Шрифт:
Равшана рассказала, что для Эстер у броттских торговцев покупали ягодное и цветочное мыло, судя по тому, что Ирэн видела у Равшаны и по описанию, мыло точно было произведено на фабрике Ирэн. А ещё Равшана сказала, что Эстер такое чудесное мыло очень нравится и она его бережёт.
Наконец, к концу недели у Ирэн и Абу Сины получились первые образцы кримов и мыла. И Ирэн, сложив всё корзинку, которую несла за ней служанка, пошла в обратно гарем. Она уже спокойно перемещалась по коридорам дворца без Равшаны, просто в сопровождении служанки.
Ей оставалось немного пройти до перехода на женскую половину, как вдруг дорогу ей заступил крупный, даже немного грузный, одетый во всё чёрное мужчина. Он был выше Ирэн почти на голову, может быть даже больше и смотрел на неё как на муху. В чёрных глазах Ирэн «читала» пренебрежение.
Ирэн остановилась. Мужчина молчал. Ирэн коротко взглянула на него, но по лицу, наполовину, скрытому большой чёрной бородой мало что можно было понять.
Стало страшно. Ирэн подумала, — а что будет, если она закричит? И можно ли как-то его удивить и убежать? Может спросить его «как пройти в библиотеку»?
Ирэн даже улыбнулась, ей самой стало смешно от нервных мыслей.
Вдруг мужчина заговорил:
— Не думай, что твои аскеры* придут и освободят тебя, когда они придут я убью тебя у них на глазах. Это обещаю я, Ибрагим-Бек
(*Аскер (эскер) — в переводе с тюркских языков означает «армия»)
Ирэн вскинула на него глаза и продОлжила молчать. Так они сверлили друг друга несколько секунд, мужчина отступил первым, сделав шаг назад. Ирэн также молча не оборачиваясь медленно, хотя и хотелось бежать, прошла на женскую половину. Почему-то в голове была мысль, что нельзя хищнику показывать свой страх, а тем более бежать.
Только войдя в свою комнату, она поняла, что ноги её не держат и осела на ковёр.
Глава 35
Так, сидящей на полу и обнаружила Ирэн Равшана-ханум, которую позвала испуганная служанка.
— Ирэн, духтари*, что случилось, служанка мне сказала, что ты столкнулась с Ибрагим-беком?
(*духтари — дочка)
Ирэн кивнула и стала собирать мыло, которое высыпалось из перевернувшейся корзинки.
— Духтари, оставь, служанка соберёт, — Равшана помогла Ирэн встать и подвела её к кушетке, усадила. Налила ей воды
— Пей, — сказала и всунула кружку в руки Ирэн.
После того как Ирэн удалось сделать первый глоток, немного пролив воду на себя, потому что из-за какого-то странного спазма вода никак не желала глотаться, стало легче и уже второй глоток Ирэн сделала без усилий.
— Я ненавижу его, — понизив голос, сказала Равшана, — сын гиены, это он убил моего сына.
Ирэн положила руку на руку Равшаны: — Мне жаль.
— Наступит день, и я убью его, — проговорила Равшана, глядя куда-то внутрь себя, будто бы давая обещание кому-то.
— Он страшный, — наконец сказала Ирэн, — мне даже показалось, что он безумный, в его глазах я увидела, что ему нравится убивать, и там, рядом со входом в женское крыло я увидела, что он решал, убить меня прямо сейчас или нет. Что-то остановило его.
Потом схватила Равшану за руки и зашептала:
— Равшана, миленькая, мне никак нельзя умирать, я обещала сыну и дочке вернуться. Помоги мне. Помоги мне отсюда выбраться.
Равшана молчала, потом сняла руки Ирэн со своих и уверенно произнесла:
— Он не убьёт тебя. Я поговорю с Мустафой-ханом сегодня, попрошу для тебя двух алыпов. Алыпы подчиняются только хану и не подпустят к тебе Ибрагим-бека.
Ирэн поняла, что пока Равшана не готова говорить с ней про то, как можно отсюда выбраться и усилием воли решила сменить тему:
— Равшана, посмотри, что у нас получилось с Абу Синой.
Ирэн стала доставать из корзинки, услужливо поданной служанкой, мыло, завёрнутое в пергаментную бумагу, достала со дна две баночки крима:
— А это тебе, мне кажется, что крим получился даже лучше за счёт того, что ингредиенты у Абу Сины гораздо более высокого качества.
Ирэн объяснила, как пользоваться кримом, какой наносить на ночь, какой с утра и что надо делать, пока идёт лечение.
— А в этих баночках что? — спросила Равшана и Ирэн поняла, что не всё женское ещё «умерло» в этой женщине.
— А это я подготовила для подарков, хочу наладить отношения с Эстер, — сказала Ирэн, — мне с ней делить нечего
— Разве не понравился тебе Мустафа-хан, — хитро улыбнулась Равшана