Итак, он за каких-то десять минут вышел к шоссе и побрел по обочине, вытянув руку и подняв большой палец вверх. Кстати, одевшись подобным образом, Боб допустил еще один просчет. Дело в том, что если вы когда-нибудь соберетесь попутешествовать автостопом (я бы не советовал, хотя штука занятная), вам обязательно нужно одеться как можно ярче. Оранжевые, желтые, серебристые или же просто белые цвета – самые подходящие для таких путешествий. Почему? Да потому что нормальный человек, сидящий за рулем автомобиля, увидев вас в таком наряде, сразу поймет – вы не бандюга и не маньяк, а, скажем, клоун. А клоуны, как правило, неопасны – с ними даже весело. После короткой беседы с вами (водитель, если он нормальный, обязательно вас подсадит – будьте уверены) он поймет – вы просто автостопщик. То есть человек, рискнувший выйти на дорогу – это не так просто. Мало того, он должен быть смелым (парень или девушка – не столь важно), вдобавок ко всему человек должен быть неплохим психологом.

Совершенно ясно, что водитель за рулем, согласившийся подбросить вас бесплатно, на некоторое время властен над вами. Поэтому совершенно необходимо сразу, на месте узнать, что этот водитель хочет от вас услышать – порой даже жизненно важно завести с ним интересную и содержательную беседу.

Так вот, как уже говорилось, Боб сильно промахнулся насчет одежды. Он брел по краю шоссе, не очень-то надеясь на удачу (хотя ему очень хотелось поскорей откинуться в удобном сиденье и поговорить с кем-нибудь о чем-нибудь – неважно, о чем именно). Как ни странно, он опять слышал голоса, правда, он прекрасно понимал, о чем они говорили. Мимо промчался какой-то грузовик.

– Черт бы побрал этот замок зажигания – барахлит как…

Вот как именно барахлит, Бобу не довелось услышать – грузовик исчез так же быстро, как и появился. Терпеть не могу этих гиббонов, последние деньги норовят отобрать. Ну что такого в том, что…

Мимо промчался старый добрый "Запорожец", за рулем которого сидел довольно пожилой мужчина – насколько Боб успел его рассмотреть. И самое удивительное: как только Боб спрашивал себя, откуда исходят эти голоса, они сразу исчезали.

– Бредятина какая-то, – сказал Вова, по старой привычке, в пустоту.

Зато то, что произошло дальше, бредом назвать никак нельзя. Боб все еще по инерции держал руку с поднятым пальцем, когда около него остановился громадный дорожный мотоцикл, за рулем которого сидел мужчина лет пятидесяти. Он был очень похож на байкера из фильма – такой же добродушный и открытый. Седые волосы были аккуратно собраны сзади в пучок, тщательно причесанная борода клинышком падала на грудь. И что самое удивительное – мужик был полностью в коже (кожаными были даже штаны). И уж самый последний штрих, завершающий этот радостный для Боба портрет – он был в солнечных очках. Совсем как я в пору юности, – услышал (почувствовал) Боб. – Надо подсадить – меня же все-таки подсаживали.

– Привет, сынок, – тут байкер широко улыбнулся. – Куда путь держишь?

– Вообще-то в Москву, но не добрался и до Рязани…

– Я вижу. Наверное, парень здорово вымок и намаялся за вчерашний день. А почему бы не подбросить его до Москвы? Один хрен – обкатываю байк.

– Тебя как, кстати, зовут-то? – спохватился Михаил.

– Меня? Боб.

– Боб? – он усмехнулся. – А почему не Билл Гейц, на худой конец?

– Ну… это долгая история. Вообще-то меня зовут Вова. Но однажды я попытался произнести свое имя во время насморка – вот и получился Боба, или Боб. А всякие глумливые друзья приклеили это имя.

Байкер зажал нос рукой и произнес:

– Боба. Бладимир. Брикольдый ды пацад, Боб. А меня – Михайло. Майк. Знаешь, я с утра уже километров сто накрутил, слегка жопа затекла. Тогда перекурим и дальше, лады?

– Лады. Спасибо тебе, Майк, – произнес Вова и протянул ему руку – пожать.

Тут он опять ощутил его голос. Сто процентов, что у него нет сигарет. Надо бы предложить штучку.

– Что-что? – отозвался Вова.

– Да я вроде бы ничего не говорил, – удивился Михаил. – Курить будешь?

– Буду. Мои сигареты совсем намокли.

– Ну ты даешь. Кто ж так одевается на автостоп?

– Я одеваюсь.

– Ну и глупый. Надо быть готовым ко всему – к плохой погоде, к трусливым водилам и к извращенцам.

– А ты тоже когда-то ездил?

– Само собой. Так вот полстраны объездил, – Михаил достал потрепанную, видавшую виды зажигалку "Zippo" и дал прикурить Бобу. – Вот такой же как ты был, тоже на путешествия потянуло.

– Да меня, кстати, никто ехать "стопом" не тянул. Просто романтики захотелось, Боб криво усмехнулся.

– Запомни раз и навсегда, сынок: романтика – это не только розы, шампанское и горячие женщины с любовью пополам. Это к тому же еще и всякие траблы.

– В хорошем смысле этого слова?

– Это в смысле трудностей. Любишь в саночках кататься – люби саночки возить. Усек?

– А то. Еще как усек.

А занятный ты все-таки парень, Боб.

– Занятнее некуда.

– ???! Я ж ничего не сказал!

– Да ладно, – Вова даже удивился. – Ты же только что сказал – "занятный ты парень, Боб".