Шрифт:
Меж тем девушку в латах освободили от сетей, но связали руки за спиной и отняли два здоровенных двуручных молота. Трава на поляне куда-то исчезла, а вместо неё показалась ровная поверхность, на которой был начертан огромный сложный рисунок – печать Единого. Девушку подвели к одному из узлов рисунка и поставили там на колени.
– Избранная, теперь встань в вон тот угол печати. И мы начнём обряд!
– А он не вырвется?
– Пока я жив – нет. Я наложил магию на верёвку, она не даст ему совершить хоть какие-то действия.
– Это хорошо! – Агата кивнула и встала на «своё» место.
Теперь в одном узле печати была девушка в латах, в другом – Агата с луком, а в центр встал давешний церковник в рясе и в митре, с большим талмудом в руках, раскрытом где-то ближе к концу. Вокруг печати выстроились рыцари и церковники в рясах, оперев руки на посохи или мечи в ножнах. Чувствовалась торжественность момента, все замерли в предвкушении того, что победы над врагом оставалось всего-то полшажочка.
– Саомееа нокто даэ. хр-хр-хр… – церковник начал читать заклинание, но вдруг резко прервался – он внимательно скосил глаза на стрелу, выступившую у него изо рта. Захлёбываясь кровью, он выпустил книженцию из рук и упал, заливая рисунок печати. Фигурка со связанными рука начала хохотать, поднимаясь на ноги. А давешний провожатый Агаты вскинулся и завопил, впившись взглядом в рыжего толстяка с луком в руках:
– Неееееет! Ты же избранная! Ты мне была как сестрааа! Ты должна была победить зло, а не примкнуть к нему! Почемуууу?!
– Почему?! – глаза Агаты метали молнии. – Почему? Вы, дебилы, так и не поняли, что это я забрала его внешность, а не он – мою! И это у меня договор со смертью! А вы хотели всё это у меня отнять, уроды!
Монашек потрясённо выпучил глаза и отступил на пару шагов, а Агата взмахнула рукой и взревела:
– Клаппабайн! Сожри этого урода!
Возле толстяка появился круг призыва, из которого появляются питомцы. Только этот был огромный, с половинку полянки размером, и не зелёного или фиолетового, а чёрного цвета. Из него показались костяные лапы размером с человека с полуметровыми когтями, за ними – длинная костяная морда со здоровенными клыками и костяной же гребень. А потом вылезающий ужас рывков вытащил всё своё тело из портала призыва, расправил костные крылья и взревел, прижимая рёвом кусты и деревья к земле.
– Это же… костяной дракон! – кто-то взвизгнул в стороне и все разом побледнели.
Дракон, бросив умилительный взгляд на рыжего толстяка, мгновенно рванулся и укусил монашка-провожатого, проглотив верхнюю половину. Откушенные ноги упали на землю, подёргиваясь и ковыряя землю.
– Варах, а ты что в сторонке сидишь? Не посрами меня перед этим костяным мешком! – девушка в доспехах поднялась, верёвки с её рук спали, а рядом с ней сидел здоровенный хряк с густой чёрной щетиной и сверкающими клыками. Впрочем, сидел он недолго – от слов хозяйки вскочил, махнул хвостом, пронзив насквозь одного из церковников в латах, а потом с утробным «ХРОООООО!» принялся за остальных. Костяной дракон, увидев такого конкурента, с удвоенным ражем стал кромсать противников.
– Не, ну настырные-то какие! – девушка в броне достала откуда-то парочку двуручных мечей и разрубила ими какого-то паладина, с утробным криком «Да славься Единый!» пытавшегося пырнуть её мечом. – Привет, Ютта. Я раз тебя видеть лично.
– Привет. Но тогда уж… меня зовут Агата. – толстяк застенчиво улыбнулся и протянул руку.
– А я – Юра. – девушка в доспехах ответила крепким рукопожатием. – Спасибо, что предупредила об этом.
– Это было и в моих интересах. И вообще… не люблю фанатиков!
– Аналогично!
Тем временем церковники на поляне закончились. Последнего догнал кабан, прижал копытом к земле и мгновенным рывком морды оторвал голову. Костяной дракон ревниво посмотрел на это, фыркнул и стал когтями разрушать печать Единого. Вепрь посмотрел в свою очередь на дракона и стал помогать ему. Его пятак без проблем погружался в твёрдую землю, рыхля и разрушая рисунки. Видимо, поросячьи гены давали ему преимущество.
– А теперь что делать будем? – Агата смотрела на собеседника. Магические огни, до того освещающие поляну, погасли. Теперь здесь снова властвовал только блеск луны. И в нём глаза её собеседника казались горящими серебристым светом.
– Как это – что? Конечно, ударим змею в самое её сердце! Разрушим главный храм в Меркете! Только так мы сможет отделаться от этих фанатиков. Но…
– Но? – Агата заворожено смотрела на девушку в броне, завороженная планами.
– Но нужна кое какая подготовка. И опустошение кошелька. – на этом моменте почему-то голос у блондинки стал грустным-грустным.
Глава 9
Высокий, аристократичный человек стоял у большого окна, глядя сквозь него наружу. По взгляду было видно, что он смотрел не на что-то конкретное или интересное, а просто в задумчивости разглядывал что-то и даже не понимал что. Богато расшитая ряса, инкрустированный драгоценными камнями посох – человек был церковником, и не из последних.
К нему спешным шагом подошел человек в похожей рясе, но чуть-чуть победнее. Остановился рядом, не мешая думать, но потом кашлянул, привлекая внимание.
– А, что? – человек у окна «очнулся» и обернулся к подошедшему. – А, Малкольм, это ты. Судя по всему – не получилось?
– Да, сир, вы правы. – подошедший показал скорбное лицо. – Разведчики вернули – все, кто проводил ритуал, мертвы. А сама печать уничтожена. Следов смерти Жирэльфа не найдено, но установлено однозначно – там буйствовали твари смерти!