Шрифт:
— Значит, вот так просто? — Марк отставил кружку, не сделав ни глотка. — Без вранья, без игры словами, без недомолвок? Сразу признание?
— Вот так просто, — кивнул я.
Разведчик прищурился. Он положил обе руки на стол — видимо, чтобы не нервировать меня — и замолчал. Шестерёнки в его голове сейчас крутились с бешеной скоростью, пытаясь просчитать дальнейшие шаги. Мой выпад, похоже, порушил все его планы.
— Я удивлён, — признал он наконец через пару секунд. — Очень удивлён.
На то и был расчёт. Марк готовился к нападению, но забыл об обороне, поэтому столь внезапное признание ошарашило его. Это хорошо: с растерянным человеком куда проще вести сложный разговор.
Я молчал, повернув голову немного в сторону, чтобы не смотреть на разведчика напрямую. Подобная поза создавала обманчивое впечатление расслабленной невнимательности, что, с одной стороны, должно было вызвать у собеседника иллюзию безопасности, а с другой — могло спровоцировать его на активные действия. На самом же деле так гораздо проще среагировать на быстрое движение — периферическое зрение лучше приспособлено для этого, чем центральное.
— Почему? — спросил разведчик, не дождавшись от меня никакой реакции.
— Почему убил или почему сознался?
— И то и другое.
— Убил — потому что не оставалось другого выхода, а сознался — потому что не вижу смысла лгать. Ты ведь и так уже всё знал и просто хотел получить подтверждение, разве нет?
Марк кивнул, пристально глядя на меня.
— Ну, вот видишь? — хмыкнул я. — Зачем тратить время впустую, если можно сразу перейти к делу?
— К делу, говоришь? Давай перейдём к делу... После боя с разбойниками на дороге ты сказал, что не станешь вредить моим товарищам, но прошло всего несколько дней, и ты прикончил двоих.
— Да. И убью ещё, если понадобится.
— Вот как? — Марк прищурился.
— Именно так, — я посмотрел разведчику в глаза. — А чего ты ожидал? Извинений? Или обещаний больше так не делать? Или ты думаешь, что я убил их просто потому, что мне стало скучно и захотелось немного развлечься? Они сами полезли туда, куда лезть не стоило, и заплатили за это.
Марк сжал кулаки. Во взгляде читалась едва сдерживаемая ярость. Именного этого я и добивался.
— Хочешь сказать, Красный и Спица сами виноваты? — разведчик буквально выплёвывал слова одно за другим.
— Нет, — я покачал головой. — Хочу сказать, что если мне снова придётся выбирать между своей жизнью и жизнью твоих бывших сослуживцев, то терзаться сомнениями я не стану...
— И кто следующий? Гийом? Или Коста? Или, может быть, я?
— Все трое. Если вы, конечно, вдруг захотите меня убить.
Агрессивная откровенность — вот как можно было назвать мою позицию в этом разговоре. Я специально обострял ситуацию, специально «прогонял» разведчика по эмоциям, специально доводил его до предела.
Марк нужен мне. Без него собрать и подготовить отряд будет куда сложнее. А раз так, то вопрос с погибшими ветеранами лучше решить сразу, чтобы не оставлять за спиной человека, который в любую секунду может напасть, желая свести личные счёты. Если конфликта не избежать, то пусть он разрешится здесь и сейчас.
— Давай начистоту, — продолжил я. — Уверен, боевое братство много для тебя значит, но не нужно делать вид, что Красный и Спица были твоими лучшими друзьями — будь так, ты бы уже пытался воткнуть нож мне в печень, а не сидел бы напротив, обнявшись с кружкой пива...
— Если ты... — Марк попробовал перебить меня, но не тут-то было. Я поднял ладонь, показывая, что не остановлюсь, пока не выскажу всё, что хотел:
— Давай-ка я закончу, хорошо? Мне жаль, что Красный и Спица погибли, но их уже не вернуть. Однако, если ты вдруг забыл, очень недалеко от вашего лагеря находится огромная банда, в которой есть дикие маги — как думаешь, сколько твоих товарищей умрёт, если они нападут? Половина или сразу все?
Разумеется, я не стал ждать, пока Марк ответит. Цель этих вопросов состояла в том, чтобы вызвать страх и перевести внимание разведчика в нужное мне направление.
— Тебе придётся сделать выбор, — продолжил я. — Что для тебя значит больше: возможность отомстить за смерть одних товарищей или шанс предотвратить гибель других.
— О чём ты? — с лёгкой растерянностью в голосе спросил Марк.
— О том, что пока ты прохлаждался в городе, — небольшое давление на чувство вины тоже не станет лишним, — мне удалось добиться от графа вил Кьера разрешение на сбор отряда для борьбы с Вороном и его бандой. У меня есть деньги и оружие, но без тебя мне не справиться, потому что ты лучший боец из тех, кого я знаю...