Шрифт:
К сожалению, полной неправленой стенограммы октябрьского (1964 г.) Пленума не существует: стенографистки по не установленной пока причине не записали начало заседания. Что касается члена Президиума ЦК, открывшего пленум, то им мог быть только Брежнев. В постановлении Президиума ЦК КПСС, датированном 13–14 октября 1964 года, с витиевато-туманным названием «Вопросы, возникшие в Президиуме ЦК, и о мерах по восстановлению ленинских принципов коллективного руководства в деятельности ЦК КПСС» под третьим пунктом прямо указывается: «…Поручить открытие Пленума тов. Брежневу Л. И.». В отредактированных протоколе и стенографическом отчете пленума также значится, что открыл и вел его именно Брежнев. Эти архивные документы подтверждают воспоминания большинства участников пленума о председательстве Брежнева. Можно с уверенностью предположить, что и в зал первым из членов Президиума вошел Брежнев.
Ошибка в воспоминаниях Шелеста об открытии пленума Подгорным могла возникнуть из-за того, что в ходе заседания, как мы увидим позднее, функции председательствующего переходили от Брежнева к Суслову и Подгорному и обратно.
Итак, после того как члены Президиума ЦК вышли к собравшимся на пленум, Хрущев не занял председательского места, а скромно «сел в сторонке», рядом с другими членами Президиума. Заседание пленума открыл пока еще не первый, просто секретарь ЦК Брежнев.
Как свидетельствуют стенограммы многих пленумов, председательствующий, открывая пленум, всегда информировал собравшихся о кворуме и повестке дня. Даже любивший поболтать Хрущев во время открытия пленумов воздерживался от многословных вступлений. Можно предположить, что не отличавшийся красноречием Брежнев сохранил традицию и сообщил участникам октябрьского форума обязательные сведения о количестве присутствующих и причине, по которой они собрались. То, что Леонид Ильич все-таки огласил повестку дня, подтверждает, помимо записей Соломенцева, еще один архивный документ. Это «Стенограмма совещания актива промышленной и сельской парторганизаций Ростовской области по обсуждению решений октябрьского (1964 г.) Пленума ЦК КПСС». Датирована она 16 октября 1964 года. Выступавший на партактиве член ЦК первый секретарь Ростовского сельского обкома Скрябин проинформировал собравшихся о том, что пленум обсудил вопрос «О ненормальном положении, сложившемся в Президиуме ЦК в связи с неправильными действиями Н. С. Хрущева».
Расходясь в деталях, рассказы очевидцев сходятся далее в одном: после открытия пленума с докладом выступил секретарь ЦК по идеологии и международным делам Суслов.
Первая страница неправленой стенограммы октябрьского (1964 г.) Пленума ЦК КПСС
К октябрю 1964 года Суслов накопил обширный опыт выступлений, посвященных «отступникам» от генеральной линии партии. Именно ему было поручено сделать официальные сообщения на пленумах 1957 года, связанных с заговорами внутри партийной верхушки. На первом из них разгромили так называемую антипартийную группу Маленкова, Молотова и Кагановича, на втором – осудили «непартийное поведение» маршала Жукова. Убийственную характеристику Суслову дал в одном из своих интервью Воронов: «Как о ключевой фигуре тех событий сейчас говорят и пишут о Суслове. Он заслуживает, думается, отдельного разговора. Надо понять, почему идеологом партии столько лет был этот человек. Взять его речи на трех партийных съездах: на XIX, где он славословил Сталина, на XX, где превозносил Хрущева, и на XXVI, когда в зените власти был Брежнев. Главное в позиции Суслова – готовность следовать за тем, кто сильнее в данный момент. Вот и тогда, в 1964 г., готовый текст доклада ему вручили перед пленумом» [27] .
27
От оттепели до застоя. Беседа с персональным пенсионером, бывшим членом Политбюро ЦК КПСС // Известия. 1988. 18 ноября.
Стенографистки записали часть выступления Суслова, в которой он охарактеризовал положение в промышленности, проблемы в планировании и международные вопросы. Текст неправленой стенограммы свидетельствует, что выступление это было сумбурным и не имело четкой структуры: Суслов периодически возвращался к сказанному, постоянно приводил все новые примеры «вредоносной деятельности» Хрущева и, как он выражался, «мелкие факты большой политической важности». Заявления Суслова периодически перебивались одобрительными и уточняющими репликами из зала и из президиума пленума. На них Суслов реагировал в типичной для себя манере: «Я сказал вам», «Это обязательно правильно», «Я скажу, если хотите» и т. п.
На трибуне М. А. Суслов
Опираясь на протокол № 9 заседания пленума, стенографический отчет пленума и отдельные фразы из неправленой стенограммы, можно назвать вопросы, затронутые в сообщении докладчика. Суслов, видимо, говорил о «неправильных методах работы т. Хрущева», его ошибках в различных сферах деятельности, прежде всего, в партийном строительстве и сельском хозяйстве. Подробнее эти сюжеты будут рассмотрены в следующей главе, когда речь пойдет о подготовке стенографического отчета пленума и некоторых обстоятельствах антихрущевского заговора. А пока вернемся к пленуму, дальнейший ход которого мы достоверно реконструируем на основе неправленой стенограммы.
По словам Суслова, зафиксированным стенографистками, положение в промышленности, «разумеется, лучше, чем в области сельского хозяйства». Тем не менее, заявил Михаил Андреевич: «…нам не нужно очень хвастаться нашими успехами и в области промышленности, в управлении промышленностью. Сейчас в этой области проводилось также много непродуманных вещей и много накручено, много бестолковщины, безответственности. И в этом деле, в области руководства промышленностью, здесь также придется Президиуму довольно серьезно поработать и также, может быть, после того, как будут внесены предложения на Пленуме ЦК». В доказательство своего тезиса Суслов сослался на ситуацию с разработкой планов народного хозяйства. Довольно сбивчиво он рассказал о том, что ему нанес неожиданный визит начальник Центрального статистического управления СССР В. Н. Старовский. Тот, по словам Суслова, уже после принятия очередного пятилетнего плана предложил принять другой план, чтобы замаскировать невыполнение показателей материального благосостояния трудящихся. Проблема находится в организационном тупике, подытожил Суслов и перешел к международным вопросам.
Начал он с традиционных сентенций о генеральной линии партии: «Мы считаем, что генеральная линия партии правильная в международных вопросах и что в общем и целом Центральный Комитет высоко держит знамя престижа нашей страны и знамя борьбы за мир, которое помогает странам, бывшим отсталым колониальным странам, борющимся за свое освобождение. Это, мы считаем, не подлежит сомнению – борьба за мир, за обеспечение условий мирной жизни для народов и нашей страны, и наших друзей, и всего мира». Затем докладчик выразил озабоченность «некоей поспешностью, которая может привести и к осложнению». Сетуя на раскольническую деятельность китайских коммунистов и рост национализма в социалистических странах, Суслов обвинил Хрущева в неоправданных претензиях к братским странам: румын поучал, как сеять кукурузу, а у поляков отказался закупать самолеты Ан-2. Закончил Суслов «международный сюжет» рассуждением о вредительской деятельности на ниве дипломатии зятя Хрущева редактора газеты «Известия» Алексея Аджубея.
В заключение Суслов проинформировал участников пленума о решении, которое принял Президиум ЦК. «Товарищи, Президиум, все члены Президиума, кандидаты в члены Президиума, секретари ЦК – все мы пришли к выводу, что тов. Хрущев не обеспечивает правильного руководства работой, что он не в состоянии исправить положение и потому необходимо освободить его от поста и Первого секретаря ЦК, и члена Президиума ЦК, и Председателя Совета Министров СССР». Это заявление было встречено, как помечено в стенограмме, бурными, продолжительными аплодисментами.