Шрифт:
Он вкрадчиво улыбнулся и заметил:
— Надеюсь, вам полегчало.
Может, и полегчало. Меня, правда, бесила гладкость его до синевы выбритых щек. Я-то тщетно боролся со щетиной при помощи карманной электробритвы.
На шестой день вечером Куо с двумя телохранителями зашел в бар “Лотос” в индокитайском квартале. Было около семи. Воспользовавшись передышкой, я решил размять ноги. Неподалеку я приметил полицейскую машину. Экипаж, конечно же, скромно устроился у стойки бара, в самом конце. Все шло, как обычно, своим чередом: в это время Куо всегда заходил туда выпить, проводил в баре около получаса, потом отправлялся ужинать. Прошло тридцать минут. Без двадцати восемь. В 19.45 я сел в “тойоту” и забеспокоился. В 20.15 встревожился по-настоящему. В 20.30 я вышел из машины, перешел дорогу, заглянул в бар — Куо там не было.
Он исчез.
6. Передышка
Я изучил его привычки, жил параллельной с ним жизнью, знал его, как родного брата. Теперь же, когда он исчез из окуляров моего бинокля, я испытывал странный смутный страх.
До полуночи я искал его по всему городу. Его нигде не было. Ломэн ждал у меня в номере — я позвонил и потребовал встречи немедленно.
Он выслушал меня спокойно:
— Полицейские тоже его упустили, а их там хватает. Задание у вас чрезвычайно сложное.
Сейчас весь лоск с него сошел. Даже мешки под глазами появились. Я спросил его:
— А что делает полиция?
— Хотите верьте, хотите нет — почти ничего. Куо для них сейчас мелкая сошка. Они тут во время арестов раскрыли целую подрывную группу, подчинявшуюся приказам Пекина. Считается, что она представляла основную опасность. Есть сведения, что один из членов этой группы недавно согласился работать на полицию и послал в Лондон то самое письмо. Сейчас таиландцы разрабатывают эту версию вместе с нашими людьми из службы безопасности — в конце концов, письмо ведь у них.
Я понял, почему он об этом упомянул. Из службы безопасности здесь слишком много — человек пять-шесть; по этому поводу возникли трения с министерством внутренних дел Таиланда. Это письмо — единственный козырь службы безопасности.
— Кондиционер у вас не работает? — спросил Ломэн. Он изрядно порозовел и весь лоснился от пота.
— Я попросил, чтобы отключили. Весь день мотаешься по жаре, потом приходишь в холод — так и с воспалением легких недолго свалиться.
Наверно, я был похож на старика, сетующего на свои недуги.
— Что они собираются делать с Куо? Ничего?
— Обычный розыск.
— Так им его не найти.
— А как им его найти?
— Не мешать мне. И ему тоже. Не знаю, засекли меня люди Куо или нет. Эти шесть дней я работал чисто, но мог засветиться, когда разыскивал его по всему городу — бар “Лотос” и так далее. Если его люди меня не засекли, то не все потеряно. Я теперь знаю их наперечет: два телохранителя и четверо подручных. Куо работает, как матадор с куадрильей. Я узнаю любого из них, а Куо и подавно. Если полиция не будет мешать, они рано или поздно покажутся. Это просто вопрос времени.
— У нас осталось тринадцать дней.
Ломэн стоял передо мной потный, как свинья.
— Послушайте, Ломэн, на меня это задание свалилось как снег на голову, и все-таки я согласился его выполнять. И выполню, что бы ни случилось. Все мне понятно: Куо исчез и может спокойно готовиться. Представителю угрожает смерть; не думайте, что мне это безразлично.
Я слишком устал, чтобы выбирать слова, но по моему тону он, должно быть, все понял и удрученно вздохнул:
— Квиллер, я абсолютно уверен, что вы понимаете чрезвычайную важность сложившейся ситуации.
Впервые мне стало жаль этого придурка. Даже “бабочка” сидела на нем криво. Он уже был не рад, что втянул в это дело Управление, что выбрал меня в качестве оперативника — только слишком поздно он спохватился. Теперь уж ничего не изменишь.
Я отвернулся, посмотрел в открытое окно. Во всем отеле только в моем номере окна открыты. Воздух, как вата. Улица внизу течет золотым потоком: машины идут одна за другой, напротив в парке сияют разноцветные огни, под ними в тени деревьев танцуют пары. Гремит в открытых ресторанах оглушительная поп-музыка. И никто не хочет спать.
— Как там дела в комнате № 6? — спросил я.
— Они сейчас очень заняты.
Он твердил свои неубедительные фразы, как телетайп, который тупо отстукивает новости о приближающемся биржевом крахе.
— Даже посол, когда свободен, к ним заглядывает. Идет обмен телеграммами с Лондоном, но это касается вопросов безопасности в…
— Министерство иностранных дел Великобритании в курсе того, чем мы занимаемся?
— Точно не знаю. Мое дело — по своим каналам связаться с Центром, а уж они решают, информировать министре или нет. Вчера состоялась первая конфиденциальная пресс-конференция.