Шрифт:
Терпеть. Терпеть! Не показывать, как сильно я огорчена. Не хочу, чтобы хоть кто-то видел, какая преисподняя сейчас разверзается у меня в груди. Тем более на меня сразу уставилось три виноватые пары глаз. Марко, Ласло и Вивиан. Да чтоб вас! Всё нормально! Нормально, я сказала! Сейчас мы доедем до станции, Виктория помашет нам ручкой и уедет обратно в академию. Винсент наверно попросил её об услуге: отогнать машину обратно, вот и всё. Потому что они друзья. Только друзья! Один случайный поцелуй между ними ещё ничего не значит.
– Садись рядом со мной, – Лас отбил какую-то совершенно безумную дробь палочками по соседнему кожаному сидению.
А чего бы и нет? И я сяду. Если Винни решил подразнить меня, так я тоже умею. Я ещё и пофлиртовать с его барабанщиком могу.
Не смогла. Да и не хотелось как-то. Я даже чуть ближе к окну отползла от Ласло, что вызывало снисходительную улыбку у Вивиан. Эх, Великие Музы, я для всех тут кроме себя тут открытая книга.
– Шикарные ботинки, – Марко отставил большой палец, но в глазах его плясали такие смешливые черти, что я с трудом не запустила ему в лицо чем-то тяжёлым. Но под рукой была только мамина скрипка. А её жалко.
– Спасибо. Это Вивиан выбирала, – ответила ему кривой усмешкой. Давай-давай, Марко, посмейся над вкусом своей возлюбленной.
– Узнаю руку мастера, а в следующий раз со мной сходишь, Ви?
Поздно. Вивиан уже успела обидеться на издёвки своего сокомандника, и обстановка в салоне стала ещё более напряженной.
– Тебя, Марко, не спасут никакие шмотки, – процедила она и уставилась в окно.
Браво, Нана. Ты развалишь группу Винсента изнутри. Они так долго воевали с тобой, а нужно-то было просто пригласить тебя в команду.
И только парочке в кабине было весело. Они смеялись, шутили и оживлённо обсуждали предстоящий концерт. Жаль, я не могла разобрать слов, но уверена, Виктория обещала ему болеть и поддерживать Парамнезию. Я же чувствовала, что медленно, но верно превращаюсь в мерзкую завистливую змеюку. Какая ирония: боялась змей, и сама стала одной из них.
Сохранить лицо у меня всё же получилось до конца поездки. Даже когда Винсент достал из салона чемодан на колёсиках, явно не принадлежащий никому из нас, и покатил его к станции, не взглянув на меня, я всё ещё искала этому логическое объяснение.
– Лена, давай я помогу, – предложила Виви, и я пересохшими от волнения губами спросила:
– Почему она? Она тоже едет?
– Тут такое…
Ну вот и всё. Я даже сглотнула. Ничего хорошего не начинается с этой фразы, а теперь я ещё отлично научилась накручивать. Моё воображение уже успело додумать, что Винсент решил бросить свою поломанную первую любовь и начать отношения с кем-то, кто не лишится рассудка от единственного поцелуя или воспоминания из прошлого. Логично. Я даже приму его выбор. Приму, пойму. Но… Но почему же так отвратительно щиплет глаза, а скрипка становится просто неподъёмной. Как теперь играть, как участвовать в этом чёртовом конкурсе. Как теперь элементарно дышать?
– Мы так и не поняли, как Амадей принял это решение, но теперь трио нашей академии превратилось в квартет. В любом случае мы все учимся вместе так что поможем девчонкам, поддержим и будем за них болеть. Что думаешь, Лена?
Не поняла. Погодите…
– В каком смысле квартет? – за своими упадническими мыслями я пропустила какую-то важную информацию, которую пыталась донести до меня Вивиан.
– Виктория теперь тоже участвует с нами в одном конкурсе. Нашим Сиренам не хватало оригинальной песни, в их репертуаре были только перепевки, а у Виктории оказался туз в рукаве.
– Что за туз? – спросила я, чувствуя себя всё хуже.
– Винсент ей подарил одну из своих песен. Он разрешил Виктории ее использовать для конкурса безвозмездно, всё-таки мы из одной академии. Круто, да?
– Круто.
У меня в желудке всё мучительно свернулось. Винсент подарил песню Виктории! Только наличие посвящённых мне песен и отличало меня от нее, но теперь границы не просто размыло, меня отбросило невыносимо далеко от Винни. И единственный мостик, который можно навести через эту новую пропасть – это мои утерянные воспоминания, но они убьют меня. И как же быть? Как мне победить обстоятельства и соперницу?
Сумки мои казались в разы неподъёмнее, волочила их до вокзала сама, отказавшись от любой помощи. Я все ещё ждала, что Винсент обернется, подбежит ко мне и поможет. Но он был занят только Викторией. Расстался он с ней лишь на короткий миг, когда покупал на всех билеты в кассе.
Он дежурно протягивал их нам по очереди:
– Ласло, Марко, Ви… Лена. Ничего себе ты вещей набрала! Помочь?
Спросил довольно искренне, но поздно. Я уже настолько разобиделась, что ответила лишь:
– Не надо, они не тяжёлые.