Шрифт:
С этими мыслями я ухожу к себе в комнату после трапезы. Хочу немного побыть в одиночестве. Переосмыслить всё, что произошло за последние три дня, но, видимо, это было невозможно.
– Наоми, давай поговорим? – в комнату заглядывает белобрысая голова Лайлы, я киваю.
Как же скоро она нашла время на разговор…
Почему бы и нет? Мне интересно, что она мне может сказать? Зачем позвала меня в другую страну? Чего хочет от меня? На какие именно вопросы она готова мне дать ответы?
Она садится на край кровати, а я убираю ноутбук с колен в сторону, не поднимая глаз на неё, ставлю его так, чтобы она не смогла заглянуть в него.
– Зачем ты меня пригласила сюда? – выпаливаю я, смотря на ее волосы, лицо, но только не в глаза.
Её карие глаза расширяются в удивление – она явно не ожидала инициативы с моей стороны, но после мягко улыбается, а в уголках её глаз появляются морщинки.
– Чтоб наверстать упущенное.
Это шутка? Она серьёзно думает, что можно что-то вернуть? Она сама все испортила! Изменяла отцу, прикрываясь работой! Как раздражает…
– Я понимаю, что ты, возможно, ненавидишь меня за всё это… недоразумение.
Что!? У меня прямо отваливается челюсть. "Ненавижу"? "Недоразумение"?
Вулкан внутри меня взрывается, выплескивая бурю эмоций и чувств наружу, но в последний момент я усмиряю себя.
– ДА ты издеваешься! – гневно рычу я, вскочив на ноги, – Ненавижу ли я тебя? – уже безразлично, – Нет, вовсе нет, – очевидно фальшивая улыбка, – Мне нет до вас дела. Мне всё равно, что ты бросила папу, ради другого мужчины, который тебя обрюхатил. Двенадцать лет уже прошло, – пожимаю плечами, – Я даже забыла о существовании таких людей, как Лайла и Нейтон Осака. А сейчас их и вовсе нет. Так, что ты от меня сейчас хочешь? – снисходительно-жалкая улыбка адресована ей.
Лайла была спокойна, как удав, но искорки в глазах говорили об обратном. Контролирует эмоции. Она всегда была в этом хороша. Женщина встала напротив, взглянула в глаза, но я их сразу же отвела, и мягким голосом произнесла:
– Хочу, чтоб этот год ты провела здесь с нами, – ее глаза были полны слез, но голос не дрогнул.
Шок отразился у меня на лице. А дар речи и вовсе пропал.
О чём она меня просит?
– Что у вас здесь происходит? – в комнату зашёл Нейтон, но на него никто не обратил внимания.
– Да, я знаю, что звала тебя только на три месяца, но…
– Что за бред, – заламываю бровь так же, как делал Итан, когда хотел меня в чём-то упрекнуть или сказать, что я не права, – Ты серьезно думаешь, что можешь просить меня о чем-то? – я понижаю голос, усмехаясь, – Ты случайно не забыла, ты мне ни…
– Сестра! – зовёт брат, и я замолкаю, обернувшись на него.
Я прекрасно понимаю его взгляд – он остановил меня, чтобы я не совершила ошибку. Возможно, я бы потом сожалела об этом. Нет, мне было бы неловко, но я бы не сожалела. Никогда!
Нет смысла сожалеть о своих действиях, поскольку в момент их свершения, человек хотел этого. Нет смысла сожалеть о своих же собственных желаниях.
Глаза жжёт всего на мгновение, я закусываю губу и оборачиваюсь к Лайле. Она смущенно смотрит в пол – мои слова ее задели – и теперь выглядит как нашкодивший ребёнок.
А какой реакции она ожидала? Что я буду визжать от счастья?
Я устало вздыхаю, прикрыв на секунду глаза.
– Мама, Наоми устала, – встрял Нейтон, – Давайте, вы продолжите в следующий раз и…
– Три месяца, – я поднимаю три пальца, перебив брата, – А потом посмотрим.
– Спасибо, – прошептала женщина.
Кивнув напоследок, она прошла мимо меня, утирая свои бегущие слёзы. Я не оборачивалась до того момента, пока дверь за ней не закрылась. Только теперь я смогла выдохнуть.
– Додуматься же надо было до такого, – шепчу.
Моё внимание привлёк звук входящего сообщения. Сажусь на кровать и подтягиваю к себе ноутбук с открытым чатом.
Хитоми: Мими!
Хитоми: Как ты там?
Хитоми: Как ЛА?
Хитоми: Встретила уже какого-нибудь высокого загорелого парня, падкого на азиаточек?
Акира: Хитоми, сколько можно? Ты не знаешь, что спросить?
Хитоми: А что?
Хитоми: Мне просто интересно.
Хитоми: Почему я не могу спросить у подруги про её личную жизнь?