Я окинул взглядом окружение, увидел возможность и, зацепившись пальцами рук за выступающие неровности, полез вверх по стене универмага. Пляшущие тени и ночь надежно укрывали меня от взора противника. По крайней мере, я так думал, пока в спину не прилетела очередь. Сработавшая защита остановила пули, но я понял, что это лезть дальше мне точно не дадут и делать это под огнем, явно бесперспективная идея.

Поток противника из портала не иссякал, и новые появляющиеся бойцы рванули во все стороны, беря под контроль всю площадь и выдавливая с прилегающих улиц разрозненные очаги сопротивления.

Я упал на ноги, спрыгнув с высоты второго этажа, перекатился и, достав из инвентаря автомат, отправил короткую очередь в сторону бегущего ко мне отряда. Две фигуры, получившие свои порции свинца, повалились на брусчатку, а три оставшиеся, вскинув оружие, открыли ответный огонь.

Слишком маленькое расстояние до центра вторжения не позволяло нормально вести бой, и рефлекторно прикрыв голову рукой, я прыгнул в окно, расположенное как раз на уровне земли. Уже выбитое взрывами стекло ровным слоем покрывало полуподвальный этаж универмага и я, ощущая его хруст под ногами, развернулся, прицелился и выстрелил в подбегающего врага. Затем перевел ствол автомата чуть в сторону и выпустил остаток магазина. Если четвертая фигура, получив попадания, послушно упала, то последняя наоборот, только ускорилась, живым снарядом влетая в помещение. Не успевая перезарядиться, я выхватил из инвентаря пистолет и всадил все патроны в металлически поблескивающую голову. Пули не оказали видимого эффекта и, судя по песочной форме, в которую был надет нападавший, американский военный встал, довольно осклабился и картинно размяв шею, ринулся в ближний бой.

Такое ощущение, что он весил целую тонну. Мои удары он игнорировал, а от попыток захвата, легко освобождался. Я отпрыгнул чуть назад, разрывая дистанцию, вытянул вперед руку и возникшее в воздухе облако каменной картечи отшвырнуло его к противоположной стене. Правда это не дало никакого эффекта, он действительно был совершенно не пробиваем. Навык, которым я убивал разных монстров, безобидно разбился на мелкую каменную крошку о его металлическое тело и он уже вновь вставал, оттряхивая продырявленную форму.

Мелькнула мысль о том, что его можно расплавить струей огня, но подумав, я отбросил эту мысль. Начнется пожар и это добавит только больше проблем, к тем, что сейчас творятся снаружи. Осушение тоже не факт, что сработает, как я понял, его тело стало полностью металлическим. Если бы только кожа обрела твердость стали, то полученный практически вплотную залп должен был превратить все его внутренние органы в кашу, но вот он, стоит и приглашающе машет ладонью. Разбежавшись, я прыгнул и в прыжке нанес удар двумя ногами в грудь, снова сбивая его на пол, взял в захват и, приложив ладонь к голове, активировал навык ледяной сферы. Долгие, томительные две секунды и наконец, противник переставая вырываться, затихает. Охлаждение до отрицательной температуры успешно сработало на его металлической голове, превратив содержимое, из чего бы оно не состояло, в лед.

Я отпустил тело, и она с громким стуком упал на керамогранитный пол, расколов ударом плитку.

— Что-то я становлюсь стар для всего этого… — Произнес я устало, и выглянул в окно.

Канонада выстрелов и не думала утихать, а из портала в центре площади все так же, неостановимым потоком шла техника. На моих глазах, с пронесшегося мимо истребителя в него устремился целый поток ракет, причем большая часть пролетела насквозь, попав в многострадальные развалины Мавзолея, а одна влетела внутрь, и поступление техники ненадолго прекратилось. Восприняв это как шанс, я вновь выскочил на улицу и полез на крышу. Ловкие движения, в процессе которых я, пальцами цепляясь за выступы, забрался наверх и быстро осмотревшись, спрятался за каменной трубой. Затем из инвентаря достал снайперскую винтовку, скопированную мною в портале с черными ползунами и в прицел, оглядел поле боя.

Очаги сопротивления внутри территории Кремля, с которыми велась перестрелка, пылающая Красная площадь, забитая вражеской техникой и вновь восстановившийся поток вражеской техники. Я навел прицел на появившийся из воздуха танк и заметил кое-что интересное. В тот момент, когда техника частью еще находилась на той стороне, был виден разрушенный закопченный ангар с солнечным днем, и вереница техники, которая тянулась к нам. Как только она пересекала границу, поверхность портала становилась похожа на решето и в обратную сторону уже ничего не попадало. Пули, снаряды, ракеты, все пролетало насквозь.

Я прильнул к окуляру прицела и затаив дыхание в короткие моменты проявления обратной стороны начал высматривать все подозрительное. Стоящую в отдалении женщину я заметил не сразу. Вооруженные люди с военной техникой оттягивали на себя все внимание, но начавшаяся суета подтвердила мои мысли. После случайно прорвавшейся ракеты, которая унеслась вдаль и взорвала грузовик за пределами ангара, военные начали предпринимать действия для защиты. Тащили разборные щиты, мешки с песком и начали устанавливать все это вокруг так и стоящей женщины.

Внутренне сомневаясь в своих доводах, я медлил. Несмотря на то, что я уже убивал людей, и буквально пять минут назад отправил на тот свет еще пятерку противников, с женщинами мне еще не приходилось сталкиваться в бою. И внушаемые с детства мысли о том, что девушек нельзя обижать, причудливо накладывались друг на друга, мешая теперь выстрелить. А вдруг она просто так стоит, как наблюдатель и единственная женщина и именно поэтому ее так стремятся защитить? Хотя это конечно вряд ли. Судя по военной технике, это были американцы, а у них в вооруженных силах нет недостатка в девушках, в том числе и на командных должностях. Как десять лет назад назначили на должность главнокомандующего военно-морских сил женщину, так с тех пор только они и занимали это место. Ничего не могу сказать про их компетентность, но просто вспомнился такой забавный факт.