Шрифт:
– - Да, не тридцать, -- согласилась Оксана.
– Мне сорок два. Но и вы, простите, подъехали сюда не на шестисотом "мерседесе"! Вы же говорили, что у вас шестисотый "мерседес"?
– - У меня такой же "мерседес", как у вас стройная талия!
Обменявшись первоначальными любезностями, они окинули друг друга с головы до ног критическими взглядами. Оксана увидела перед собой немолодого мужика, в субботу вечером одетого в старые, потертые джинсы, старомодный парусиновый пиджак и дешевую футболку, причем на ногах у него были серые хлопчатобумажные носки и коричневые сандалии из кожзаменителя. Под глазами мешки, видно, почки барахлят, на затылке - лысина. Не Ален Делон!
Валерий недоброжелательно смотрел на полную невысокую женщину, выглядевшую на сорок с гаком, с оплывшим подбородком и перепаленными дешевыми красками короткими блондинистыми волосами. А как она накрасилась, чтобы казаться помоложе, вблизи это хорошо видно, и сколько цепочек на короткой шее - две серебряных, одна тоненькая, золотая, и еще нитка речного жемчуга! Вульгарная особа!
– - И вам не стыдно?
– вырвалось у него.
– - Так же, как и вам, не стыдно! Вы, помнится, говорили не только про "мерседес", но и про густые пшеничные волосы и голубые глаза? И где же ваши локоны?
– - Там же, где ваша стройность! В прошлом! Но я не говорил, что мне двадцать лет!
– - Зато вы приврали на счет своего материального положения!
– - Мое материальное положение вас не касается!
– - Так же как вас - мой возраст. Считайте, что мне тридцать, но я сегодня плохо выгляжу.
– - Нет, не хочу. Вы меня обманули!
– - Да, все хотят молодых и стройных, а нам куда податься?
– - Кому "нам"?
– - Нам, женщинам за сорок. Ладно, -- махнула рукой Оксана, -- не хотите общаться, можем разойтись и забыть об этой встрече. Только знайте: молодая и стройная, увидев вас, даже разговаривать бы не стала. Сразу повернулась бы и ушла.
– - Конечно, потому что на мне старые джинсы! А прикати я на шестисотом "мерседесе", побежала бы за машиной!
– - Разумеется!
– - Вам всем, бабам, только деньги и нужны! Только деньги!
– - А вам, мужикам, только молодое тело!
– - Нам нужно, -- вскипел Валерий и швырнул жалкий букетик на асфальт, -- чтобы нас понимали! Чтобы видели в нас не машину, печатающую деньги, и не домашнее животное!
– - А нам того же нужно! Того же!
– закричала Оксана, чувствуя, как к глазам подступают слезы.
Кричали они оба во весь голос, и, привлеченный шумом, из кафе вышел охранник, вопросительно глянул на Валерия. Тот видимо смутился, даже цветочки поднял, и забормотал совсем другим тоном:
– - Все в порядке, мы с женой уже уходим, -- и прошипел на ухо Оксане:
– - Идемте же, чего встали.
Оксана, только что готовая расплакаться, рассмеялась. Они пошли вниз по улице, на которую медленно опускался погожий июльский вечер. Воздух был теплый, как парное молоко, и в нем была разлита умиротворенность, постепенно проникающая во взбаламученные людские души.
– - Так что, я уже жена?
– улыбнулась Оксана.
– - Само собой вырвалось, -- почти извиняющимся тоном сказал Валерий. У нас с бывшей женой часто разыгрывались такие сцены, это уже как привычка.
– Он потянулся левой рукой в карман пиджака, достал смятую пачку сигарет и зажигалку.
– Вы не курите?
– - Бросила. Давайте я цветы подержу, не бойтесь, отдам обратно, если вы дарить не хотите.
– - Да нет, берите, берите совсем.
– Валерий отдал ей ромашки, остановился, закурил.
Какое-то время шли молча, потом он снова заговорил:
– - Знаете, я просто ожидал увидеть совсем другого человека... Вы себя описали как стройную молодую блондинку... Вы, конечно, неплохо выглядите, но...
– - Выгляжу я так, как выгляжу. Косметических операций не делала доходы не те. И времени нет, чтобы шейпингами всякими улучшать фигуру. А вам, Валера, сколько лет?
– - Пятьдесят четыре будет в октябре. А что? Мужчина, как вино - с годами все лучше...
– - Смотря для кого. И смотря какой мужчина. Бога ради, не примите на свой счет. Я так, к слову.
– - К слову?
– в голосе Валерия снова зазвучали деревянные нотки раздражения.
– А не к слову, на что вы рассчитывали?
– - А вы? Валера, только честно: нужны вы холеной тридцатилетней красотке? А вам она зачем, эта фотомодель? Она разве сможет понять вас, как я пойму? Она будет о вас заботиться? У молодых совсем другие запросы. И жизнь другая.
– - Да, тут, пожалуй, я соглашусь. Я своего сына, например, понимаю с трудом, часто ссоримся... А у вас есть дети?
– - Не получилось. Но у меня племяшка есть, Вика. Вот ей двадцать пять, и она стройная, только у нее, -- засмеялась Оксана, -- тридцатилетний бой-френд на "мерседесе"... Она меня и в Интернет затянула. Сама в этом чате пасется, под "ником" reginna...