Шрифт:
Дэйм слабо представлял, что она имела в виду. Его пальцы застыли в паре сантиметров от ее лица, но маг никак не мог решиться завершить начатое. А что, если когда касаются его — проклятие не работает? И убивает лишь тех, до кого дотрагивается он сам? Уже много лет некромант не снимал перчатки и не позволял никому приближаться на расстояние, которое он признал опасным. Маг уже начал забывать, каково это — держать кого-то в своих объятиях, касаться губами и…
Повернув голову, Эльза прижалась случайно щекой к растопыренным пальцам. Невесомое, мимолетное касание, которое можно было бы принять за иллюзию. Серебристые глаза удивленно распахнулись, ресницы дрогнули, а щеки залил такой густой румянец, что Дэйм испугался и поспешно отдернул руку.
— Что ты делаешь? — девушка сделала несколько шагов назад, но, как выяснилось, она просто направилась за инструментами, что все это время кипятились в металлическом лотке.
— Прости, — не узнав собственный голос, выдохнул некромант. Поверить в то, что произошло, было сложно. Возможно ли, что проклятие развеялось? Или оно просто не действует на ведьм? Злость вспыхнула в маге с новой силой. Проклятая девчонка. Все это время он не жил, а существовал, и все благодаря ее одаренным родственницам. Она заслужила страдания, а не удобные апартаменты и вкусную еду. Ее бы запереть в камере и пытать, пока не снимет с него действие чар, но разумом Дэйм уже понимал, что это не сработает. Нельзя снять то, о чем не знаешь. А Эльза росла в ином мире и никогда не обучалась магии. И вовсе не ее вина…
Некромант прикрыл глаза, прогоняя подобные мысли. Нельзя жалеть девчонку. Как только все будет кончено, она жестоко поплатится за все, что с ним сотворили, и не важно, что она на тот момент вряд ли даже родилась на свет. Но почему-то когда перед глазами мага промелькнула картина, как серебристые глаза наполняются болью и закрываются навеки, его сердце кольнуло острой болью.
Кажется, Эльза не услышала его извинения. Или не придала ему значения. Она продолжала возиться с инструментами, низко опустив голову, так, что волосы почти полностью скрыли ее лицо.
— А вот сейчас будет сложно без анестезии, — девушка подошла к нему, держа в руках иглу. Ее нижняя губа была закушена, и Дэйм, кажется, даже не придал значения словам, засмотревшись на чуть розовеющие скулы. Эльза совсем, ни единой своей чертой не была похожа на ведьму. Даже на ту, которую ему пришлось соблазнить ради достижения собственных целей. Горные ведьмы в первую очередь все равно оставались злобными расчетливыми тварями, мстительными, жестокими и коварными. В его же пленнице ничего этого не было, иначе стала бы она помогать тому, кто изначально плохо с ней обращался?
— Ваши иглы немного отличаются от наших, — продолжала девушка, не замечая его взгляд. — И иглодержателя нет, придется руками, еще и без перчаток. Надеюсь, антисептик у тебя достаточно сильный, но неплохо, конечно, потом еще антибиотик добавить. В вашем мире есть? И анестезия опять же…
— Потом у лекаря возьмем целебную мазь, — некромант, наконец, вынырнул из собственных размышлений. — Она немагическая, на основе экстрактов трав. Должна на меня подействовать. А обезболивать не надо, потому что мне не больно.
Глаза Эльзы удивленно распахнулись. Затем, глубоко вздохнув, она обернулась, будто снова что-то искала. Положила иглу в лоток, в котором до этого кипятила и озадаченно нахмурилась.
— Мне нужно чем-то подвязать волосы, иначе они будут мешаться. В идеале, конечно, шапочку, но вряд ли у вас здесь есть такие.
Дэйм молча стянул с собственных волос шнурок и протянул девушке. Его черные пряди рассыпались по плечам, непривычно щекоча спину, так как некромант привык ходить либо с косой, либо с хвостом. В его экспериментах распущенные волосы тоже довольно часто бывали помехой.
Смутившись, девушка приняла шнурок и ловко убрала мешающие ей локоны в низкий хвост. Ее лицо без обрамления белоснежных прядей как будто стало еще бледнее и выразительнее, а серебристые глаза — темнее.
— Спасибо, — улыбнулась она и снова пошла мыть руки. С мылом, до самого локтя. Вернувшись, девушка снова взялась за иглу и добавила к ней тонкую шелковую нить.
— Мне, если честно, было бы спокойнее, если бы я сделала тебе укол. Скажи, в вашем мире есть карпульные шприцы? Новокаин? Лидокаин?
Дэйм отрицательно качнул головой, не понимая, о чем речь. Эльза снова глубоко вздохнула.
— Тогда, если что, разрешаю тебе кричать, — она заглянула в изумрудные, слегка удивленные глаза некроманта. Мужчина был бледен, и складывалось ощущение, что он едва удерживал себя в сидячем положении, готовый вот-вот отключиться. Возможно, в его случае так даже было бы лучше. Но разрез был небольшим, достаточно было наложить несколько одиночных швов, чтобы стянуть края раны. К сожалению, место было такое, что любое движение рукой могло привести к расхождению шва, и Эльза решила, что конечность тоже придется зафиксировать. Пусть лучше недельку походит с бандажом.