– Чего опять стоишь-то? – раздался в очередной раз попрек от недовольной матери, выглянувшей из дома.

Богдан поспешно взялся за топор, и некоторое время над их двором раздавался только его мерный стук. Евдокия вздохнула, наблюдая за работой младшего сына. Вот в кого он такой непутевый?

ГЛАВА V

Когда Богдан, наконец, закончил работу и появился за околицей, веселье уже было в самом разгаре. Девушки хором пели песню, а самые смелые танцевали. На его приход почти не обратили внимания, лишь несколько человек приветственно кивнули или помахали руками. Но Богдан прекрасно знал, что не пользуется у ровесников-односельчан таким интересом, как брат, поэтому совсем не обиделся. Он незаметно присел на край лавки рядом с поющими, стараясь не сбить их с ноты своим появлением.

Аленка, выплясывавшая с его братом, вдруг резко остановилась и, развернувшись, пошла к лавкам. По-видимому, Матвей в очередной раз отпустил в ее адрес какую-то двусмысленную шутку. Заметив Богдана, она направилась к нему и уселась рядом.

– Пришел-таки? – вместо приветствия спросила она, подавшись к нему, чтобы перекричать поющих.

Парень кивнул, вполоборота с удовольствием разглядывая ее. Она действительно была хороша – раскрасневшаяся после танцев, со слегка растрепавшимися волосами, с блестящими глазами, горящими какой-то неведомой искрой.

– А чего раньше не приходил? – продолжала расспрашивать она, уловив свое отражение в его глазах.

Рассказывать, что не успел вовремя поколоть дрова, не хотелось, поэтому Богдан просто пожал плечами, словно и сам недоумевал, как же так могло получиться.

– Братец-то твой давно уж тут, – девушка явно старалась разговорить его.

Богдан снова кивнул, не находя, что еще можно на это ответить.

– Какой ты скучный! – досадливо проговорила Аленка, вмешиваясь в стройную линию хора. – Слова лишнего от тебя не добьешься. Не знала бы, что вы с Матвеем братья – никогда бы не подумала. Вы такие разные!

Она демонстративно встала, прошлась вдоль лавки и села на другой ее край. Богдан вскинул голову, по инерции следя за ее движением, как на глаза ему тут же попался старший брат. Разные? Он посмотрел на брата так, как будто увидел его впервые, пытаясь открыть в нем то, что было скрыто за обоюдной многолетней привычкой, но оказалось очевидным для других. Они ведь и на самом деле совершенно не похожи. То, над чем Богдан никогда раньше не задумывался, вдруг предстало его взору с невероятной ясностью. Ведь они действительно совершенно разные! Вероятно, Алена говорила прежде всего о характере, но сама мысль о непохожести на брата так поразила его, что он, не попрощавшись, убежал к реке, где принялся изучать свое отражение.

Матвей не заметил ухода младшего родственника, а когда снова взглянул на место, где тот недавно сидел, край скамейки снова пустовал.

– Где он? – поинтересовался Матвей, подойдя к перебирающей свою косу Аленке.

– Убежал куда-то, – равнодушно ответила та.

– Ты ему что-то сказала, что он обиделся?

– Я-то здесь при чем? Просто поздоровалась. Ты и сам знаешь, он у тебя какой-то странный.

– Ты берега-то не путай! Он мой брат, злословить про него никому не позволю.

– Да нужен он мне! Было бы, о чем разговаривать! – и Аленка затерялась в толпе подружек.

Матвей еще раз оглядел гуляющих. В самом деле, где Богдан?

– О чем задумался? – насмешливо подмигнула проплывавшая мимо Танюшка, еще одна местная прелестница. – Братца потерял?

Матвей посмотрел на нее и подумал: а, в самом деле, чего он всполошился? Привитая с детства ответственность за младшего все еще давала о себе знать. Но теперь Богдан взрослый, не заблудится. Куда захотел, туда и пошел! Как захочет – домой вернется. И, пристроившись ровным шагом рядом с Танюшкой, ответил ей в тон:

– Зато тебя нашел!

ГЛАВА VI

Богдан сидел у кромки воды под вечереющим небом. Внимательно изучал свое отражение, представлял лицо брата. Матвей – высокий, стройный, светловолосый, голубоглазый – не походил ни на кого из семьи. Пожалуй, что-то общее можно было бы найти у него с матерью: она тоже была светлая, хоть и темнее, чем старший сын, и гибкая, несмотря на прожитые годы в нелегком труде. Но сходство это было отдаленное и малозаметное. С Артемом же Матвей был настолько не схож, что, не зная об их близком родстве, никак нельзя было бы подумать, что они – отец и сын. Артем был невысоким, коренастым и довольно смуглым с такими темными глазами, что они сразу выделялись на его и без того темном лице. Сам Богдан был весь в отца, лишь мягкость черт досталась ему от матери. Когда они все втроем, мужской частью семьи, появлялись где-либо, то на фоне двух угольков, которых напоминали отец с младшим сыном, старший выглядел высоким светлым стеблем. Никто из них никогда не придавал этому значения, и только сейчас замечание Алены о том, какие они разные, заставило Богдана посмотреть на себя и свою семью со стороны.

Никаких далеко идущих выводов Богдан не делал. Просто сидел и думал, почему сложилось именно так. Почему он сам – вылитый отец, а брат – ничего с ними общего. Вот у Аленки есть младшая сестра, так они хоть и не на одно лицо, а все равно похожи. Вспомнились ему и другие братья-сестры из родного села – все больше или меньше походили друг на друга. И только они с Матвеем выглядели так, как будто происходили из разных семей. Интересно, другие тоже это замечали? Или только Аленка просто так ляпнула и забыла? Да, разумеется, она имела в виду различие их характеров, и Богдан это понимал. Но от внешней несхожести с братом отмахнуться уже не мог.