Шрифт:
– Где майор Хороленко? - опрашиваю у него.
– В боевых порядках батальонов, - ответил майор. - Вон там, в кустарнике. Приказ командующего и командира дивизии я ему передал. Политработники полка и офицеры штаба все в подразделениях, доводят до бойцов и офицеров требования приказа.
Мы въехали в заросли кустарника, скрытые от противника небольшой высоткой, и я пошел на наблюдательный пункт командира полка. Видно все, как на ладони. Местность ровная. До противника не более 300 метров. На ничейной полосе - подбитые немецкие танки. В одном из них устроились наши разведчики и артиллерийский наблюдатель - корректировщик огня.
– А танк-то целехонький, - улыбнулся Хороленко, - и снаряды есть. Но хлопцы не знают, как его завести. А жаль. Можно было бы использовать по назначению.
Водитель моей машины Максим Скоров и адъютант Вадим Дзеульский услышали этот разговор и сразу же попросили разрешения пробраться к танку.
– Я же механик-водитель, - напомнил Скоров. - А Вадим артиллерист.
Получив согласие, они ползком добрались до танка. И вот машина ожила, пошла на боевые порядки фашистов. Те не открывали по ней огонь, приняв за свою. Но когда танк начал давить пехоту, пулеметные точки и бить прямой наводкой по пушкам и танкам, фашисты всполошились, поняли, в чем дело, подбили машину.
В это время прогремел залп "катюш", и бойцы 225-го и правофлангового 228-го полков пошли на штурм вражеских позиций. Завязался бой. Противник непрерывно контратаковал пехотой и танками, вел артиллерийско-минометный огонь. Его самолеты бомбили наши боевые порядки.
Наблюдательный пункт, на котором находились мы с майором Хороленко, оказался под огнем. Оставаться на нем было опасно. Мы выскочили из щели и, отбежав 15-20 метров влево, залегли. В эту минуту в наш окоп влетел вражеский снаряд. Грохот разрыва - и на том месте, где мы только что находились, появилась огромная воронка.
– Хм... Вот ведь как бывает, - спокойно произнес майор.
В этом бою был тяжело ранен майор Хороленко, погиб мой адъютант севастополец мичман Вадим Дзеульский, контужен водитель машины Максим Скоров...
С тяжелым чувством расстался я с Хороленко. Договорились поддерживать связь. И не теряли ее не только в годы войны, но и после нее. Гвардии полковник Хороленко жил в Симферополе, вел большую военно-патриотическую работу среди молодежи. Мы часто встречались, вспоминали о незабываемых днях Сталинградской битвы, бои на Курской дуге, под Белгородом за Харьков. В 1980 году Дениса Семеновича не стало.
Бои за Карачёвку и Бабаи, на реке Удд продолжались трое суток. Село Бабаи несколько раз переходило из рук в руки. Только 28 августа 1943 года 228-й полк окончательно выбил противника из главного пункта обороны винзавода, занял его и затем вышел вместе с другими частями дивизии на юго-западную окраину села.
Освободив Бабаи и выбив противника с окрестных высот, дивизия, несмотря на упорное сопротивление противника, вышла к городу Мерефа и после четырехдневных боев 4 сентября овладела его южной частью. Враг оказался зажатым войсками 7-й гвардейской армии с юга и севера и отступил. Город Мерефа был полностью освобожден.
В те дни я близко познакомился с командиром взвода разведки 228-го гвардейского полка гвардии старшим сержантом А. К. Патакой. Командир полка отрекомендовал его как храброго, лихого разведчика, не раз бывавшего в тылу врага. На этот раз Патане предстояло незаметно проникнуть в Мерефу и добыть "языка". Я объяснил ему задачу, значение "языка", поинтересовался, как думает разведчик поступить. Патака ушел, а мы с тревогой и нетерпением ждали его. Вернулся он через несколько часов, доставив в штаб полка двух гитлеровцев. Я от души поблагодарил разведчика.
На войне так бывает: разговариваешь с человеком, радуешься знакомству с ним, а через несколько часов узнаешь, что его уже нет в живых. Так произошло и на этот раз. Когда ночью противник крупными силами атаковал полк, Патака вместе со взводом разведчиков вступил в бой, прикрывая правый фланг первого батальона. Случилось так, что старший сержант, увлекшись рукопашной схваткой, не заметил, как фашисты окружили его. А когда понял это, решил как можно дороже отдать жизнь. Он дрался, пока были патроны и гранаты. Но вот они кончились. Фашисты шли на него, не стреляя: они понимали, что теперь боец не опасен. Патака поднялся во весь рост и пошел навстречу врагу. Штыком и прикладом он уничтожил еще несколько гитлеровцев, но погиб и сам.
5 сентября дивизия форсировала реку Мжа и продолжала наступать в юго-западном направлении. 7 сентября мы подошли к селу Первомайское, но с ходу взять его не смогли. До 14 сентября шли бои на этом рубеже. Храбро сражались воины всех частей и подразделений, особенно - артиллеристы 158-го гвардейского артиллерийского полка. Они отбили несколько танковых атак.
Как ни сопротивлялись фашисты, но были вынуждены уйти из Первомайского. Дивизия с ходу форсировала речку Брестова, зашла в тыл врага и 18 сентября совместно с 72-й и 81-й гвардейскими дивизиями ворвалась в город Краоноград. К утру 19 сентября 1943 года он был полностью очищен от фашистов.