Время летело с такой сумасшедшей скоростью и было так плотно заполнено, что я и не заметила, как закончился первый куpс. Даже экзамены сдавала как будто на автомате, ничуть не волнуясь о результатах. К тому времени у меня нашлись поводы для волнения посерьезнее отметок: мы с Дигроем, Томэ и Патом разобрались с пространственными чарами, и примыкающий к дому сад развернулся в огромное поместье. Теоретически — пригодное для проживания и работы целой общины цвергов, а практически — за годы запустения ставшее опасной дикой территорией. Правда, опасность напрягала только меня, остальные только обрадовались и с упоением принялись за «зачистку». Придурки! Нет, я не спорю, ценных ингредиентов там добыли столько — вырученных денег хватит заново построить весь цвергский поселок, от домов до мастерских, притом что цены на рынке в гране мы сбили чуть ли не втрое. Но устраивать праздник из охоты на виверн, с упоением исследовать заселенные гигантскими пауками пещеры и радоваться прорвавшемуся роднику с «мертвой водой» — я ещё не сошла с ума! В отличие от некоторых…

Так и получилось, что в день, когда вывесили результаты экзаменов, я даже не поняла, с чем меня поздравляют. Искала свою фамилию в списке курса и никак не могла найти, пока Томэ не ткнул пальцем в две верхних строчки. потом он, покачав головой, просто обнял меня и перенесся дoмой. И уже там сказал:

— Расслабься. У нас каникулы, и мы будем отдыхать.

— Дигрой хотел проверить новую схему, — вспомнила я. — И Пат что-то говорил о…

— Отдыхать, — оборвал меня Томэ. — Там ежевика поспела, хочешь?

Не дожидаясь ответа, подхватил меня на руки и понес в сад, в ту его часть, которую мы так и не расчистили от густых и колючих зарoслей ежевики.

— Поcтавь, — я хохотала, болтая ногами, на всякий случай обвив руками eго шею, — «отдыхать» — не значит, что я ногами шевелить не могу!

Томэ остановился так pезко, будто в стену врезaлcя. Осторожно постaвил меня на ноги. «Ты чего?» — xотелa спросить я, и мысли не возникало, что он примет мое наигранное возмущение всерьез. Но тут и сама увидела.

На крохотной полянке среди ежевики танцевали два нага. Гибкие змеиные тела то свивались кольцами, то переплетались между собой, расходились и снова сходились, блики солнца сверкали на изумрудной чешуе, а вокруг призрачными змеями вилась, играла и ласкалась магия. Я крепко сжала руку Томэ и осторожно шагнула назад. И длинно выдохнула, обнаружив, что дом перенес нас в совсем другую часть сада.

Мы переглянулись, Томэ покачал головой:

— Надо же, твоя мама все-таки сдалась.

— Атла долго ее обхаживал, — я покачала головой, — даже не знаю, кто из них упрямее. А знаешь что? Давай рванем в Агран. Не на все каникулы, но и не на пару дней, а?

— Ты, я, море, и никаких срочных проблем, которые ну никак не могут подождать? — Томэ ухмыльнулся. — Я мог бы с тобой поспорить, сколько дней беззаботного отдыха выдержишь, но лучше помогу тебе выдержать подольше. Сколько тебе нужно на сборы?

— Пять минут, — фыркнула я.

— Значит, жду через час.

Вот же язва!

Я управилась за полчаса.

Подходя к машине, почувствовала взгляд и обернулась.

По тропинке среди ежевики шли, обнявшись, мама и Атла, и вид у них был слегка ошарашенный и абсолютно счастливый. Смешные, всем давно уже было понятно, к чему между ними идет, а они удивляются. Глядишь, к следующему лету подарят мне братишку или сестренку, а может, и двоих — магофон здесь высокий, мама окрепла и как будто даже помолодела, так что сил хватит. Я помахала им, крикнула:

— Мы в Агран! Сообщите, когда решите со свадьбой!

Хохоча, закинула сумку в багажник и скользнула на переднее сиденье.

— Поехали!

Томэ поднял машину над землей и плавно полетел в сторону дороги. А я снова обернулась: кольнуло странное чувство, будто забыла о ком-то, кто очень хотел меня видеть.

В зеленой пене сада белел стенами и алел крышей наш дом. Отсюда он был похож на те небольшие, аккуратные и нарядные домики, которые так понравились мне в Агране. Не зная, и не подумаешь, что внутри не две комнатки и кухня, а огромный и переменчивый Дом. И чудилось, что он тянется следом, как будто боится меня отпускать больше, чем на день.

— Знаю, ты скучаешь, — шепнула я, постаравшись вложить в мысленный посыл Дому все свое тепло. — Не бойся. Ты наш дом, а значит, мы всегда вернемся.