Шрифт:
– Садись с ним, - кивает мне Артур. – Я с водителем.
– Давай ты, - усмехаюсь я. – С ним. Вы уже вон потрогали друг друга.
– А вам с ним привыкнуть надо друг к другу. Так что, вперед!
Людвиг дергается на слове «вперед».
– Да сука! Стоять! Короче, садимся. Все.
В принципе, Людвиг ведет себя вполне прилично. Дергается иногда, но сидит спокойно.
Я достаю телефон, чтобы набрать Сашу. Может, хоть предупредить ее? Но она не берет трубку. Ведь наверняка видит, что я звоню. Телефон не отключен. Но не берет. Опять злюсь.
Поворачиваюсь к Людвигу. Да сука! Эта тварь жрет мой букет! Смачно так жрет!
– Фу!
– кричу я и хватаюсь за стебли. Тяну их.
– Ну что вы там не поделили? – Артур оборачивается и ржет.
– Тварь! – возмущаюсь я. – Он, сука, букет сожрал! Ну что это? – показываю какой-то огрызок. Все цветы в пасти Людвига.
– Зато с конем. А так-то принцы без цветов обычно прискакивали. На коне и все.
– Да ну, блять, - машу рукой в расстройстве. Поворачиваюсь к окну. Мы как раз проезжаем вдоль красивого парка.
– Стой! – кричу я водителю.
– Ты чего? – пугается Артур. – Передумал?
– Да погоди ты!
Машина резко тормозит и я выскакиваю из нее и бегу к кустам сирени. Начинаю рвать их, пока не слышу грозный голос откуда-то из глубины парка:
– Ты что же делаешь, паршивец! Вот я тебе!
Оборачиваюсь – сторож, что ли?
Срываю еще одну ветку и бегу к машине. Не успеваю закрыть дверь, как водитель резко газует.
– Ну реально принц, - смеется Артур. – Такие подвиги совершил. Блин, если Саша не оценит, будет дурой!
Наконец, мы подъезжаем к моему дому. Вытащить Людвига, оказывается, гораздо легче, чем засунуть. Он сам чуть ли не выскакивает из машины. Мы с Артуром предусмотрительно отходим и закрываем руками ширинки.
Людвиг трясет гривой, фыркает.
– Так. Ну все, - говорит Артур*. – Давай. О! Подожди!
Бежит к машине и достает из багажника гитару. Недолго настраивает и начинает что-то играть. Сначала тихо. Потом уже громче.
– Все, теперь точно все, - подмигивает мне. – Давай, кричи там Сашу свою. Пусть встречает принца!
* - Артур - главный герой моей книги "ПРИВЫКАЙ, Я ТАК РЕШИЛ".
62. Огонек
Я была очень зла на Влада. Очень. Наверное, так сильно я на него еще не злилась.
Ему не нужен ребенок.
Я наивная дурочка, раз думала, что может быть иначе. Он привык жить так. Привык получать все, что захотел. И ребенок явно не вписывается в эту его жизнь.
Но я не собираюсь избавляться от малыша. Он мой. Я уже его люблю.
Если Влад думает, что я буду делать, как он хочет, то сильно ошибается!
Но и сбегать я больше не буду. Раз я почти мать, то буду вести себя как взрослая. Вот.
Дождусь Влада, все с ним решу и домой. Вздыхаю. С ребенком я тут точно не смогу остаться.
Что скажут мама с папой? Блин. Об этом лучше не думать.
Вот с таким настроением я сижу и жду Влада. А его все нет. Ему просто плевать на меня! он, наверное, и забыла уже обо мне!
Меня клонит в сон. Все-таки, я толком и не спала. Думала, в поезде поспать, а тут…
Ложусь на диван. Только чуть-чуть прилягу, я не буду спать. Не буду…
Но глаза неумолимо закрываются. Ну, я чуть-чуть… И так хорошо становится. Мысли мои о малыше. Кто у меня будет, интересно? А как назвать?
– Саша! – голос откуда-то словно подсказывает.
Ну нет. Я не люблю повторяющиеся имена. Назову его по-другому.
Но голос настаивает и уже громче звучит в моей голове:
– Саша!
Недовольно ворочаюсь. И слышу уже два голоса:
– Саша!
Испуганно открываю глаза. Звуки гитары.
Что? Что за сон, блин?
Встаю. Музыка звучит с улицы. Иду к окну. И чуть не падаю на пол.
Приснится же такое. В моем сне, где я выбираю имя своему малышу, теперь еще его непутевый отец, его приятель и… лошадь? Наклоняюсь, чтобы вглядеться. Ну точно! Лошадь. Только маленькая. Так. Маленькая лошадь – это пони. Сон сном, а соображаю я нормально.
Какой прикольный сон.
– Саша! – кричит снизу Влад и поднимает вверх букет из сирени. – Саша! Прости меня!
Хм. Во сне он не такой говнюк.
– Я люблю тебя! Саша! – продолжает кричать Влад.
В этот момент звуки гитары становятся громче. Вижу, как старается Артур. Невольно улыбаюсь, глядя на пони, жующего траву с газона. Потом смотрю на Влада. Он тоже улыбается. Не сводит с меня взгляда.