ощутила на себе внимательный сероглазый взгляд.

"Готова?"

"Нет."

"Тем не менее, у меня получилось!"

Я, наконец, смогла отвести от него взгляд и тут же поняла, что он прав. Еще как прав! Это было невообразимо...

".. прекрасно. Я ничего не хочу сказать о твоем таланте создавать иллюзии, но это... это в тысячу раз... черт, слова закончились. Это завораживает."

Меня окружало пространство вне времени и привычных ориентиров верха и низа, права и лева, хорошо уже было то, что мне оставили привычное трехмерное пространство, да и то вглядываясь в окружающий меня пейзаж я скорее отнесла бы это к математической модели нашего мира, причем в полярной системе координат. Сплошные углы и направления со множеством точек начала отсчета в теряющимися в неизвестности конечными результатами направлений кривых. Я чувствовала себя маленькой песчинкой, застрявшей в хаотическом переплетении нитей яркого ковра. Во истину - изнанка мира!