Федорова Екатерина Николаевна
Шрифт:
Почти тут же на крик явился ражий молодец в черно-синем одеянии. Фамильные цвета рода Де Лабри, припомнилось вдруг оборотню. Когда-то это были его цвета. А сейчас они принадлежат уже другому...
Он стряхнул нахлынувшее было чувство горечи. Громко сказал слуге:
– Смотрителя замка ко мне. Живо!
Слуга ушел, что-то нечленораздельно ворча себе под нос. Король Эльфедра, или, как его только что назвал оборотень, Федя, лукаво улыбнулся оборотню. Спросил:
– Ты расслышал, что он про тебя сказал, а, Герослав?
– Конечно,- сквозь зубы ответил оборотень.- "Животина в людском облике, раскомандовался тут, ровно сам герцог..." Черт с ним, Эльфедра. Я здесь остался исключительно ради мальчишки, которого сэр Сериога назначил в наследники герцогства. Хочешь - верь, хочешь - нет... Так что потерплю... лет с десяток. Хотя знаешь, иногда так в лес и тянет...
Эльфедра посерьезнел лицом, оборотил на него внимательно-задумчивые глаза, но ничего не сказал. И оборотень тоже больше не открывал рта, молча глядя в окно. С определенной тоской. Поверх башен замка Дебро в дальних далях по воздуху плыла лента горизонта, окаймленная полосой зубчато-синего леса.
Явился мажордом - маленький, сухонький седой старичок. И тоже в черно-синем. Отвесил не слишком глубокий поклон, сказал протяжно, без особого почтения:
– Что угодно... э-э?
– Милорд,- грозно сказал король эльфов.- Что угодно милорду!– Он встал с кресла и двинулся в сторону мажордома.- В свое время, когда вы, местный народишко, изгнали герцога Герослава де Лабри с его собственных земель, я промолчал,- начал говорить Эльфедра, четко разделяя слова.- Не захотел вмешиваться в ваши местные дела. Поскольку тогдашним представителям рода Де Лабри мандонада(1) эльфийская дана не была. Потом я много раз сожалел об этом. Но теперь поумнел. И либо вы будете оказывать опекуну наследника должное уважение, либо я припомню, что эльфы все еще могут затворять водные жилы на ваших землях и вызывать падеж скота... И не толко скота, как мне помнится,- ты все понял, старик? Так что запомни сам и другим передай. Ну?! Милорда не слышу.
1 Мандонада - обет эльфов, даваемый определенному человеку за какие-то заслуги. Дает право на титул и земли плюс право на защиту жизни и полученного от эльфов манора от чужих посягательств.
– Милорд, - испуганно проблеял мажордом.- Милорды, я не хотел...
– Вот и не хоти,- отчеканил король эльфов.- А теперь слушай своего господина.
– Крут ты иногда, Эльфедра,- посетовал оборотень.- А ты, мажордом, слушай мою команду: больше леди Клотильде вина не давать. Вообще. Ты понял? И, как только очнется, зови меня.
– Понятно, милорд.- Мажордом немного помялся, потом спросил заискивающим тоном: - А кормить-то ее хоть можно? Милорд...
– Даже нужно. Леди Клотильде предстоит вскорости отправиться за нашим общим другом и твоим господином, сэром Сериогой. Так что кормить уважаемую леди следует как... как на убой. Все понятно? Свободен.
– Да, милорд!– радостно прошамкал старик.- Конечно, милорд! Уж как наша ледюшка-то будет рада. За сэром Сериогой, ишь ты...
Старичок удалился, счастливо бормоча себе под нос.
– Дивно,- покачал головой король эльфов.- Могу поспорить - он прямо сейчас отправится к Клоти, растолкает ее и преподнесет пьяной вдрызг баронессе радостную весть. Про предстоящий поход за Сериогой Лабрийским.
– Так что тебе сейчас лучше не покидать меня, дружище,- открыто ухмыляясь его королевскому величеству, заявил оборотень.- Поскольку сюда вот-вот притопчет наша грозная леди Клоти, дыша воодушевлением и перегарами...
ГЛАВА ВТОРАЯ
А Игорь князь в Русской земле...
В типовых блочных пятиэтажках иногда существует так называемая "линия шепота" - странный казус, благодаря которому слова, произнесенные шепотом, к примеру, где-нибудь на кухне, совершенно неслышимы в прилегающем к кухне коридорчику. И напротив, довольно хорошо различимы в самом дальнем углу смежной с кухней комнаты. Как раз в том углу, где располагался скромный диванчик, на котором бывший сэр Сериога Лабрийский и имел обыкновение спать каждую ночь. Ибо по причине того, что квартира у семейства Кановниных была всего лишь двухкомнатная и спальня в этой квартире имелась только одна, Сереге, сэру и по совместительству герцогу Де Лабри, приходилось спать в большой комнате на продавленном скрипучем диванчике. Как до факта своего герцогства, так и после.
Каждый вечер, церемониально поцеловав восемнадцатилетнего мальчика Сереженьку в лобик, родители удалялись на кухню. Чтобы поговорить о нужном и важном. Ах эти кухонные обсуждения, столь популярные в восьмидесятые годы... Беседы велись между ними исключительно гулким шепотом, и, лежа под свалявшимся одеялом и глядя в потолок, Серега ясно слышал каждое слово.
В последнее время беседы все чаще касались его скромной персоны.
Первой почти всегда начинала женская половина семейства Кановниных.