Шрифт:
Средняя ожидаемая продолжительность жизни в 2000 году в среднем у всего населения составляла 65 лет. У мужчин – 59 лет, у женщин 72,26 года. К 2011 году средняя продолжительность жизни у всего населения выросла на 3,5 года – до 68,98 лет и почти достигла наивысшей за всю российскую историю (69,19 лет в 1990 году); мужчины стали жить ровно на 4 года дольше и сегодня ср. ожидаемая продолжительность жизни мужчин составляет 63,03 (для сравнения в 1990 году этот показатель равнялся 63,73 годам); ср. ожидаемая продолжительность жизни российских женщин выросла на 2,5 года – до 74,87 лет и УЖЕ ПРЕВЫСИЛА наивысший показатель за всю российскую историю (74,3 года в 1990 году)! Для сравнения: средняя ожидаемая продолжительность жизни на Украине в 2010 году составила 68,46 года; в Казахстане 68,19 года; в Азербайджане 67,01 года; в Индии 66,46 года; в Зимбабве 43,5 года; а средняя в мире в 2009 году составляла 66,12 года.
http://yevgeny-buyanov.livejournal.com
Москва. 09 июня 201*** года
Вор…
Стрёмное погоняло для мусора, верно? Вор…
Для мусора – и в самом деле стрёмное, а вот для боевой обстановки самое то. Вор – там это не погоняло, там это позывной. Короткий и четкий – как выстрел.
Вор…
Капитан Воробьев – внезапно выпрямил руку и заостренная стрелка – впилась в середину мишени рядом с дверью. И в нескольких сантиметрах от лица подполковника милиции Равиля Латыпова, открывшего дверь их с Грушей кабинета.
– Воробьев!
…
– Ты о…л или как?!
Капитан Воробьев вскочил, понимая, что упорол косяк. Начальство может многое понять – но не бросок метательного ножа в морду лица…
– Товарищ подполковник…
– Я спрашиваю, ты ох…л или как?!
– Никак нет!
– Что никак нет?!
– Не о…л?!
Латыпов закрыл за собой дверь в кабинет, достал из мишени стрелку – что-то вроде заточки. Только хитрой – заточенная часть выполнена из более тяжелого металла. А внутри – ещё и ртуть. Поэтому – пробивает дай Боже…
Подполковник покачал заточку в руке, положил на стол. Кабинет был типичным для ментов – обшарпанным, с прошлогодним плакатом на стене, пузатым сейфом с инвентарным номером. Кондиционер и пластиковые окна – спонсоры помогли.
– Ты эти свои иракские штучки брось.
– Есть.
– Грушевой где?
– Болеет, товарищ подполковник.
– Шо, опять?
…
– Придет – п…ц ему, так и передай. Проведи работу… а то по статье уволим. Я всё понимаю… но с бухлом ему надо завязывать. Для его же пользы.
– Есть.
– На вечер есть планы?
Капитан насторожился.
– Никак нет.
– Тогда жду тебя в машине на выходе. К семи.
Подполковник повернулся чтобы уйти, но остановился.
– Да… тачка. Хендай, микроавтобус. Белого цвета. У нас таких нет, садись сразу, не спрашиваясь.
– Есть…
Когда за подполковником закрылась дверь, капитан выругался. Перебрав лежащие в ящике стола сотовые, выматерился, начал набирать номер.
– Алло.
– Ты о…л? – с ходу наехал капитан.
– Чего?
– Того! У меня только что Латып был! Меня задолбало тебя покрывать!
– Брат ну…
– Гну! Подорвался и побежал в контору. Чтобы полчаса и тут!
Не ожидая ответа, капитан нажал на отбой.
Б…
Груша конечно бухает. И прилично бухает, надо сказать. Но он не может его не прикрывать. Должен он ему.
Одну жизнь…
Картинки из прошлого. Ирак, оперативная зона Блекджек. Севернее г. Рамади. 09 июня 2015 года
Здесь речи – плевки, здесь слова – ножи…
Александр МартыновРамади…
Несгибаемый и страшный город. Город, который мы с американцами брали штурмом как Грозный – но зачистить его до конца так и не удалось. Это одно из самых опасных мест на земле. Возможно, само опасное.
Русская база – ОП «Кандагар», Опорный пункт «Кандагар» – находится рядом с Палестинским мостом, в большом, построенном наспех здании из бетонных блоков. Ничего необычного там нет – половины окон нет вообще, почти нигде нет кондиционеров – смысл, если нет окон? А окон нет, потому что часты обстрелы и окна особенно на верхних этажах – живут недолго. провода-локалки брошены прямо под ноги, работают компьютеры, везде пыль. Особенно мучительно жара воспринимается из-за высокой влажности – совсем рядом река и испарения от нее – пахнут болотиной и гнилью. Везде работают чайники – это единственное спасение от жары. По рецепту англичан – горячим чаем.
Правее – Албу Фарадж (район Фарадж, Албу – это район), относительно контролируемая территория. Ниже – дворец правосудия, американская база и университет. По негласной договоренности, мы контролируем Албу Фаррадж, а американцы – всё, что на другом берегу, включая район университета. Работа, конечно – не бей лежачего. Но и платят хорошо. Причем в долларах.
А про их работу – вообще мало кто знает. Все знают о присутствии в Ираке нашего десанта и спецназа, но никто не знает о том, что там делает МВД. А менты – там есть и немало. Название этой структуры – оперативная группа МВД в Республике Ирак, и их – едва ли не больше, чем спецназовцев. Потому что кто-то должен не только воевать – но и ставить в стране законность, организовывать полицейские участки, учить иракцев криминалистической и оперативной технике. Всем этим занимаются русские, тем более что в Ираке немало бывших «ментов», из тех, кто закончил милицейские школы в СССР и даже в России. Американцы и не пытаются в это соваться. Скорее это мы – удерживаем их от глупости. Только чудом – удалось убедить их не разгонять армию и полицию, потому что там были одни члены БААС [16] . Мы-то понимаем, насколько призрачно «членство в партии». А они – нет.
16
В нашей, нефантастической реальности американцы разогнали и иракскую армию, и полицию, уволив до 400000 человек. Последствия этого были совершенно чудовищные, многие считают, что именно с этого момента войну можно было считать проигранной.