Шрифт:
— Остановись сейчас же, что бы ты ни задумала, или он умрет.
— Не могу, процесс не повернуть вспять. Так, что успокойся. Артограф все равно вас всех заберет, — ответила Регина.
— Что заберет? Куда заберет? — Джо не понимал еще больше, на его лице показался страх, но он как мог, скрывал его. Он усилил хватку, клинок врезался в шею Дэниела так, что на лезвии показались капли крови. По Регине пробежала еле заметная дрожь. Артограф почти открылся. Что если Джо успеет это сделать? Но неожиданно раздался грохот. Джозеф упал без сознания. «Вторая» Регина огрела его по голове деревянным стулом, на котором недавно сидел Эдд.
— Давно хотела это сделать! — изрекла она.
Клод подбежал к своему предводителю. Как он только его не тряс, Джо оставался лежать на полу в бессознательном состоянии. А в это время из артографа уже выносился вихрь. Мгновенно поглотив Клода, он продолжал разрастаться. Он унес в свою глубину и обездвиженное тело Джозефа. Эдда же он съел самым последним. У бедняги на лице читался страх и полное непонимание всего происходящего вокруг. Закончив свое дело, вихрь мигом исчез. Артограф закрылся. Регина посмотрела на Дэниела. Он жив. Все хорошо. Вдруг временные часы, лежащие у нее в руках, испарились. Остались лишь часы, которые недавно Джо крутил у себя в руках. Они лежали на полу. Регина бросилась на шею Дэниела.
— Ты жив! — только и вымолвила Регина.
— Конечно, жив. Что может со мной случиться. Я же живучий, как слизняк, — восхвалялся он. Регина только улыбалась, не отвечая ни слова. В это время, стоящая позади, «вторая» она исчезла. Теперь все встало на свои места. Недруги повержены, временные часы целы, Дэниел живой. Все теперь хорошо.
Глава 15: Что потом?
Дениел и Регина шли по улице, державшись за руки. Погода стояла солнечная и ясная, как раз подходящая для летнего дня. Регина была в прекрасном расположении духа. Ей даже казалось, что люди, идущие на встречу, улыбались ей. Но она знала, что это скоро закончиться. Ведь временные часы починены, а это значит, что пора возвращаться домой. А хочется ли Регине возвращаться? Она и сама не знала ответ на этот вопрос. Регина только знала, что как прежде уже не будет. Регина не сможет ходить на работу и жить обычной жизнью, словно ничего этого не было. Не было часов, отловщиков, воров и… Дэниела. О нем она старалась думать меньше всего, но как на зло, ничего не получалось.
— Что-то ты притихла. Задумалась? О чем? — спросил Дэниел, смотря на нее.
— Да… нет, я просто размышляла о том, что… у меня накопилось слишком много работы… на работе. Много заказов, наверное.
— А кем ты работаешь?
— Флористом, — коротко ответила Регина. Но посмотрев на ничего не понимающего Дэниела, она уточнила.
— Флорист — это человек, который занимается декорированием интерьера с помощью цветочных композиций. Говоря простым языком, человек, украшающий дома цветами.
— Как по мне, лучше быть вором, чем всю жизнь нюхать цветочки, — заключил для себя Дэниел.
— Знаешь, «цветочки» это не только розы да ромашки. Это еще: фикусы, азалии, бегонии, кливии, орхидеи и еще много непонятных слов, которые ты все равно не запомнишь.
— Не запомню и не хочу запоминать. Не мужское это дело: с цветами возиться. (Знал бы он еще, что в будущем будет очень хорошо разбираться в комнатных растениях.)
Вот уже из-за угла показался дом Хопкера. «Интересно, доктор уже собирает чемоданы? Надеюсь, у него все получиться, и он найдет свою сестру. Жаль, только я не смогу в этом убедиться. Наверное, завтра я буду уже дома. Представляю, сколько грязи накопилось в моей квартире.» Как только они вошли в дом, с порога их уже ждала Эмили.
— Регина, ты вернулась! Ты как? Все в порядке? — засыпала она дочь вопросами.
— Да, мам, все хорошо.
— Со мной тоже все хорошо, спасибо, что спросили. Очень приятно, когда о тебе заботятся, — съехидничал Дэниел.
— Ну что, Регина, готова отправиться домой? — спросил, сидя на кухне, Кристофер.
— Я… не… да… но…
— Ой, я совсем забыл. Я же не убрался в комнате! Представляю, какой там бардак, — спохватился Дэниел. Изображая фальшивый ужас, он стремглав помчался к лестнице.
— Что-то я не припомню, чтобы его волновал порядок. Странный он какой-то в последнее время, — говорил Кристофер. — Так что, ты готова, или у тебя есть здесь еще дела?
***
Хопкер медленно, но верно собирал котомки, сумки и сундуки. Для удобства он даже составил список всех вещей, которые ему понадобятся.
— Так, посмотрим: кафтан, а лучше три; книги в дорогу; бумагу; перо. Что еще-то? А вот еще… — раздался стук в дверь.
— Можно войти?
— Да, да, входи, Дэниел, — проговорил доктор, не отводя глаз от своего списка. Дэниел с трудом открыл дверь. В комнате стоял такой кавардак: все вещи разбросаны, шкафы растворены — не пропихнуться.
— Ух, какой у тебя кошмар! Даже хуже, чем обычно! Куда собрался? Переезжаешь? Я же с тобой, да? Или ты мне свой дом завещаешь?
— Не городи чепухи! Я отправляюсь на поиски Беатрисс, в путешествие!
— Сам решил или кто надоумил? — спросил Дэниел, ища свободное место на кровати доктора, чтобы сесть. Комната была и так маленькая, а тут еще и все вещи валяются. Все пространство занимал громоздкий платяной шкаф, высотой до самого потолка, и маленькая кровать, на которой доктор, наверное, помещался с трудом. Зато комната была очень хорошо освещена, хоть и окно было маленькое.