Шрифт:
Вдруг один из пассажиров в дальнем конце салона вскочил на ноги и издал дикий вопль. Он изогнулся, ловя ртом воздух, схватился за живот, потом за грудь... И рухнул на деревянный столик, где стопками лежали журналы и книжки с расписаниями авиарейсов, судорожно извиваясь, глаза у него были широко раскрыты, вены на шее набухли. Он дернулся вперед и распростерся на полу.
Это был третий — тот, что присоединился к двум пьяным, разговаривавшим у стойки бара со стюардессой.
Началась паника. Стюардесса метнулась к упавшему пассажиру, внимательно его осмотрела и стала действовать согласно инструкции. Она попросила всех пассажиров оставаться на своих местах, подложила подушку под голову пострадавшего и, вернувшись к стойке, вызвала по селектору подмогу. Тотчас по винтовой лесенке снизу поднялся стюард, вслед за ним появился командир корабля в форме авиакомпании «Бритиш эруэйз». Склонившись над бездыханным телом, они стали совещаться со стюардессой. Стюард быстро прошел к лесенке, спустился вниз и через несколько минут вернулся с папкой. Это был, очевидно, список пассажиров.
Командир обратился ко всем находящимся в салоне:
— Прошу вас занять свои места внизу. На борту находится врач. Сейчас его вызовут. Спасибо.
Когда Холкрофт спускался вниз, мимо него прошмыгнула стюардесса с одеялом. Он слышал, как командир корабля отдает приказ через переговорное устройство:
— Свяжитесь с аэропортом Кеннеди и вызовите «скорую». Пассажир Торнтон. Сердечный приступ, по-моему.
Врач склонился над неподвижным телом, лежащим на диване. Потом он попросил принести фонарик. Второй пилот бросился в кабину и вернулся с фонариком. Врач раскрыл веки Торнтона, потом обернулся к командиру и пригласил его отойти в сторону. Он хотел сообщить нечто важное. Командир склонился ближе, и врач зашептал ему на ухо:
— Этот человек мертв. Трудно сказать, отчего наступила смерть, — необходимо сделать анализ крови и вскрытие, но едва ли у него был сердечный приступ. Мне кажется, его отравили. Видимо, стрихнином.
Инспектор таможенной службы сразу затих. За его столом сидел детектив из отдела убийств авиатранспортной полиции Нью-Йорка. Перед ним лежал список пассажиров рейса «Бритиш эруэйз». Инспектор неподвижно застыл в неловкой позе сбоку от стола с тревожным выражением на лице. У стены сидели командир «боинга» и стюардесса из салона первого класса. Детектив недоверчиво смотрел на таможенного инспектора.
— Так вы уверяете, что двое пассажиров сошли с этого самолета, проникли через закрытый для посторонних коридор в охраняемый сектор таможенного контроля и исчезли?
— Я не могу этого объяснить, — сказал инспектор, горестно качая головой. — Такого раньше не случалось. Детектив обратился к стюардессе:
— Вы уверены, мисс, что они были пьяны?
— Теперь сомневаюсь, — ответила девушка. — Теперь я уже так не думаю. Выпили они порядочно. Это я могу точно сказать — ведь я их обслуживала. Но вели они себя спокойно.
— Они могли выливать спиртное куда-нибудь? Я имею в виду, могли ли они его не пить?
— Выливать — но куда? — спросила стюардесса.
— Ну, не знаю. В пустые пепельницы, под подушки кресел. Чем у вас там застелен пол?
— Ковром, — ответил пилот.
Детектив обратился к стоявшему в дверях полицейскому:
— Свяжитесь по переговорнику с судмедэкспертом и попросите его обследовать ковер, подушки кресел и пепельницы. Пусть проверят все изнаночные части. Если там обнаружат влагу, пусть доложат.
— Слушаю, сэр! — И полицейский закрыл за собой дверь.
— Разумеется, — начал командир «боинга», — разные люди способны выпить разное количество спиртного.
— Но не такое же, о котором говорит юная леди! — возразил детектив.
— Господи, но почему это так важно? — воскликнул командир. — Конечно, это именно те, кого вы ищете. Они, как вы выразились, исчезли. Следовательно, все было заранее спланировано.
— Тут все важно, — заметил детектив. — Мы можем сравнить случившееся с аналогичными преступлениями, совершенными ранее. Нам важно все. Ох уж эти безумцы. Богатые безумцы, которые бродят по всему миру в поисках острых ощущений и получают удовольствие, будучи навеселе, не важно от чего — от алкоголя или наркотиков. Насколько мы понимаем, те двое даже не были знакомы с Торнтоном. Ваша стюардесса показала, что они познакомились в салоне. Почему же они его убили? И если это так, то почему так зверски? Это и впрямь был стрихнин, командир, и поверьте мне, это жестокое убийство.
Зазвонил телефон. Таможенный инспектор снял трубку и, выслушав, передал ее детективу авиатранспортной полиции.
— Это из государственного департамента. Вас.
— Госдеп? Говорит лейтенант Майлз, нью-йоркская авиатранспортная полиция. У вас есть информация, которую я запрашивал?
— Есть, но вам она не понравится...
— Погодите. — Майлз опустил трубку, потому что дверь распахнулась и вошел полицейский, уходивший связываться с судебно-медицинским экспертом. — Что у вас? — спросил его Майлз.
— Все подушки и ковер с изнанки влажные.
— Так они были трезвы как стекло! — сказал детектив, отчеканивая каждое слово. Он вернулся к прерванному телефонному разговору: — Госдеп! Продолжайте. Что же мне не понравится?
— Паспорта, о которых вы спрашивали, были аннулированы четыре года назад. Паспорта принадлежали двум жителям Флинта, штат Мичиган. Они жили по соседству. И работали в одной компании в Детройте. В июне 1973 года оба отправились в служебную командировку в Европу и не вернулись.