Сказки бывают разными. И герои в них тоже. Да и злодеи. И у них своя жизнь, и они порой скучают. А уже если ты бессмертен... Так вот и пришла к Кощею идея сходить на другую сторону. Вот только так ли уж там всё иначе?
Содержит нецензурную брань.
Зло не дремлет, зло не спит.
Зло хозяйство сторожит.
Зло устало, но живо.
Всем своим врагам назло.
Кощей.
– Где?! – доносились визгливые крики из-за стены, – Ну вот где?!
Крики стали громче. Чуть позже он различил звук шагов, а еще чуть позже и шумное дыхание над головой. Но даже не подумал обернуться.
– Сидит! – нога в изящном сапожке, отбивала частую дробь, – Развел тут бардак! Везде паутина! Плесень! Всего-то на дюжину годков отлучилась…
«Уже дюжина? А будто и не уходила…» – он продолжал смотреть на серый мир за окном. Женщина что-то громко требовала, кричала. Впрочем, как всегда. Да и что НОВОГО она могла ему сообщить? Что вообще НОВОГО он мог бы узнать или сделать? На особо пронзительной ноте, он поковырял в ухе и, поморщившись, шепнул Слово. Крики резко прекратились. Он встал и обернулся. Щелкнув пальцами по каменной статуе очень красивой женщины, равнодушно прошел мимо.
« Хотя бы стало тихо… Правда, камень её надолго не удержит, так что надо поторопиться» – ускорив шаги он спустился во двор, а минут пять спустя скрылся в тенистом лесу.
***
Под ногами хлюпало. Размокшая тропа вывела его к болоту. Где, радостно, на него полезли упыри. Но поняв, кто к ним пришел, втянулись обратно в трясину, бурча под нос что-то типа: «Ходют тут всякие. Людёв пугают».
«Людёв пугают?! Всякие?!» – совсем распустились. Он поморщился. Возмущение, краешком коснувшееся его одежды, уже скрылось, – «А впрочем, какая разница? Тем более что люди, хуже тараканов. Сколько он погубил за века? Так что ему ли не знать? Да те же упыри, – тоже люди, правда, бывшие… И русалки… А чего это он вспомнил русалок?»
Уже какое-то время его ухо ловило пение. Свернув налево, там, где болото все еще было озером, он и увидел его источник. Точно, русалки! Мелодия была красивая, плавно переливаясь, летела над водой, заманивая одиноких путников. Заметив его, русалки оживились, зашуршав чешуёй и оправляя волосы. Только в его сторону, всё это напрасный труд.
– Дуры! Чего сиськи выставили?! Это же Кощей! – кто-то из них его разглядел. Послышался дружный плеск и хохот.
«Вот уж и правда дуры!» – то ли от их пения, то ли от слов, но ему стало совсем грустно. А мир погрузился еще на пару тонов в серое, – «Так и сам в гроб прыгнешь. А еще и табличку оставишь, чтобы не беспокоили… Надо к бабке!».
***
Сидевший на поверхе огромный черный кот, неотрывно смотрел за перемещением сухонькой старушки, в довольно ограниченном пространстве. Но, не смотря на множество препятствий, в виде баночек, ступочек и прочей утвари, ни одна даже не звякнула, задетая подолом. Входная дверь, со скрипом отворилась. На пороге застыл черный силуэт, от которого так и несло мраком и болотной тиной. Фыркнув, кот перебрался на печь.
– Заходи, раз пришел, – не оборачиваясь, зашамкала старуха. Гость тяжело опустился на стул, скидывая на пол содержимое видавшего виды стола. Женщина села напротив, предварительно поставив пару стопок и пузатый бутыль, – Грибочков?
– А надо? Я после них увижу чего нового? – он налил в стопочки и махом опрокинул свою.
– Хандришь, – она снова наполнила его стакан, – Тогда может Лешего позвать?
– Ааа, – Кощей махнул рукой, и вторая ушла догонять первую, – Леший. Мавки… Ты мне лучше чего нового посоветуй.
– Нового, нового… Твоя что ли вернулась? – подозрительно сощурилась Баба-Яга. Кощей, молча, из-под бровей кинул взгляд, и налил из бутылки в опустевший стакан, – Хм… Ну, так как обычно, войну какую объяви. Или эти, – бабка нахмурилась, вспоминая, – Ролевые игры!
– Что?! – Кощей так и не донес третий стакан.
– Ну, типа она девица в темнице… Герои повалят косяками? Как в театре цыганском, в лицах. Вдруг весело будет?
– Тьфу! – он сплюнул, – Попытки примирения, мы оставили еще с пару веков назад. И где ты только такого набралась?
– Ну так это, – Яга поковырялась в зубах, – Давеча тут один умник ко мне заходил. Зубы заговаривал. Как зубы болеть перестали, так и того…
– И? – Кощей приподнял одну бровь.
– Что и? – она снова поковырялась в зубах, – Жилистый. Я-то как думала? Ежели работает головой, то все что ниже мягким должно быть! А там одни кости, – Яга осмотрела его сверху вниз, – почти как у тебя.
– Ты с темы-то не сворачивай! – он постучал пальцами по столу.
– Так я обеими ногами в ней, – бабка широко оскалила уцелевшие зубы, – Вот он мне тут и рассказывал про жизнь, про театр, и про то, что главное в жизни – это хорошие связи и правильно выбрать сторону.
– Был бы он умный, к тебе бы и не пришел, – Кощей махнул рукой и снова выпил, – А дурака чего слушать?
– Да ну? А ты чего тогда здесь? – Яга криво усмехнулась, – Это ему просто со связями не повезло… А вообще, я к чему? Сторону тебе надо поменять.